Лев Усыскин: Абхазские заметки

Лев Усыскин

Опубликовав некоторое время назад на «Полит.ру»заметку "Абхазия: четыре года спустя", и получив от тех или иных читателей разного рода "обратную связь", я смог убедиться по крайней мере в том, что определенный голод по части информации о предмете заметки существует и требует себе пищи. Мои же записки его не столько удовлетворили, сколько раздразнили – равно как и давняя статья на ту же тему "Абхазия-2006: записки отдыхающего". В виду чего, попытаюсь сейчас дополнить или, скорее, уточнить сказанное некоторой сторонней информацией.

Итак, начнем с упомянутого мной плохого абхазского вина. Здесь стоит довериться специалистам – скажем, известному московскому винному критику и журналисту Денису Руденко, скрупулезно отслеживающего ситуацию с виноделием по всему миру. Надо только сказать, что Денис не то, что человек непредвзятый, но даже скорее напротив – склонный проявлять немедленную живейшую симпатию к любым людям на Земном Шаре, которые хотя бы пытаются сделать хорошее вино. Вот выдержки из его специализированного блога, который я попутно рекомендую всем, интересующимся предметом.

Первая касается бутылки "элитного" Бомборского белого, которое я привез ему для дегустации.

Бомборское белое, Винодельня А. Конджария, 2006, Абхазия:

Цвет темно-серо-янтарный, достаточно насыщенный. Аромат сильный, с четко выраженными яблочно-ацететными нотами, тонами старой бочки, несколько лакокрасочный. Сильно окисленное вино (что, можно было предположить уже по цвету). Вкус яблочно-уксусный, сладковатый, плоский, окисленный. Послевкусие соответствующее, долгое. Очевидно, совершенно убитое неправильным хранением, вино (урожай 2006, розлив 2010), про которое ничего нельзя уже сказать, кроме того, что если это еще немного подержали бы в бочке, получился бы вполне сносный виноградный уксус. Судя по случайным отзывам в сети, это не проблема конкретной бутылки, а "фирменный стиль" винодельни. Поэтому отзыв и опубликован. Виноград: Ауасырхуа - 100%. Оценка: 3 по 20-балльной шкале (приличные вина начинаются с 14 – Л.У.)

А вот его же замечание на более щекотливую тему:

Еще раз о так называемом "абхазском" вине

14 июля 2010 года, новостная лента:
Главсанврач сообщил, что за неделю, начиная с 7 июля, в 14 партиях молдавского вина объемом 43 тыс. 200 бутылок обнаружено превышение содержания дибутилфталата. "Всего на 26 июня мы отбраковали без малого миллион литров изделий молдавской винодельческой промышленности, - сказал Онищенко. - Содержательных мер со стороны Молдавии не принимается".
11 января 2011 года, новостная лента Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей:
"По результатам лабораторных исследований алкогольной продукции, изготовленной в Республике Абхазия не соответствовали гигиеническим нормативам 7 партий вина по содержанию пластификатора дибутилфталата в объеме 729.120 литров вина."
Молодцы молдаване! Не парясь продали "отстой" в Абхазию подешево, пусть там с ним делают, что хотят. Молодцы абхазы! Купили "отстой" подешево, бутилировали, перепродали в Россию подорого. Подумаешь, каждую 22-ю бутылку им "завернули" из-за ядовитости, остальные двадцать одну-то продали. Шикарный бизнес, я считаю.

Там, кстати, в комментариях – всяческие уточнения путем диалога, вроде таких:

(Вопрос) Неужели в Абхазии совсем нет приличных виноделен и всё их т.н. вино "изготовлено" из привозного сырья?

(Руденко) Понимаете в чем дело, для того чтобы сделать хорошее вино нужны хороший виноград и нормальное оборудование. У меня нет данных по оборудованию на заводе "Вина и воды Абхазии", но есть подозрение, что большинство его еще советское. А что до винограда, что я никаким образом не представляю себе, что где-то в Абхазии есть хорошие плодоносящие виноградники, потому что виноград - это огромное количество внимания и труда, которое вряд ли там кто-то мог вкладывать, в нынешних обстоятельствах. В итоге я категорически не верю, что в бутылках, что стоят по всей Москве и не только, есть хоть капля вина самой Абхазии.

(Вопрос) Простите великодушно, а с какой целью добавляют ДБФ в вино? Он ни разу не консервант, вкус, надо думать, тоже не улучшает...

(Руденко) Его не добавляют, конечно. Если я правильно понимаю, он там теоретически может оказаться если вино ферментировали в непищевых емкостях. Других вариантов как бы не видно.

Ну и так далее.

Если же серьезно – то производство вина сегодня, вопреки широко распространенному заблуждению, это не традиционная мануфактура, а хай-тек, требующий, однако, большого объема человеческого труда. И, кроме того, – с довольно длительным сроком окупаемости. Иначе говоря, для виноделия необходима масса вещей – серьезные и длинные деньги, гарантии прав собственности, высокая трудовая дисциплина и пр. Из этого длинного списка в Абхазии в наличии, по сути, две вещи: подходящие природные условия и определенный маркетинговый задел (узнаваемость и популярность бренда) – все-таки умение достаточно успешно продавать по всей России эту дрянь по фантастически высоком ценам можно при благоприятном ветре использовать и в добрых целях! Отметим попутно, что тот десяток винодельческих компаний, что производит в самой России приличное вино, существует не благодаря, а вопреки рыночной конъюнктуре: вложив те же деньги в нынешних российских условиях можно было бы получить существенно большую прибыль, загнав качество продукта на уровень плинтуса – и то, что люди этого не делают, говорит о том, что эти чудаки ставят перед собой какие-то иные, не вполне меркантильные задачи. В Абхазии же пока даже подобное подвижничество невозможно…

Теперь об инвестициях в Абхазию. Немного формальной информации. Итак,

вопреки распространенному заблуждению, абхазское законодательство допускает создание юридических лиц с любой долей иностранного уставного капитала – вплоть до 100%.

Допускаются филиалы и представительства иностранных фирм – то есть, организации, не обладающие статусом юридического лица – однако допустимые законом функции таких образований делаю их малополезными. А кроме того, в капитале коммерческих банков доля иностранных резидентов не должна превышать 49%. Иностранные физические и юридические лица могут становиться собственниками объектов недвижимости со следующими исключениями. Во-первых, частной собственности на землю в Абхазии нет (и для граждан Абхазии также) – земля передается в пользование, аренду и т.д. Во-вторых – собственниками жилой недвижимости могут быть только абхазские физические или юридические лица (если только это не иностранцы, получившие недвижимость в наследство). Понятно, что первая мысль по обходу данного ограничения для покупателя жилья из России – приобретать его на специально учрежденное в Абхазии ООО. С этим, однако, с некоторых пор борются, требуя доказательств того, что данное ООО ведет в Абхазии хозяйственную деятельность – то есть, как я понимаю, сдает в налоговую инспекцию ненулевой баланс. Ясно, что фильтр все-таки не абсолютный. А кроме того, похоже, по этой части грядут определенные изменения законодательства, благоприятные для российских покупателей жилья – по крайней мере в части приобретения вновь построенных домов. Во всяком случае, правительство страны понимает, что без таких изменений российские инвесторы не станут вкладываться в абхазское жилищное строительство. А больше – некому.

Существуют следующие льготы для иностранных инвесторов (предприятия, имеющие 30% и более иностранного капитала):

а) уменьшение на 25 % облагаемой прибыли и ставки налога на имущество предприятий в течение первых трех лет после получения объявленной прибыли (включительно), если размер иностранных инвестиций в уставном капитале (фонде) предприятия составляет от 250 000 до 500 000 долларов США;

б) уменьшение на 50 % облагаемой прибыли и ставки налога на имущество предприятий в течение первых трех лет после получения объявленной прибыли (включительно), если размер иностранных инвестиций в уставном капитале (фонде) предприятия составляет от 500 000 до 1 000 000 долларов США;

в) полное освобождение от уплаты налога на прибыль и налога на имущество предприятий в течение первых трех лет после получения объявленной прибыли (включительно), если размер иностранных инвестиций в уставном капитале (фонде) предприятия составляет 1 000 000 долларов США и более.

Основные налоги в Абхазии таковы:

• подоходный налог для физ. лиц – 10%
• НДС– 10%
• на прибыль предприятий – 18%
• на имущество предприятий – 1%
• платежи во внебюджетные фонды – 20% фзп
• таможенная пошлина на большинство товарных групп – 2% таможенной стоимости

В общем, мы видим, что режим государственных изъятий более ласковый, чем в России.

Еще про деньги. Общий государственный бюджет Абхазии в 2010 г. – около 4 млрд рублей. Из них примерно половина – собственные доходы, а половина – финансовая помощь извне, т.е. из России. При этом, по сравнению с 2009 г. собственные доходы возросли на четверть – и на столько же уменьшилась российская помощь.

Интересна оценка необходимых стране инвестиций, сделанная нынешним президентом Абхазии – недавно скончавшийся Сергей Багапш считал, что всю страну можно привести в надлежащий вид за 40 млрд долларов США. Причем, одна только Пицунда должна поглотить 1 млрд долларов инвестиций. Общий объем активов 15 коммерческих банков Абхазии на конец 2009 г. – 3.4 млрд рублей, то есть примерно равен госбюджету. (В России расходная часть госбюджета меньше чем суммарные чистые активы одних только Сбербанка и ВТБ, взятых вместе). Официальной валютой Абхазии является российский рубль, однако формально существует и другая валюта – апсары (1 апсар = 10 рублям), присутствующие в природе лишь в виде отчеканенных в Москве серебряных и золотых монет, предназначенных для нумизматов.

Это, наряду с очень красивыми почтовыми марками (разумеется, также отпечатанными в России) – проявления стандартного во всем мире способа слегка заработать на суверенитете как таковом.

А вот банкоматов в Абхазии нет ни одного – говорят, что Виза и Мастеркард, де, не признают статуса государства. Что-то подсказывает, что проблема эта преодолима – во всяком случае, на Северном Кипре, признанном только Турцией, этих приборов – без счета. Хотя – кто его знает…

И, наконец, пару слов о языках. Государственным языком является абхазский. Русский наравне с ним признан языком делового оборота. Большинство документов (паспорта, свидетельства о рождении, браке, свидетельства о регистрации фирм, государственные акты на землю и пр.) составляются на двух языках. В парламенте все обязаны говорить по-абхазски, но каждому, кому требуется предоставлен перевод на русский. В больницах документооборот исключительно на русском. Суд также идет обычно на русском языке, хотя любой может выступать на абхазском, и те, кому так легче, именно так и поступают. Вся публичная реклама всегда минимум на двух языках или только на абхазском. В последнее время власти проводят довольно заметную политику поддержки абхазского – его и в самом деле стало больше на улице, то и дело слышатся песни на этом языке, вплоть до перепетых местными исполнителями интернациональных шлягеров, переведенных предварительно на абхазский.

Следует, однако, понимать, что абхазским в стране владеют не все поголовно – русский в плане языка общения с незнакомцем похоже более применим. (Имеются в Абхазии армянские, грузинские и, само собой, русские школы.) Однако же, качество этого русского (родного для большей части населения Абхазии – или, зачастую, одного из родных) порой невысоко. Читая, скажем, меню многочисленных кафе и ресторанчиков, я испытывал сильное искушение собрать коллекцию всевозможных лингвограмматических шедевров. Я понимаю, что и в России по этой части далеко от идеала, но чтобы так… Что при этом лезло в голову? А вот, что. Россия, если только она способна видеть межгосударственные связи иначе, чем личные контакты с теми или иными политическими деятелями Абхазии, вполне стоило бы открыть в Сухуме какой-либо постоянный консультационный пункт или что-то вроде этого. По линии Минкульта, Академии наук, Московского университета – все равно, лишь бы не МИДа. Спрос на подобные услуги, вообще на пропаганду русского языка – наверняка есть.

И смысл тут не только и не столько в поддержке русской культуры, а в создании дополнительно, альтернативного мидовскому и очень продуктивного канала взаимодействия с представителями образованной части населения страны. Это – политика, и умные страны в похожих ситуациях такие штуки реализуют весьма успешно, однако для нас такое – по всему недосягаемый высший пилотаж. Можно лишь мечтать.