Еврозону продолжает трясти долговой кризис. Периферийные страны ЕС сейчас являются главными поставщиками риска глобализации кризиса суверенных долгов, а сложность урегулирования проблемы во многом связана с недостаточной интеграцией Европы.

В Португалии в результате досрочных парламентских выборов сменилась власть – новое правительство сформируют социал-демократы в коалиции с Народной партией. Правительство социалистов ушло в отставку в марте, из-за того что оппозиция заблокировала план бюджетной экономии – план, которым обусловлено получение Португалией помощи от МВФ, ЕС и ЕЦБ. Новому правительству неизбежно придется принимать такой же свой план экономии, и, может быть, кредита доверия избирателей к правым партиям хватит на то, чтобы принять его и начать реализовывать.

Главной головной болью остается Греция, которой никак не удается сократить долговую нагрузку и решительно сократить дефицит бюджета, несмотря на то что МВФ и ЕС помогают ей уже год. В Афинах еженедельно проводятся массовые манифестации против сокращения социальных расходов, а доходность по двухлетним облигациям – уже 15% (почти дефолтный показатель).

Стандартными практиками в борьбе с долговым кризисом являются ужесточение бюджетной политики, инфляция, дефолт или реструктуризация долга. Инфляция, как и девальвация, тоже полезная при большом долге и отрицательном счете капитала, для Греции закрыта – страны ЕС не имеют собственной монетарной политики. Сокращение бюджетных расходов и повышение налогов не дают эффекта из-за огромного долга и падения экономической активности. Дефолт или реструктуризация не прописаны в правилах Евросоюза, они больше всего пугают европейские власти и инвесторов, но вероятность именно такого исхода велика. Договориться с инвесторами о реструктуризации Греция могла бы в случае низкого бюджетного дефицита. Но поскольку он высокий, договариваться с ними будет Евросоюз и на добровольно-принудительной основе. Как пишет The Wall Street Journal, очередной план спасения Греции, разрабатываемый финансистами Евросоюза, будет состоять в отсрочке по выплатам частным держателям облигаций. Если план будет принят, Греция сэкономит 30 млрд евро на три года и это не отменит дополнительной финансовой помощи.

Некоторые аналитики считают саму такую отсрочку дефолтом, и она может быть так оценена рейтинговыми агентствами (Standard & Poor’s обещало). Впрочем, если инвесторы спокойно отнесутся к отсрочке, можно ждать новых отсрочек в дальнейшем.

Однако проблема не только в финансовых показателях Греции. Ее кредиторами являются банки других стран ЕС, и дефолт Греции в той или иной форме потребует помощи этим банкам со стороны бюджетов их государств. Долговой кризис наблюдается не только в Греции, но и в других странах – дефолт Греции может посеять панику на рынках облигаций. Это касается прежде всего других членов PIIGS – Португалии, Италии, Испании и Ирландии. Большие проблемы с госдолгом у Японии – но там держателями облигаций являются в основном местные банки. Обострилась дискуссия вокруг долга и в США, однако там она носит скорее политический характер; ставки по американским облигациям по-прежнему низки и говорят об их надежности. Тем не менее, как и в случае с финансовым кризисом, нельзя отрицать возможности цепной реакции – паника на европейском рынке может перекинуться на остальные.

Как уже не раз отмечалось, сложность ситуации с Грецией (и другими PIIGS) во многом связана с незаконченной интеграцией Европы. Единая монетарная политика при отсутствии единого минфина и своя налоговая политика в каждой стране приводят к тому, что и страна сама по себе не может применить все возможные способы борьбы с кризисом, и ЕС не может полностью управлять процессом санации финансов какой-либо страны. Вероятно, в скором будущем в Евросоюзе все же появится единый минфин. А пока страны – члены ЕС создают главный риск глобального кризиса суверенных долгов.

В двух шагах от дефолта