На оппозиционный митинг против террора пришел один участник

На Пушкинской площади вчера должен был пройти митинг против террора в память жертв теракта в аэропорту Домодедово 24 января. В числе участников значились партия "Яблоко", движение "Солидарность", правозащитники и экологи. На деле же акция стала самой провальной в истории оппозиции — журналисты и милиция наблюдали за единственным участником митинга. Устроители акции объяснили провал "организационными просчетами", а опытные оппозиционеры говорят о тенденции: разрешенные митинги становятся неинтересными.

Информация о митинге памяти жертв теракта в Домодедово появилась в начале недели на лентах новостей. Организаторами акции выступили московское молодежное крыло партии "Яблоко" и движение "Экооборона", защищавшее Химкинский лес. Ожидалось, что на Пушкинскую площадь придут правозащитники и активисты "Солидарности" — несколько сотен человек. Митинг был санкционирован властями.

К 16.00 в огороженном пространстве на площади стоял только один человек. Он держал плакат с перечислением нескольких громких терактов последних лет и вопросом "Кто ответил?". Плакат был не нов: его партия "Яблоко" уже использовала в ходе одного из недавних пикетов. За молодым человеком наблюдали скучающие милиционеры и три десятка журналистов. Единственным человеком с плакатом был активист молодежного "Яблока" Максим Круглов. "Конечно, не очень приятно было стоять в одиночестве,— сказал он "Ъ".— Ведь тема митинга касается каждого из нас. Но я не жалею. Я хоть как-то, но показал, что люди, которые 12 лет находятся у власти, не в состоянии обеспечить даже нашу безопасность".

Организаторы провального митинга даже не смогли объяснить "Ъ", почему его проведение было намечено на вчерашний день, не имевший никакой временной привязки к трагедии в Домодедово. "Мы хотели провести акцию сразу после теракта, но это оказалось невозможно,— заявил "Ъ" лидер столичного молодежного "Яблока" Кирилл Гончаров.— Сначала было несколько партийных событий, потом время ушло на согласование митинга с префектурой". Проводить митинг на 40-й день после теракта господин Гончаров счел неправильным, потому что в этот день пройдут и другие поминальные акции. Представитель "Экообороны" Ярослав Никитенко добавил, что "вообще не знает, почему митинг был назначен на рабочий день".

"Человек, который отвечал за рекламу митинга в социальных сетях, куда-то пропал. В ходе подготовки выяснили, что многого не успеваем,— сетовал господин Никитенко.— Но мы приглашали людей через СМИ, я лично звал всех, когда 31 января был на Триумфальной площади". В пресс-службе партии "Яблоко" "Ъ" заявили, что организацией митинга занималось непосредственно молодежное крыло, а руководство партии к акции отношения не имеет, но заверили, что учтут ошибки.

Член федерального политсовета движения "Солидарность" Борис Немцов сказал, что узнал о митинге от корреспондента "Ъ". Глава движения "За права человека" Лев Пономарев рассказал, что приглашение получал, но воспользоваться им не смог, так как находится в Красноярске. "Мне показалось, что организация была слишком скомканной, а к такой теме, как теракт в Домодедово, нужно относиться серьезнее",— пояснил он. Лидер движения в защиту Химкинского леса Евгения Чирикова заявила, что не смогла прийти, потому что участвовала в другом мероприятии, однако защитила организаторов, сказав, что они "совсем молодые, и это их первый опыт".

"Тема митинга должна быть острой, и на ней не надо пиариться, тогда и санкционированная акция соберет много людей,— заявил "Ъ" координатор "Левого фронта" Сергей Удальцов, чей "День гнева", намеченный на 12 февраля, впервые за два года согласовали с мэрией.— Кроме того, появилась тенденция: граждане хотят просто уведомлять власть о своем желании собраться, делая это без всяких походов к чиновникам на поклон. Это ответная реакция на многочисленные запреты митингов".

Андрей Козенко

Единица вместо единства