Лучезарно щурясь, Ерофеев сообщил со сцены, что произнести название произведения-победителя не может, и попросил помощи зала. Зал радостно выдохнул: «У-у-у-й! В плену у ФСБ!». Не совсем, правда, дружно. Некоторые нарядные дамы воздержались.

Премию за лучшее произведение визуального искусства, учрежденную Государственным центром современного искусства и Министерством культуры РФ, вручал на сцене «Гаража» член жюри конкурса, видный арт-политический деятель, последовательный поклонник всего радикального и социального в искусстве Андрей Ерофеев. Непроизнесение им название победителя - сюрприз церемонии. В том, что группа «Война» получит «Инновацию» в главной номинации, никто и не сомневался.

Единственный иностранный член жюри конкурса Мари-Лор Бернадак, главный хранитель и руководитель департамента современного искусства Лувра, на вручение не приехала. Награжденные за вклад в искусство художники Илья Кабаков и его жена Эмилия тоже, хотя собирались. Возможно, этих почтенных людей остановило именно непроизносимое название победителя и перспектива отвечать на вопросы о нем. Ну и ладно. Что в Лувре могут понимать про пленительный гигантский рисунок, вставший на разведенном мосту перед окнами страх как не любимого народом госучреждения? Что завоевавший мир своими сложными, груженными смыслами, душераздирающе сентиментальными инсталляциями Илья Кабаков мог произнести по поводу трехбуквенного и недвусмысленно художества? А вот семь человек жюри – все наши люди, живущие здесь и сейчас, – поддержали член «Войны» единогласно. Хотя представить себе, как каждый из них скажет в зал придуманное «Войной» название, решительно невозможно – воспитанные, приятные в общении джентльмены.

Что ж, какова Россия, таков и мессия. «Война» показала каждому русскому понятный, отчаянно подростковый способ выразить свое отношение к органу власти. Не всеми, правда, уважаемый способ.

Награжденные за призом не вышли. Они под следствием в Питере. Если бы их выпустили, то могли приехать и устроить какое-нибудь арт-безобразие. Или просто безобразие. Неспециалисту ведь не различить, где грань между искусством и не искусством. По крайней мере, так считают специалисты, эксперты в области современного искусства. Что не отменяет право каждого самостоятельно оценивать эстетическую и общественно-политическую ценность созданного «Войной» произведения.

Теперь, извините, личное. Лет десять назад я пришла к главному редактору известной газеты, в которой тогда работала, и попросила разрешить отделу культуры употреблять непечатные слова, так как они часто входят в названия современных художественных произведений. Главред подумал и не разрешил. Тогда, говорит, захочет и отдел преступности, у него на это больше оснований, тут-то мы все в … и потонем.

Фото: А.Махонин/Ведомости

Как "Война" победила орган власти