На Енисейскую алкогольную ассоциацию (ЕАА) был подан иск с обвинением в ущемлении прав федеральных производителей алкоголя и снижении конкуренции. О причинах возникновения конфликта ЕАА и ФАС и возможных сценариях его развития мы поговорили с Вадимом Дробизом, директором центра исследований федерального и региональных рынков алкоголя (ЦИФРРА).

— Как возник конфликт?

— Ситуация имеет давнюю историю. За последние несколько лет государство хотело максимально сократить количество производственных площадок, заводов. Считая, что чем их меньше, тем проще контролировать. За последние два года ушло достаточно много производителей и легальной, и нелегальной водки. Сохранить водочное производство старались очень немногие регионы. Кажется, на территории Красноярского края таких заводов было закрыто четыре. Администрация края была одной из немногих, кто боролся за поиск инвесторов, восстановление работы этих заводов. Администрация поручала это Енисейской алкогольной ассоциации. В результате в край пришла компания из Бурятии ОАО "Байкалфарм", которая купила заводы и восстанавливает, и компании из других регионов. Так они максимально восстановили производство и рабочие места. Естественно, теперь им нужен рынок сбыта, прежде всего в своем регионе. Поэтому вполне объяснимо, что они пытались убрать лишнюю, нелегальную, низкокачественную водку и вытеснить в том числе и легальную.

— Как ассоциация делала это?

— Дополнительно проверяла качество, ввела минимальную цену на продукт. В 2007 году практически в каждом регионе России продавалась нелегальная водка за 40-70 руб. и легальная водка местных производителей за 90 руб. Водка федеральных компаний, "Зеленая марка", "Путинка" стоили 115-130 руб. Кроме того, было достаточно федеральных заводов по цене местных производителей. Местные администрации сурово карали тех, кто пытался производить нелегальную водку, но таковая водка из других регионов открыто продавалась на одной полке с легальной, в том числе в московских магазинах. Местные производители вынуждены были конкурировать с нелегальной водкой и проигрывали.

Начали образовываться ассоциации, которые занимались дополнительной проверкой качества водки, потому что доказать нелегальность продукта они не могут. Ассоциации создавались вместе с администрациями краев и областей (цель администрации — сохранять рабочие места и налоги в области), проводили дополнительную сертификацию, выдавали некий знак качества. Тем самым, получатся, они боролись и с легальной водкой федеральных производителей, производителям это не нравилось. Эта политика получила название регионального сепаратизма. Задачей этой политики было максимально вытеснить привозную водку с рынка, чтобы заполнить своей. Хотя эти ассоциации с удовольствием бы боролись с нелегальной продукцией, но у них нет таких прав, а государство этим не занимается.

В Красноярске несколько лет местные производители вполне успешно боролись за место под солнцем. У них за несколько лет до введения по всей России в январе 2010 года была установлена минимальная цена на водку. Между нелегальной и легальной водкой после введения официальной минимальной розничной цены есть небольшой зазор. В 2010 году нелегальная стоила около 89 руб.— это официальная цена, легальная — от 105 руб. и выше, это реальная минимальная цена. Есть, конечно, и исключения, и случаи, когда водка могла стоить меньше реальной минимальной, но обычно она дороже.

— Существует ли какая-то статистика этой успешной кампании?

— В рамках системы добровольной сертификации через ГПКК "Оптовый алкогольный центр" в 2010 году проверено 94,2 млн бутылок алкогольной продукции, из них забраковано по качеству и не допущено на прилавки магазинов 1,1 млн бутылок (22,6 вагона). В общем объеме забраковок доля продукции, ввезенной в край из регионов Северного Кавказа и "по схеме" через другие субъекты Российской Федерации (часть продукции предприятий Московской области и Ставропольского края), составила 77,7%. За пять месяцев 2011 года проверено продукции 1,5 млн декалитров алкогольной продукции, забраковано — не допущено на прилавки магазинов 20,2 тыс. декалитров (около семи вагонов). 64% от этого объема приходится на долю алкогольной продукции, ввезенной из Северной Осетии и Кабардино-Балкарии.

— Не были ли "списки неблагонадежных компаний" в Тверской области одним из методов алкогольных ассоциаций в борьбе с нелегальной водкой?

— Нет, совсем наоборот. Ассоциации к ним отношения не имеют. Эти списки распространялись в предприятиях розницы якобы как предостережение о неблагонадежности. Но списки не соответствуют действительности. Так недобросовестные конкуренты пытались опорочить другие компании.

— Каким образом на Енисейскую алкогольную ассоциацию подали в суд? Кто-то из поставщиков южной водки обратился в Федеральную антимонопольную службу?

— Инициатором разбирательства стала компания "Дэстэни". И из той информации, что я видел в материалах Енисейской алкогольной ассоциации, компания является поставщиком водки на территорию Красноярского края из южных республик, в том числе и не соответствующей требованиям, нелегальной. К этому факту можно подходить по-разному. Енисейская ассоциация считает, что их работа — это борьба с нелегальной продукцией, контроль за легальностью рынка.

"Дэстэни" подала в заявление в ФАС с тем, что считают Ассоциацию виновной в ущемлении прав и снижении конкуренции. В результате УФАС вынесло решение в пользу "Дэстэни" и других поставщиков нелегальной водки в Красноярский край. Это решение выгодно и федеральным легальным производителям. Но действует оно против производителей и операторов Красноярского края.

— Это не единичный случай, есть ли еще в России сильные алкогольные ассоциации?

— Очень сильных не так много, может быть, десяток. Например, в 2009 году, когда был образован РАР и проводились совещания, в региональном сепаратизме были отмечены 25-27 регионов. Это регионы, на которые федеральные операторы алкогольного рынка прямо обращались с заявлениями в прокуратуру.

— Что будет дальше, каковы возможные сценарии развития?

— Не думаю, что ЕАА расформируют. Она была серьезным регулятором рынка, но теперь многие права утратит. При УФАС создается некий экспертный совет по вопросам алкоголя. А ассоциация была при администрации области. Здесь получается определенный конфликт между администрацией и УФАС. Поэтому посмотрим. Губернатор поддерживал деятельность ассоциации, они решали его задачи, насыщали своей продукцией рынок. Вряд ли эту задачу будет решать экспертный совет при УФАС, он теоретически должен быть за развитие конкуренции. Развитие конкуренции исключает создание таких региональных движений и защиту местных предприятий.

В то же время федеральные службы контроля (в том числе Роспортебнадзор) не в состоянии обеспечить эффективный контроль качества продукции на рынке, и мы можем в лучшем случае рассчитывать на ее безопасность.

Записала Татьяна Воронец

Изменение доли продукции (водка) с юга России (КБР, РСО) на рынке Красноярского края в 2006-2011 годах

ПериодОбъем водки на
рынке (дал)Доля водки
с юга

2006 год	1 812 544,1	18,75%
2007 год	2 723 391,8	25,05%
2008 год	2 428 573,6	25,7%
2009 год	2 294 500,3	20,38%
2010 год	1 935 324,6	4,66%
Январь--апрель 2011 года	394 330,4	2,68%

"Региональный сепаратизм: УФАС против алкогольных ассоциаций"