Акционер «Лукойла» и «Спартака» о банкротстве США, китайцах-захватчиках и бензине

• Если бы США были обычной страной, ее бы давно уже сделали банкротом. Она бы давно девальвировала собственную валюту и привела бы внутренний долг в соответствие со своими экономическими реалиями. А как девальвировать доллар? По отношению к чему? [«Ведомости», 2008]

• Я бы никому в этой стране не рекомендовал входить в конфликт с «Газпромом». [«Эксперт», 2007]

• Стоимость бензина в нашей стране — это стоимость налогов. Налог на добычу полезных ископаемых привязан к мировой цене на нефть. В этом году государство также повысило и размер акцизов, но компаниям было сказано: «Ребята, мы вам налоги повышаем, но вы не перекладывайте их на плечи потребителей». Хотя более честно было бы сказать следующее: «Ребята, мы возвращаемся в Советский Союз, у нас регулируемая цена на бензин». [«Коммерсант», 2011]

• Я не столь приближен к верхним эшелонам власти, чтобы доносить до них свое мнение. Я могу выступать только как эксперт. [«Ведомости», 2008]

• Китайцы входят легко, но выходят очень тяжело. Если мы хотим сохранить независимость, надо сохранять контроль над национальными ресурсами. А то выйдет как в предсказании Нострадамуса, что Китай захватит Россию. [SmartMoney, 2007]

• Недра принадлежат государству. Есть политическая власть, которая все решает. Зачем с этим спорить? [«Коммерсант», 2011]

• В отличие от «Юкоса» «Лукойл» всячески уходил от грубой системы налоговой оптимизации. Мы были ее категорическим противником, понимая этот системный риск. Сегодня налоговые органы — реально силовое министерство. Наши налоговики уже почти такие же крутые, как в США, а там страшнее налоговой нет ничего. И история с «Юкосом» была хорошим воспитательным моментом. Все всё поняли. [«Эксперт», 2007]

• Я лично покупаю [акции «Лукойла»] все время. [Forbes, 2010]

• Демократию нельзя спустить сверху, как это сейчас делается в Ираке и Афганистане. Она вырастает из определенного уровня экономического развития, нравственных традиций общества. И то, что у нас происходит, с точки зрения англо-саксонского права, может быть, и не очень красиво, но с точки зрения наших реалий… Все-таки Россия больше азиатская страна, чем европейская. [«Ведомости», 2004]

• Всегда говорят о достоинствах. О неудачах говорить неудобно. [«Ведомости», 2008]

• Социальные проекты не приносят прибыли, они дают моральное удовлетворение. [«Ведомости», 2007]

• Чем была хороша система, которая действовала в 1990-е? Все компании конкурировали благодаря своим технологиям, интеллектуальным ресурсам, желанию работать. Но сейчас этот механизм сломан. Выигрывает тот, кто достучался, пробился, получил доступ. И это неправильно. [«Коммерсант», 2011]

• Состояния менеджеров вроде меня — вещь виртуальная. 99% моих денег — это акции «Лукойла». Сегодня они стоят одних денег, завтра — других, а послезавтра могут вообще ничего не стоить. [«Ведомости», 2004]

• У меня есть социальные функции, есть «Спартак», на который я трачу $70 млн в год. [Forbes, 2010]

• Я уверен: все деньги, которые я вложил в «Спартак», верну. Если будет хорошее предложение, я могу хоть сейчас продать клуб. [«Русский Newsweek», 2008]

• Я не считаю, что стоит прислушиваться к баннерам [на стадионе]: когда решения принимаются толпой, ничего хорошего не получается. А меня этот фанатский шум не волнует. Я, когда был молодым человеком, писал диссертацию по общественной психологии и прекрасно знаю психологию толпы и как себя вести. [«Русский Newsweek», 2008]

• Мы не играем в политику. Мы играем в футбол. [«Эксперт», 2007]

Подробнее: профайл Леонида Федуна.

Принципы Леонида Федуна