Боец бежал быстрее лани…

О вердикте присяжных, по которому двое подсудимых из 14, проходящих по процессу над неонацистской группировкой Воеводина — Боровикова, были освобождены из-под стражи, «Новая» уже писала. Но сразу за вынесением вердикта этот процесс преподнес еще один сюрприз: подсудимый Малюгин исчез из поля зрения суда.

А где же мальчик?
На первое же заседание по делу неонацистской группировки Воеводина — Боровикова после вынесения вердикта присяжных подсудимый Малюгин не явился. После выхода из-под стражи он остается в статусе подсудимого до окончательного приговора, который выносит судья, и обязан быть на всех заседаниях. Все участники процесса ждали Малюгина почти час, а на углу набережной Фонтанки и улицы Пестеля все это время стояла мать Малюгина — она явно кого-то ждала.
На вопрос судьи, почему его подзащитный не пришел, Владимир Щербань, адвокат Малюгина, сообщил, что после оглашения вердикта и выхода из-под стражи вместе с матерью Малюгин направился домой, но вскоре сказал, что ему надо позвонить, и отошел за угол. Ни в тот вечер, ни в последующие дни он домой не возвратился, и семья ничего не знает о его местонахождении. Судья Шидловский принял решение о принудительном приводе пропавшего подсудимого на следующее заседание.
На следующее заседание Малюгин опять не явился, и судья решил продолжать судебное заседание, хотя адвокаты — особенно защитники подсудимых Воеводина и Прохоренко — возражали, требуя расследования исчезновения Малюгина. Но присутствие или отсутствие уже оправданного присяжными Малюгина в зале суда — чистая формальность, его фамилия не будет больше фигурировать в обсуждениях и прозвучит лишь в окончательном приговоре судьи. И даже объявить в розыск Малюгина не могут ни судья, ни прокуратура. Это могут сделать только родители.

Сидел бы тихо…
— Это стало полной неожиданностью для всех, — считает адвокат Владимир Щербань, защитник Малюгина. — Его мать буквально поседела за эти дни. Видимо, он испугался, что его могут снова арестовать. Но ведь он оправдан! У меня нет объяснений такого поведения.
Ситуация складывается скандальная. В кулуарах суда исчезновение Малюгина бурно обсуждалось. Родственники подсудимых посчитали, что Малюгина «напугали СМИ» — якобы на некоторых телевизионных каналах прошли сюжеты о том, что «убийца африканцев» вышел на свободу и чернокожим студентам теперь нужно ходить по улицам, оглядываясь. Представители потерпевшей стороны выдвинули версию, что неявка Малюгина — заранее обдуманная попытка затянуть процесс.
В любом случае поведение подсудимого Малюгина как минимум глупо. Во-первых, поверить в то, что Малюгин (по кличке Боец), отслуживший в армии, затем по контракту в Чечне, «испугался» сюжетов на телевидении, могут только очень наивные люди. Или те, кто продумал «пропажу» Малюгина заранее. Во-вторых, его «таинственное исчезновение» только лишний раз привлекает внимание к его и без того неоднозначной персоне.

Беглец утекает, буквы остаются
Напомним, Малюгину инкриминировались два убийства — африканского студента Самбы Лампсара и гражданина Узбекистана Рашида Суюнова. Доказательная база, собранная следователями по этим эпизодам, была чрезвычайно слабой. Но если участие Малюгина в убийстве африканца действительно не доказано следствием, то его причастность к убийству Рашида Суюнова вызывает вопросы.
Об убийстве Суюнова — таксиста, которого Малюгин и еще двое человек, по версии прокуратуры, убили и ограбили, — тоже известно из свидетельских показаний. Ради того, чтобы отмыть Малюгина от этого эпизода, в суде выступил свидетелем недавно освободившийся Филипп Таржиманов, который вдруг, спустя шесть лет, отчетливо вспомнил, что совсем другой человек якобы рассказывал ему, как вместе с Боровиковым участвовал в убийстве таксиста.
Это почему-то сильно убедило присяжных. Они, похоже, забыли показания свидетеля Федорова, который рассказал, как именно в квартире Малюгина он обрезал ствол винтовки, из которой, видимо, и был убит Суюнов. Присяжные забыли и о совпадении почерков — на машине Суюнова и в записке, написанной Малюгиным из следственного изолятора. Присяжным не огласили эту записку полностью, а она очень интересна: в ней подсудимый Малюгин просит подсудимого Закалистова (находившегося на подписке о невыезде) организовать нападение на конвой, чтобы освободить его, Малюгина, из-под стражи. В записке Малюгин просит перестрелять охранников, чтобы он смог выйти на свободу.
— К сожалению, текст этой записки не был полностью оглашен присяжным, — говорит государственный обвинитель Наталья Цепкало. — Иначе, возможно, их решение могло быть другим. Видимо, на мнение присяжных повлияло спокойное поведение Малюгина, его уверенность. Сейчас у нас нет оснований преследовать Малюгина, объявлять его в розыск. Но таким явно неумным поведением он только компрометирует сам себя — единственным мотивом его побега может быть осознание, что за ним все-таки есть такие грехи, за которые ему придется отвечать.

Наталья ШКУРЕНОК