Рынки ответили за рейтинг США

По версии этого агентства, наивысших долгосрочных кредитных рейтингов теперь уже не имеют три из стран "Большой семерки" – США, Япония и Италия. Вероятность нового мирового финансового кризиса очень велика – отмечают эксперты. Готова ли Россия к возможному кризису? На эти вопросы Радио Свобода отвечает директор департамента стратегического анализа компании ФБК Игорь Николаев:

– Мы и в прошлый раз не были особенно готовы к тому, что в активной фазе началось осенью 2008 года. Долгое время, как известно, говорили, что все это России не коснется. И, кстати, уже сейчас снова начались разговоры о том, что все происходящее нас никак не затронет. Однако в этот раз мы будем готовы в гораздо меньшей степени, потому что должных уроков из первой волны кризиса мы не извлекли. Антикризисная политика у нас была круто замешана на популизме – ни одна страна мира не увеличила социальные расходы в кризис, а мы увеличили. Уже одно это делает нас менее готовыми к возможной второй волне кризиса, потому что, когда у государства завышенные социальные обязательства – а оно, безусловно, будет стараться выполнить эти обязательства в предвыборный год – то преодолеть кризисный период будет крайне трудно.

Другой фактор, делающий нас менее готовыми к кризису – отсутствие резервного фонда в том объеме, который был. Напомню: к весне 2009 года он составлял 4,9 триллиона рублей, к середине этого года – менее 1 триллиона, а если уж совсем точно – 750 миллиардов рублей. То есть резервный фонд сейчас сократился в 6,5 раз.

– Какие шаги, на ваш взгляд, должно предпринимать руководство страны, чтобы минимизировать последствия возможного кризиса?

– Во-первых, надо перестать заявлять о том, что у нас все спокойно и нас ничто не коснется, потому что эти заявления действуют с точностью до наоборот. Во-вторых, необходимо хотя бы сейчас отказаться от популизма в принятии решений. Все эти Олимпиады, Чемпионаты мира по футболу, саммиты и так далее – это еще одно доказательство того, что Россия меньше готова к возможной второй волне кризиса. Потому что таких обязательств по выполнению дорогостоящих мероприятий тогда, три года назад, у нас не было. А если говорить конкретно о денежно-кредитной политике, то здесь надо менять модель экономики, которая в России, как и во всем мире, спекулятивная. Простой пример: по итогам первого квартала 2011 года объем финансовых вложений (а это, прежде всего, вложения в акции, депозиты и так далее) превзошел объем инвестиций в основной капитал более чем в 12 раз.

Между тем, министры финансов и главы центральных банков "группы 20-ти" заявили о готовности принять все необходимые меры по укреплению стабильности мировых финансовых рынков. На ход торгов в эти дни влияет не только снижение кредитного рейтинга США, но и экономическая ситуация в Италии и Испании. Новый финансовый кризис, если таковой разразится, не минует стороной и Россию, убеждены аналитики. Говорит руководитель экономической экспертной группы Евсей Гурвич:

– В прошлый раз, вопреки ожиданиям, реакция России на кризисный шок оказалась очень сильной. Мы помним, что накануне кризиса руководители правительства высказывали уверенность, что Россия будет тихой гаванью в море финансовой нестабильности, и отовсюду капиталы придут укрываться к нам. Так казалось, потому что у нас были очень сильные макроэкономические показатели. Но, как показала практика, нас это не спасло. Экономический спад у нас был сильнее, чем в других странах – Россия вошла в десятку стран с самой сильной реакцией на кризисный шок.

Сейчас ситуация другая, в чем-то хуже, в чем-то лучше. С одной стороны, мы еще до конца не оправились от прежнего кризиса, что, как ни странно, позволит нам легче перенести новый. У нас нет перегрева экономики, у нас нет производства, которое поддерживается притоком капитала, как это было в 2008 году – напротив, наблюдается отток капитала. И здесь нам как бы нечего терять. Но с другой стороны, у нас нет и того запаса прочности, который был накануне прошлого кризиса. Тогда у нас был бюджетный профицит, сейчас – бюджетный дефицит. За истекшее время уменьшился резервный фонд, который помог нам пережить прошлый кризис. Поэтому я думаю, что если новая волна кризиса поднимется, то российская экономика не упадет так сильно, как в прошлый раз, реакция будет не такой сильной, но длительной.

– Какие инструменты должно использовать правительство, руководство государства, чтобы смягчить воздействие возможного нового кризиса?

– В прошлый раз не только Россия, но и другие страны использовали замещение, сокращение внешнего и отчасти внутреннего спроса государственным спросом – то есть попросту тратили деньги вместо граждан и вместо иностранных государств, поддерживая деятельность наших компаний. Мне кажется, что нам имело бы смысл в этот раз попытаться не просто минимизировать последствия кризиса, но и извлечь что-то полезное из него – позволить кризису очистить экономику от нежизнеспособных предприятий, которых у нас достаточно много и которые часто искусственно поддерживаются на плаву, считает Евсей Гурвич.

Торги на российском рынке акций 9 августа характеризовались высокой степенью волатильности – то есть, изменчивостью цен. Упав на открытии глубоко вниз, ведущие индексы затем начали возвращаться к уровням закрытия накануне. Московской межбанковской валютной бирже даже удалось на короткое время выйти в плюс, а индексу Российской товарно-сырьевой биржи – вернуться выше 1600-ста пунктов. Однако стабильность так и не наступила – со следующей волной продаж индексы вновь упали.

Торги проходили при крайне негативном внешнем фоне – спаде на мировых биржах и снижении цен на нефть. Российская валюта сегодня продолжила падение, в то время как остальные сырьевые валюты – австралийский, новозеландский и канадский доллары – росли по отношению к доллару США. Падение рубля связано с существенным снижением цен на нефть и бегством от рисков, которое привело к оттоку капитала с развивающихся рынков. Центральный банк России продолжил политику гибкого курса рубля и не стал проводить масштабных валютных интервенций для ограничения роста доллара. Профессор, доктор экономических наук, председатель экспертного совета "Опора России" Никита Кричевский уверен, что падение фондовых рынков Россию пугать не должно:

– России должно быть абсолютно все равно, что происходит на фондовом рынке, потому что российские фондовые активы составляют менее 2% от активов мирового фондового рынка. Величина статистически незначимая, не оказывающая сколь-нибудь существенного влияния на состояние российской экономики. Россию должно волновать то, что происходит на рынке нефтяных фьючерсов. А вот там ситуация весьма и весьма тревожная. Потому что бюджет на этот год в последней редакции сверстан, исходя из 105 долларов за баррель. Сейчас же, по последним котировкам, нефть стоит 101 доллар. Иными словами мы сталкиваемся с опасностью увеличения дефицита федерального бюджета и, как следствие, дополнительных мер по минимизации этого роста. А дополнительные меры могут быть следующими и достаточно простыми. Во-первых, это плавная девальвация рубля, что мы наблюдаем и будем наблюдать в ближайшие дни. Во-вторых, это повышение налогов. Но это процесс не быстрый, это возможно только со следующего года. Наконец, это увеличение внутренних и внешних заимствований. Именно по первому и по третьему пути за исключением повышения налогов сегодня идет российское правительство. Проблема в том, что 105 долларов за баррель – цена несопоставимая с реалиями современного нефтяного рынка, который превратился в точно такой же спекулятивный фондовый рынок, стал его частью, как и классический фондовый. Потому что нефтяные фьючерсы – это ценные бумаги, которые покупаются в надежде на то, что в ближайшее время они будут расти. Надежда связана с тем, что за счет дополнительной стоимости этих ценных бумаг можно будет получить прибыль.

.