"МК": прокурор-самоубийца может стать разменной монетой в войне СКР и Генпрокуратуры

10 июля в НИИ им. Склифосовского, не приходя в сознание, скончался начальник управления по надзору за ФСБ Генпрокуратуры РФ Вячеслав Сизов, пустивший себе пулю в голову в личном кабинете. Врачи боролись за его жизнь всю минувшую неделю, но огнестрельная рана оказалась смертельной.

СМИ выдвигали различные версии инцидента: ухудшившиеся отношения с начальством, нежелание Сизова искать компромат на чекистов, неурядицы в семье. Интернет-издание Life News, побеседовав с супругой прокурора Валентиной, выяснило, что версия про супружеские дрязги не состоятельна.

Валентина была последней, кто слышал голос Вячеслава Сизова по телефону - она позвонила ему перед роковым выстрелом. "У него голос ясный и трезвый. Он мне только сказал: "Валюша, мне сейчас очень плохо. Все, пока", - рассказала женщина. "Я как почувствовала: что-то не то", - говорит она.

После этого Сизова набирала номер мужа снова и снова, но он больше не ответил. Женщина рассказала о странном разговоре сыну - студенту четвертого курса юридической академии, но и тот не смог дозвониться до отца. 5 июля в 15:10 еще живого Вячеслава Сизова нашли в луже крови.

Сизов уважительно относился к Виктору Гриню, но не нажил ни квартиры, ни дачи

Супруга прокурора до сих пор находится в сильнейшем шоке и не понимает почему любимый муж вдруг решился на столь страшный поступок. "Очень хорошо провели воскресенье, к нам приезжали гости. В понедельник все тоже нормально. Во вторник, когда это случилось, утром я поехала с ним в Генпрокуратуру. Мне надо было срочно забрать документы на визу - мы собирались с 3-летним внуком в отпуск. Примерно в 07:20 ушла. Ничего необычного не почувствовала. До обеда еще несколько раз говорили по телефону. Если и была депрессия, то я ее не видела", - отметила Валентина Сизова.

"Московскому комсомольцу" Валентина заявила, что не может объяснить поступок супруга: "Словно какая-то черная пелена взошла. Сдали нервы? Но из-за чего? Положа руку на сердце, все у нас было прекрасно. Никаких проблем на работе я тоже не замечала".

Она отметила, что у Вячеслава Сизова никогда не случалось срывов. "Он вообще по натуре очень спокойный, уравновешенный. Если заговаривал о работе, то обычно отшучиваясь. Ни на что не жаловался", - сказала она.

Версию следствия о том, что в тот день Вячеслав Сизов порядком выпил на работе, Валентина опровергает. По ее словам, ее супруг "выпивал как и все мужчины - в праздник бокал вина или рюмочку коньяка". "А в последние месяцы, когда мы каждые выходные ездили отдыхать на дачу, мы совсем никакого алкоголя не брали", - процитировало ее слова Life News. Сизов обычно был сам за рулем.

Однако, по данным "МК", дачи у супружеской четы нет. "Мой муж всего себя отдавал работе. Даже в доме у нас никто не знал, где он служит. За 5 лет в Москве ничего не нажили: живем в служебной квартире, дачи нет", - рассказала вдова прокурора.

В версию доведения до самоубийства она тоже не верит: "Конечно, я не знаю всего, что у него происходило на службе. Он об этом не рассказывал. Но я видела, насколько Вячеслав уважительно относился и к Виктору Яковлевичу (заместителю генпрокурора Виктору Гриню), и к другим руководителям. Они работали вместе 5 лет. Этого просто не может быть".

По словам Валентины Сизовой, давления со стороны Генпрокуратуры ее семья не ощущает. "Я официально заявляю, что это неправда. Никакого давления нет, наоборот, мы постоянно чувствуем поддержку его коллег. В пятницу меня приглашали к генпрокурору. И Юрий Яковлевич Чайка, и другие руководители в один голос отзывались о моем муже безупречно. Они тоже в шоке и не понимают, что произошло", - подчеркнула женщина.

СКР может использовать гибель генерала в войне с Генпрокуратурой

Между тем депутат Государственной думы РФ Александр Хинштейн, явно симпатизируя Генеральной прокуратуре РФ, считает, что гибель высокопоставленного прокурорского генерала будет использована в войне Следственного комитета России и спецслужб против контрольно-надзорного ведомства.

В статье, опубликованной в понедельник в "МК", он утверждает, что подчиненные Бастрыкина всерьез рассматривают возможность возбуждения уголовного дела по статье 110 УК РФ (доведение до самоубийства). В качестве главного подозреваемого в нем будет фигурировать заместитель генпрокурора Виктор Гринь, известный тем, что отменил несколько постановлений в отношении нескольких прокурорских работников, замешанных в "игорном деле".

"В СКР отлично понимают бесперспективность такого дела, но главная задача заключается не в том, чтобы дойти до суда, а чтобы нанести Генпрокуратуре очередной удар побольнее", - пишет Хинштейн и выражает сочувствие Сизову: "Взаимодействие с ФСБ - все равно что прогулка на минном поле: один неверный шаг - и костей не соберешь".

Коллеги начальника управления рассказали Хинштейну, что видели прокурора за 10 минут до трагедии, и якобы он "находился в сильном подпитии". Их слова позже подтвердила Генпрокуратура, заявив, что в крови и моче Вячеслава Сизова обнаружены следы алкоголя, а затем опроверг СКР, распространив информацию со ссылкой на медэкспертизу о том, что генерал был трезв. Депутат Госдумы продолжает утверждать, что Сизов стрелялся "на пьяную голову": "В его кабинете найдены пустые банки от алкогольных коктейлей".

"Конечно, это мало красит надзорное ведомство: руководитель такого уровня, средь бела дня уходящий в отрыв… Но куда более отвратительно выглядит пляска на костях, которую устроили подчиненные Бастрыкина. Человеческая трагедия воспринимается ими не более чем подсобный материал в политической борьбе", - отмечается в статье.

По сведениям "МК", к подмосковному игорному скандалу генерал не имел никакого отношения: за исключением того, что надзирал за ФСБ, которая, в свою очередь, ведет оперативное сопровождение дела.

Хинштейн считает, что скорее всего Генпрокуратура отменит постановление о возбуждении дела о доведении до самоубийства, "и СКР поднимет новую волну истерии". Снова газеты и интернет-сайты будут писать о том, как прокурорская стая покрывает беспредел в своих рядах, страшась беспристрастного расследования. Выигрышность этой ситуации заключается еще и в том, что все руководители Генпрокуратуры, курирующие надзор за СКР, окажутся отведены от дела.

"СКР хочет убить сразу нескольких зайцев. И с Гринем, и с его подчиненными у следствия свои счеты: именно эти люди мешают им спокойно жить. Дискредитировать их - выгодно во всех смыслах", - говорится в материале.

Генерал не был "биороботом"

При этом сам Сизов мало кого интересует. СКР жаждет не установить истину, объективно разобравшись в причинах гибели, а использовать удобный повод для очередного скандала. Каждое лыко должно быть в строку: до марта 2012-го времени все меньше, считает Александр Хинштейн.

Никаких перспектив у такого уголовного дела нет. Профессор права Бастрыкин не может не знать диспозицию 110-й статьи УК. Состав преступления возникает только в том случае, если человек неоднократно подвергался перед смертью конкретным противоправным действиям: истязаниям, телесным повреждениям, угрозам расправы, оскорблениям, клевете. Причем возбуждать дело можно лишь одновременно с другими составами: за те же истязания или клевету.

"У меня, как и у коллег Сизова, нет внятного объяснения причин случившегося. Ни малейших мотивов стреляться у него не было, а в шпионские истории о препаратах, превращающих людей в биороботов, я не верю. Единственная более-менее правдоподобная версия: неосторожное обращение с оружием. Пуля вошла в голову чуть выше виска, а это значит, что в момент выстрела генерал скорее всего сидел, облокотившись рукой на стол", - отмечает парламентарий.