Антиглобалисты из ФСБ

Переживания начальника центра защиты информации и спецсвязи ФСБ Александра Андреечкина органически влились в нарастающий последнее десятилетие хор жалоб полицейских и специальных служб многих стран. Наибольшую известность получило...

Переживания начальника центра защиты информации и спецсвязи ФСБ Александра Андреечкина органически влились в нарастающий последнее десятилетие хор жалоб полицейских и специальных служб многих стран. Наибольшую известность получило заявление немецкой полиции. Там обращали внимание общества на реальную проблему: переговоры преступников по Skype пока не поддаются оперативной расшифровке. Похожие взгляды демонстрируют их коллеги из Италии и некоторых других государств.

Но нужно четко понимать, что у России и наших спецслужб в этой истории совершенно другая роль и позиция. В то время как ни в одной цивилизованной стране мира никогда нет запрета на разработку и распространение алгоритмов и систем шифрования независимыми от спецслужб специалистами, нам по наследству от СССР досталась система, до сих пор требующая от граждан и предприятий полного раскрытия своих криптографических разработок и аппаратной части систем кодирования. Именно поэтому выпускающая популярные смартфоны для бизнеса канадская RIM вынуждена была раскрыть перед ФСБ свои алгоритмы кодировки цифрового потока: иначе телефонам фирмы просто закрыли бы таможню.

Отсюда и требование, чтобы оборудование для множества систем связи, имеющих встроенные решения защиты информации от ведущих западных концернов, выпускали только отечественные производители. В быту мы их не видим, они упрятаны в коммуникации и серверы, но, поверьте, чуть ли не вся наша связь сегодня проходит через них. А в будущем, судя по катастрофической картине отечественной элементной базы и кадров, весь поток данных, в том числе и правительственный, пойдет только через западные устройства. Иностранцев вынудили создать в России совместно с местными партнерами предприятия по сборке из импортных комплектующих и всё это довольно позорно обозвали «отечественными решениями».

Имея закон, требующий обязательного лицензирования в спецслужбах любых способов шифрования, ФСБ просто запрещает несговорчивым ввоз оборудования и продажу программ. В русской практике это означает тотальный контроль над любым обменом информации без всякой санкции суда. В крайнем случае санкцию легко получить без всякого внятного обоснования: суды у нас пока лежачие, если их вообще можно назвать судами.

Впервые в широких масштабах это противостояние вольных нравов мировой цифровой индустрии и российских слушателей в погонах проявилось давно, когда очередная версия операционной системы Windows вышла с блоком шифрования. ФСБ пригрозила Биллу Гейтсу запретить торговлю софтом, на котором работало почти 100% русских компьютеров. В Microsoft пожали плечами и вынули из русской версии блок шифрования. Возможно, там долго смеялись: любой желающий мог скачать его с их сайта бесплатно за полторы минуты.

Но на русской границе кончается власть чиновников с советскими мозгами. А сети интернет не кончаются. В известном смысле они там только начинаются. И никто у нас не имеет воли над услугами, которые предоставляются с серверов, находящихся за рубежом. И невозможно контролировать программы, которые распространяются бесплатно: платеж не остановишь, штраф не выпишешь, счет не закроешь.

Не было ни одного случая, насколько мне известно, чтобы Google отказал полиции в доступе к почте Gmail по решению суда или санкции прокурора. Ровно это касается и всех остальных систем связи, на которые жаловался в пятницу центр защиты информации ФСБ (на практике он собирается не защищать, а именно вскрывать ее). Этот путь вроде бы открыт и нашим операм. Неизвестно, смогут ли они работать так, как зарубежные спецслужбы?

В странах, где в голову никому не придет отнять у граждан суверенное право шифровать свою переписку или разговоры любыми способами, пусть даже эти алгоритмы для спецслужб — полная тайна, тем не менее каким-то образом успешно ловят террористов, использующих Skype и Gmail, и устраивают над ними громкие публичные процессы. Их тайные агенты работают в среде, которая не снилась нашим и в кошмарах. Не Hotmail главная головная боль мировых спецслужб. Мировые наркосиндикаты давно уже превратились в гигантские постиндустриальные компании сетевого типа, расходующие сотни миллионов на свою информационную безопасность, они нанимают лучших специалистов.

Существует и коммерческая составляющая. ФСБ стоит в одном ряду с лоббистами традиционных компаний связи, мечтающих прихлопнуть бесплатного конкурента. И чей заказ выполняет на самом деле Андреечкин в нашей стране, где за деньги покупают и мандаты, и погоны, еще вопрос.

Конечно, технически можно заблокировать в России целиком отдельный почтовый или связной сервис, но на его место вскоре встанет конкурент — и так до бесконечности. Не по нашим силам такой контроль, он и китайцам-то с их сказочными ресурсами нелегко дается. И если на Кавказе террористы используют продукты Google, с американцами надо договариваться о взаимодействии, а не запрещать их в России.

Озабоченность иностранных полицейских есть просто сигнал обществу и своему правительству о проблемах в оперативной работе. Пока, не более того. В этом главное отличие позиции тех же немцев и Андреечкина. Он-то с коллегами хочет именно запретить.