Оригинал материала
Анна Сакоян: Ливийский тупик
Анна Сакоян
21 июня Сенат США санкционировал ограниченное использование вооруженных сил этой страны для выполнения резолюции Совбеза ООН № 1973 и защиты интересов США. По мере продолжения международной операции в Ливии дискуссия вокруг нее становится все более острой.
Оптимисты и реалисты
В момент начала операции высказывались прогнозы, что она будет продолжаться «от нескольких часов до нескольких дней». Прошло три месяца, однако конец все так же далек: боевые действия продолжаются, противники Каддафи гибнут (не в последнюю очередь по собственной неопытности в военном деле), власть в столице продолжает оставаться у Каддафи, который не собирается ни уходить, ни менять режим.
Там, где раньше говорили «операция в Ливии», стали говорить «ливийский тупик» (Libyan impasse).
С другой стороны, есть и оптимисты, которые считают, что сложившаяся ситуация неизбежно увенчается успехом коалиции во главе с НАТО: силы Каддафи со временем иссякнут, и ему придется сдаться. Правда, если прежде у Каддафи была возможность выйти из игры мирно, теперь он практически заблокировал себе все пути к отступлению, - говорит Вивьенн Уолт, автор статьи, опубликованной в журнале Time 1 июня 2011 г. «Каддафи загнан в угол: если он сдастся, ему грозит унизительное привлечение к суду по обвинению в военных преступлениях. В такой ситуации, говорят ливийские наблюдатели, он скорее предпочтет погибнуть в бою с верой в свой собственный миф, полагая, что в истории он предстанет человеком, который погиб в борьбе с западными державами». В том, что Каддафи проиграл, сомнений нет; вопрос только в том, каким образом закончится его правление: изгнанием, судом или его гибелью (последнее – в случае если он захочет занять в истории пьедестал мученика).
В другой статье журнала Time тот же автор предрекает Ливии в ближайшем будущем бурный экономический рост: «Муамар Каддафи окопался в Триполи и держится там, несмотря на мощнейшую бомбежку со стороны НАТО в течение трех месяцев. Однако за пределами Ливии разговоры уже перешли от войны к бизнесу и тем возможностям, которые откроются в Ливии с уходом Каддафи». Инфраструктура в стране, конечно, сильно повреждена по итогам боевых действий, но ресурсы Ливии настолько велики, что они позволят ей быстро восстановиться, и тогда начнется бурный рост экономики, пишет автор, ссылаясь на мнение экономистов и инвесторов. Остается только дождаться, пока НАТО полностью вытеснит Каддафи.
«Хронический оптимизм вредит НАТО, как болезнь, - это касается Афганистана, а сейчас и Ливии», - возражает Шашанк Йоши, аналитик из Royal United Services Institute, ссылаясь на опубликованный недавно доклад Международной кризисной группы (International Crisis Group). В его же статье говорится о вероятной перспективе разделения Ливии на две части (одну из которых будет контролировать режим Каддафи, а другую – его противники). Автор также предостерегает НАТО: «Во-первых, если Ливию просто забомбить до полного подчинения, то цена такого подчинения может оказаться непомерно высокой…» Во-вторых, загнанные в угол представители режимы могут прибегнуть к использованию людей в качестве живых щитов, а этого следует избегать. «Третье, и самое главное, состоит в том, что НАТО необходимо сосредоточиться на “четвертой фазе планирования”, выражаясь военным языком, - то есть на том, как стабилизировать обстановку и возмещать ущерб после войны. Причем так, чтобы на ливийскую территорию не вступали западные войска – это было бы политически неприемлемо и неосторожно». Вместо этого
нужно подумать о том, как организовать эффективную финансовую поддержку потенциальному временному правительству.
Доклад, на который ссылается Йоши, был опубликован 6 июня 2011 г. и содержит жесткую критику в адрес деятельности НАТО, а также предлагает альтернативные схемы действий. «Хотя заявленная цель вмешательства состояла в защите мирных граждан, число жертв среди них продолжает оставаться высоким, а ведущие западные правительства, поддерживающие операцию НАТО, даже не скрывают того, что их главная цель – это смена режима».
Затянувшаяся кампания может принести больше вреда, чем пользы. Во-первых, она представляет собой стратегическую угрозу для соседних с Ливией стран. Во-вторых, возрастает риск проникновения «Аль-Каиды» в страны Северной Африки, и если режим Каддафи падет, то разбираться с этим придется новому правительству. Наконец, разрушить инфраструктуру в Ливии гораздо проще, чем ее восстановить, и это тоже может стать проблемой нового правительства. «Идеи о том, что время играет на руку оппозиции, и у режима скоро закончится топливо или деньги (или он окажется обезглавлен благодаря удачно упавшему снаряду, или падет из-за дворцового переворота), - это просто способ выдавать желаемое за действительное, вместо того чтобы заниматься серьезной политикой. Даже если эти прогнозы окажутся верными… промедление точно не пойдет на пользу ливийскому народу».
По мнению авторов доклада, подлинным достижением первоначально сформулированной в резолюции ООН цели будет прекращение огня, причем с обеих сторон.
«Жалобы на то, что Каддафи нельзя доверять, применимы к любой из сторон, участвующих в гражданской войне».
Основной причиной того, что действия НАТО не приводят к желаемому результату, авторы доклада считают отсутствие единой цели этих действий. «Они постоянно требуют, чтобы Каддафи ушел, путая при этом две разные задачи. Одно дело – настаивать на том, чтобы в том политическом порядке, который придет на смену Джамахирии, Каддафи не играл никакой роли… Другое дело – настаивать на том, чтобы он ушел прямо сейчас и делать это условием для перехода к переговорам, а также к прекращению огня. Последнее невозможно; это только повышает вероятность затяжного вооруженного конфликта».
Исходя из предпосылки, что приоритетом является прекращение огня, авторы доклада предлагают НАТО несколько советов. В частности, они рекомендуют привлекать третьи стороны к ведению переговоров; провести жесткую границу между «уходом Каддафи» и изменением его политического статуса; следить за тем, чтобы после падения Джамахирии никто из семьи Каддафи не занимал влиятельных позиций в новом правительстве.
Еще один побочный эффект затяжной кампании НАТО в Ливии постулирует Ларс Эрслев в статье, опубликованной openDemocracy: власти Саудовской Аравии и Бахрейна воспользовались всеобщим вниманием к конфликту в Ливии, чтобы безнаказанно подавлять восстания в своих владениях. События в этих государствах мало освещаются в СМИ, в результате чего протестующие стали ослабевать.
Роль НАТО
В связи с затянувшейся операцией в Ливии развернулась полемика о роли Североатлантического альянса в современном мире. Началось с того, что министр обороны США Роберт Гейтс, уходящий в эти дни в отставку, в начале июня выступил с критикой действий европейских союзников НАТО, из-за которых рискует сорваться операция в Ливии и которые ставят под угрозу будущее альянса. Одной из основных претензий к европейским участникам было то, что они вкладываются в альянс гораздо меньше, чем следует, и треть средств предоставляется Соединенными Штатами, которые и без того в настоящий момент переживают серьезные финансовые трудности. Причем в случае с Ливией НАТО выступает, в первую очередь, в интересах Европы, а не США. А Европа в вопросах финансирования обычно ограничивается такими сферами, как гуманитарная помощь, миротворческая деятельность, развитие и переговоры, а об обороне и безопасности заботится мало. Если так будет продолжаться, НАТО не сможет выполнять свои функции и защищать своих участников («Полит.ру» о кризисе НАТО писал в начале 2003 г. в статье «Просуществует ли НАТО до 2084 года?»).
«Хорошо, что господин Гейтс наконец это сказал. Мы надеемся, что его преемник Леон Панетта станет продолжателем такого подхода. Двухъярусный военный альянс – это вообще не альянс», - заканчивает посвященную выступлению Гейтса редакторскую колонку NY Times,.
Реакция на эту критику последовала сразу. Например, британский журналист и историк Джеффри Уиткрофт ответил на нее статьей под названием «Кому нужен Североатлантический альянс?», в которой высказывается мысль, что он уже никому не нужен. Он напомнил, что первоначально задачи НАТО сводились к трем пунктам: «держать русских вовне, американцев внутри и немцев внизу», как сказал первый генеральный секретарь НАТО Исмэй. Во время холодной войны наиболее актуальным был пункт «держать русских вовне».
Потом холодная война закончилась, и «изживший себя институт, как, к сожалению, часто бывает в таких случаях, был вынужден выдумывать себе новые занятия». Затем было 11 сентября, и для НАТО нашлось дело. Здесь Уиткрофт отметил, что США напрасно жалуются на недостаток финансирования со стороны Европы, потому что долгое время, в частности в случае с войной в Афганистане, страны НАТО выступали в качестве зарубежного подразделения американских вооруженных сил.
Еще НАТО использовали в качестве довольно неэффективного рычага для манипулирования ситуацией в случае с грузинско-российским конфликтом 2008 г. Тогда шли разговоры о приеме Грузии (а также Украины) в НАТО в противовес России. Неэффективность определялась тем, что высказывались заведомо невыполнимые обещания. А теперь альянс под предлогом защиты мирных граждан ввязался в гражданскую войну с целью сменить режим. «Многие ломали голову, дискутируя о том, каково предназначение Евросоюза и как решить его проблемы. Этот вопрос еще более уместен в отношении НАТО.
Нужен ли еще этот альянс? И если не нужен, то не разумнее ли просто от него отказаться?»
Дискуссию продолжил Айво Даалдер, представитель НАТО, опубликовавший ответную статью под названием «Кому нужен Североатлантический альянс? – Нам всем». По его мнению, все операции НАТО оправданы: «Мы живем в мире, полоном сложных и непредсказуемых проблем и угроз. В этом мире местное стало глобальным. Кибератаки за наносекунды преодолевают временные пояса и вторгаются в банковские операции, правительственные дела и даже в игры, в которые играют подростки. Развивается оружие массового поражения, совершенствуются средства его изготовления и распространения. Развивающиеся страны из-за отсутствия стабильности становятся убежищем для международных террористических группировок, которые устраивают там базы для нанесения ударов по соседним территориям».
«В таком мире, - продолжает он, - нам нужны сильные альянсы и партнерства, и на сегодняшний день самый сильный и необходимый альянс – это НАТО. Поэтому важно, чтобы все участники финансировали его, так как только благодаря этому он сможет выполнять свои оборонительные функции, а это необходимо для исполнения наших общих обязанностей». В заключение Даалдер риторически предложил спросить у афганцев и ливийцев, нужен ли еще, по их мнению, этот альянс.
Американская полемика
В США ливийский конфликт послужил поводом к оживленной дискуссии между Конгрессом и администрацией президента, развернувшейся в контексте приближающихся президентских выборов.
В США существует Резолюция о военных полномочиях (War Powers Resolution), в соответствии с которой по истечении 60-дневного или, в крайнем случае, 90-дневного срока после начала военных действий президент может санкционировать их продолжение только по согласованию с Конгрессом. В случае с Ливией все сроки истекли, но президентская администрация заявила, что США не ведут в стране боевых действий (а лишь помогают союзникам), так что под действие резолюции эта ситуация не подходит, и, следовательно, согласование с Конгрессом не требуется.
Многие конгрессмены оказались не согласны с подобной трактовкой. Они не ограничились изложением своих позиций, подав иск против Белого Дома. Лишь 21 июня Сенат США принял резолюцию Керри-Маккейна, наделяющую президента полномочиями продолжать ограниченное использование вооруженных сил США в Ливии в поддержку национальных интересов США и как часть миссии НАТО по выполнению резолюции Совета Безопасности ООН №1973. Срок действия резолюции ограничен одним годом.
Эта история вызвала бурную реакцию в американских СМИ, причем как демократических, так и республиканских.
«Вы летаете над Ливией, участвуете в бомбежках. По-моему, это и есть военные действия, - процитировала конгрессмена-демократа Брэда Шермана республиканская газета Washington Post. – Если бы какие-то иностранцы летали над Соединенными Штатами и бомбили их территорию, мы бы отнеслись к этому именно как к военным действиям». Там же приводятся выдержки из интервью со спикером палаты представителей Конгресса Джоном Бонером, который указал, что на операцию в Ливии США тратят по 10 млн. долларов в день и что он ожидает от администрации президента внятных объяснений по этому вопросу.
Республиканцы в последнее время обычно бывают сторонниками вмешательства (в том числе военного) во внутренние дела других стран, однако Ливия представляет собой, скорее, исключение.
Даже аризонский сенатор-республиканец Джон Маккейн, в прошлом конкурент Обамы на президентских выборах и сейчас скорее сторонник военных действий в Ливии, назвал позицию Белого дома «вопиющей прорехой в здравом смысле».
Демократическая газета NY Times, обычно выступающая оппонентом Washington Post, в этом случае придерживается той же точки зрения. Можно, помимо прочего, отметить одну деталь: в Washington Post, которая всегда не очень доброжелательно относилась к Обаме, нынешнего президента США обычно называют “Mr. Obama”, а в NY Times чаще пишут “President Obama”. В последние недели наименование “Mr. Obama” стало регулярно встречаться и на страницах NY Times.
«Нарастающая конфронтация с Конгрессом, - пишет NY Times, - радикально изменила политический ландшафт в Вашингтоне. Президент-демократ требует расширения своих исполнительных полномочий, чтобы задействовать вооруженные силы за рубежом, в то время как республиканцы призывают к более строгой отчетности и выражают опасения из-за того, что исполнительная власть заставляет Соединенные Штаты увязать в войне в чужой стране». Белый дом, отметили авторы статьи, признал, что эта операция уже обошлась Пентагону в 716 млн. долларов, а к сентябрю сумма может составить 1,1 млрд. долларов.
Прежде тоже бывали случаи, когда вмешательство в дела других стран не согласовывалось с Конгрессом. «Но эти случаи были миротворческими миссиями, к участию в которых США приглашали, и если там и бывали случаи насилия, то редко – так было, например, в Ливане, Сомали или Боснии. В отличие от этого, ливийская операция – это агрессивное вторжение, включающее в себя регулярные обстрелы правительственных вооруженных сил».
Президенту США отчасти удалось осуществить свой проект, о котором он постоянно говорил еще до победы на президентских выборах, а также после нее.