Оригинал материала
Путч вчерашний и путч завтрашний
Монопольная и агрессивная политическая власть, которая привела к распаду СССР, может привести к распаду Российскую Федерацию
Двадцать лет назад, в августе 1991 года, усилиями наиболее консервативной части высшей советской бюрократии было предпринято судорожное и агрессивное движение по сохранению в неизменном виде политической системы СССР. Государственный комитет по чрезвычайному положению (ГКЧП) предпринял попытку захвата государственной власти накануне (за сутки) до запланированного на 20 августа подписания Ново-Огаревских союзных соглашений, которые должны были коренным образом преобразовать Союз Советских Социалистических Республик.
По существу, эти соглашения были единственным шансом на модернизацию советской империи в демократическом направлении мирным путем. Силовое политическое решение подорвало систему окончательно и предсказуемо ускорило процесс распада СССР. По существу, именно путч ГКЧП закрыл последнюю возможность мягкого реформирования СССР и сделал неизбежным его быстрый распад. Парадокс истории заключается в том, что двадцать лет спустя в государственной системе сформированной на руинах СССР России именно идеология путчистов 1991 года является доминирующей. Это создает чрезвычайно высокие риски территориального и политического распада России.
Случайно либо нет, но детальная документальная история августовского путча в 1991 году широкому обществу в нашей стране осталась практически неизвестна. Очень быстро эта тема сошла со страниц газет, осталась почти не затронута телевидением, кроме нескольких широко известных ярких картинок, не стала предметом детальных политических исследований.
Между тем двадцать лет спустя в России выглядят чрезвычайно актуальными все политические события позднего СССР – и начала его конца, и собственно конца.
Потому что все больше и больше параллелей появляется в этих двух таких непохожих на первый взгляд исторических эпохах.
После ввода 19 августа 1991 года войск в Москву многие жители столицы шли к советским солдатам и офицерам брататься
«Решения ГКЧП СССР обязательны для неукоснительного исполнения всеми органами власти и управления, должностными лицами и гражданами на всей территории Союза ССР»
Основная цель Государственного комитета по чрезвычайному положению на самом деле заключалась в том, чтобы не допустить подписания 20 августа 1991 года нового союзного договора, упраздняющего СССР и создающего федерацию/конфедерацию — Союз Советских Суверенных Республик (Союз Суверенных Государств). Проект нового союзного договора предполагал отмену договора об образовании Союза ССР 1922 года.
20 августа в Ново-Огарёво договор о создании СССР/ССГ должны были подписать представители РСФСР, Белорусской ССР, Казахской ССР и Узбекской ССР, остальные государства содружества – в течение пяти встреч, расписание которых было составлено до 22 октября.
Реальным организатором путча был Комитет государственной безопасности СССР.
Несмотря на то, что номинальным главой ГКЧП был назначен вице-президент СССР Г. И. Янаев, реальным руководителем путчистов являлся председатель КГБ СССР В. А. Крючков. К слову, это было подтверждено материалами служебного расследования, проведённого КГБ СССР в сентябре 1991 г.
Путч готовился больше полугода.
Еще в декабре 1990 года председатель КГБ СССР В. А. Крючков поручил бывшему заместителю начальника ПГУ КГБ СССР В. И. Жижину и помощнику бывшего первого заместителя председателя КГБ СССР В. Ф. Грушко А. Г. Егорову осуществить «проработку возможных первичных мер по стабилизации обстановки в стране на случай введения чрезвычайного положения».
С конца 1990 года до начала августа 1991 года В. А. Крючков совместно с другими будущими членами ГКЧП предпринимали всевозможные политические и иные шаги по введению в СССР чрезвычайного положения конституционным путём.
В частности, 28 марта 1991 года на совещании у М. С. Горбачева был образован Государственный комитет по чрезвычайному положению, который должен был подготовить меры по возможному введению чрезвычайного положения. Но это не было решение о введении чрезвычайного положения, это была подготовка варианта действий, на одобрение которого требовались законные решения высших органов власти СССР, в том числе президента.
Не получив поддержки президента СССР и Верховного Совета СССР, с начала августа 1991 года заговорщики начали предпринимать действия по подготовке введения чрезвычайного положения силовым путём.
С 7 по 15 августа 1991 года В. А. Крючков провел встречи с некоторыми членами будущего ГКЧП на секретном объекте ПГУ КГБ СССР под кодовым названием УАБЦФ. В. И. Жижин и А. Г. Егоров по указанию Крючкова провели корректировку декабрьских документов по проблемам введения в стране чрезвычайного положения. Они же с участием бывшего в то время командующим воздушно-десантными войсками генерал-лейтенантом П. С. Грачёвым подготовили для В. А. Крючкова данные о возможной реакции населения страны на введение «в конституционной форме» режима чрезвычайного положения.
Содержание этих документов нашло потом отражение в официальных документах ГКЧП. 17 августа В. И. Жижин участвовал в подготовке тезисов выступления В. А. Крючкова по телевидению в случае введения чрезвычайного положения. Выступление не состоялось.
Участники заговора отводили именно КГБ решающую роль в устранении от власти президента СССР путём его изоляции, блокировании вероятных попыток президента РСФСР оказать сопротивление деятельности ГКЧП, установлении постоянного контроля за местонахождением руководителей органов власти РСФСР, Москвы, известных своими демократическими взглядами народных депутатов СССР, РСФСР и Моссовета, крупных общественных деятелей с целью их последующего задержания; осуществлении совместно с частями Советской Армии и подразделениями МВД штурма здания Верховного Совета РСФСР с последующим интернированием захваченных в нём лиц, включая руководство России.
9 августа 1991 года в полдень президент РСФСР Борис Ельцин с танка зачитал свой Указ о незаконности действий ГКЧП. Выход в свет сюжета об этом в программе «Время» известил страну о том, что существует центр сопротивления путчистам
С 17 по 19 августа некоторые подразделения специального назначения КГБ СССР и спецподразделения ПГУ КГБ СССР были приведены в повышенную боевую готовность и передислоцированы в заранее выделенные места для участия совместно с подразделениями армии и МВД в мероприятиях по обеспечению режима чрезвычайного положения.
Силами специально созданных групп 18 августа президент СССР М. С. Горбачёв с семьей был изолирован в месте отдыха в Форосе, а за президентом РСФСР Б. Н. Ельциным и другими оппозиционно настроенными лицами установлено наружное наблюдение.
«Приостановить деятельность политических партий, общественных организаций и массовых движений»
Все первые публичные документы ГКЧП [ 1 ] были готовы к концу дня 18 августа.
В 6 часов утра 19 августа 1991 года все телестанции и радиостанции СССР передали один и тот же дикторский текст, озаглавленный «Заявление Советского руководства» и повторявшийся каждый час [ 2 ]:
«В связи с невозможностью по состоянию здоровья исполнения Горбачевым Михаилом Сергеевичем обязанностей Президента СССР и переходом в соответствии со статьей 127.7 Конституции СССР полномочий Президента Союза СCР к вице-президенту СССР Янаеву Геннадию Ивановичу:
в целях преодоления глубокого и всестороннего кризиса, политической, межнациональной и гражданской конфронтации, хаоса и анархии, которые угрожают жизни и безопасности граждан Советского Союза, суверенитету, территориальной целостности, свободе и независимости нашего Отечества; исходя из результатов всенародного референдума о сохранении Союза Советских Социалистических Республик; руководствуясь жизненно важными интересами народов нашей Родины, всех советских людей, заявляем:
В соответствии со статьей 127.3 Конституции СССР и статьей 2 Закона СССР О правовом режиме чрезвычайного положения, и идя навстречу требованиям широких слоев населения о необходимости принятия самых решительных мер по предотвращению сползания общества к общенациональной катастрофе, обеспечения законности и порядка, ввести чрезвычайное положение в отдельных местностях СССР на срок 6 месяцев с 4 часов по московскому времени 19 августа 1991 года.
…Установить, что решения ГКЧП СССР обязательны для неукоснительного исполнения всеми органами власти и управления, должностными лицами и гражданами на всей территории Союза ССР».
«Невозможность по состоянию здоровья исполнения Горбачевым Михаилом Сергеевичем обязанностей Президента СССР», как известно, была полной ложью.
Удивительно, но факт: ГКЧП объявил чрезвычайное положение с 4 часов утра – точно с того часа, когда в 1941 году началось наступление частей фашисткой Германии на СССР.
Символами августа 1991 года стали Дом Верховного Совета РСФСР, баррикады и трехцветный флаг, который 22 августа был объявлен государственным
Одновременно Государственный комитет по чрезвычайному положению выступил с «Обращением к советскому народу»: обширным заявлением публицистического политического характера, которое служило декларативным прикрытием реальным целям ГКЧП и было собственно классической спецоперацией прикрытия, попыткой создания ГКЧП патриотического и социального имиджа.
Намного более конкретные вещи были написаны в постановлении № 1 Государственного комитета по чрезвычайному положению в СССР:
«1. Всем органам власти и управления Союза ССР, союзных и автономных республик, краев, областей, городов, районов, поселков и сел обеспечить неукоснительное соблюдение режима чрезвычайного положения в соответствии с Законом Союза ССР «О правовом режиме чрезвычайного положения» и постановлениями ГКЧП СССР. В случаях неспособности обеспечить выполнение этого режима полномочия соответствующих органов власти и управления приостанавливаются, а осуществление их функций возлагается на лиц, специально уполномоченных ГКЧП СССР.
…4. Приостановить деятельность политических партий, общественных организаций и массовых движений, препятствующих нормализации обстановки.
- В связи с тем, что Государственный комитет по чрезвычайному положению в СССР временно берет на себя функции Совета Безопасности СССР, деятельность последнего приостанавливается.
…7. Прокуратуре, МВД, КГБ и Министерству обороны СССР организовать эффективное взаимодействие правоохранительных органов и Вооруженных Сил по обеспечению охраны общественного порядка и безопасности государства, общества и граждан в соответствии с Законом СССР «О правовом режиме чрезвычайного положения» и постановлениями ГКЧП СССР.
Проведение митингов, уличных шествий, демонстраций, а также забастовок не допускается.
В необходимых случаях вводить комендантский час, патрулирование территории, осуществлять досмотр, принимать меры по усилению пограничного и таможенного режима.
…Решительно пресекать распространение подстрекательских слухов, действия, провоцирующие нарушения правопорядка и разжигание межнациональной розни, неповиновение должностным лицам, обеспечивающим соблюдение режима чрезвычайного положения.
- Установить контроль над средствами массовой информации, возложив его осуществление на специально создаваемый орган при ГКЧП СССР…»
После этого на двух листах постановления следовали абсолютно невыполнимые указания Совету министров СССР в недельный и двухнедельный срок решить практически все наиболее острые проблемы социально-экономической ситуации в стране.
Эта «вертикальная» экономическая часть должна была убедить граждан в намерении ГКЧП заниматься решением хозяйственных вопросов в интересах населения.
Но пахла бумага стилистикой продразверстки, который было невозможно перепутать ни с чем.
«Приостановить деятельность телевидения и радио России»
Одновременно с первым постановлением ГКЧП вышло в свет и постановление № 2 «О выпуске центральных, московских, городских и областных газет», отдельно посвященное главному врагу путчистов – независимой прессе:
«В связи с введением с 19 августа 1991 г. в Москве и на некоторых других территориях Союза Советских Социалистических Республик чрезвычайного положения и в соответствии с пунктом 14 статьи 4 Закона СССР «О правовом режиме чрезвычайного положения» Государственный комитета по чрезвычайному положению в СССР постановляет:
-
Временно ограничить перечень выпускаемых центральных, московских городских и областных общественно-политических изданий следующими газетами: «Труд», «Рабочая трибуна», «Известия», «Правда», «Красная звезда», «Советская Россия», «Московская правда», «Ленинское знамя», «Сельская жизнь».
-
Возобновление выпуска других центральных, московских городских и областных газет и общественно-политических изданий будет решаться специально созданным органом ГКЧП СССР».
Дальше произошло то, чего ГКЧП совершенно не ожидал: граждане и пресса не подчинились.
В 12 часов дня 19 августа состоялось знаменитое выступление Бориса Ельцина с танка у здания Верховного Совета РСФСР.
Вечером 19 августа ГКЧП в неполном составе провел знаменитую трясущимися на весь мир руками Г. Янаева пресс-конференцию, после которой стало окончательно ясно: не только дни, но и часы путча сочтены, он лишен общественной поддержки.
Именно на этой пресс-конференции в прямом эфире журналистка Т. А. Малкина задала вопрос: «Понимаете ли вы, что сегодня ночью совершили государственный переворот?».
Ответ не требовался, потому что прозвучал ключевой вопрос.
21 августа 1991 года газета «Правда» на первой полосе опубликовала постановление № 3 ГКЧП СССР о введении тотальной цензуры средств массовой информации в стране.
В тот же день, 19 августа, Центральное телевидение СССР в вечернем выпуске программы «Время» смелостью сотрудников программы неожиданно выпустило в эфир сюжет, подготовленный корреспондентом Сергеем Медведевым об обстановке у Белого Дома, в котором президент РСФСР Борис Ельцин зачитывал с танка свой Указ «О незаконности действий ГКЧП».
В эфир вышел даже комментарий самого С. Медведева, в котором тот высказал сомнение о возможности выхода этого сюжета в эфир. Сюжет увидела буквально вся страна, он резко контрастировал с остальным содержанием программы (сюжетами в поддержку ГКЧП) и стал катализатором сопротивления.
Этот сюжет вывел на улицы Москвы тысячи людей. Все они шли к Дому Верховного Совета РСФСР и окружили его живой стеной.
Уже 20 августа ГКЧП посвятил попыткам удушения свободы слова свое третье (последнее) постановление, также подготовленное в КГБ. В этом тексте были сброшены уже все маски, постановление № 3 стало самым откровенным политическим документом ГКЧП:
«В связи с введением 19 августа 1991 г. в Москве и на некоторых других территориях Союза Советских Социалистических Республик чрезвычайного положения в соответствии с пунктом 14 статьи 4 Закона СССР «О правовом режиме чрезвычайного положения» Государственный комитет по чрезвычайному положению в СССР постановляет:
-
Всесоюзной государственной телерадиокомпании, республиканским, краевым, областным телерадиоорганизациям в своей работе строго руководствоваться постановлениями Государственного комитета по чрезвычайному положению в СССР.
-
Возложить на руководство Всесоюзного совета по телевидению и телерадиовещанию в СССР и Всесоюзной государственной телерадиовещательной компании (Гостелерадио) координацию деятельности телевизионных и радиовещательных организаций на всей территории страны.
Временно наделить Гостелерадио полномочиями в необходимых случаях приостанавливать или отменять указания местных органов власти, противоречащие задачам и принципам вещания в условиях чрезвычайного положения.
- Временно ограничить перечень транслируемых из Москвы на всю территорию страны следующими программами:
— по телевидению — первой, второй и третьей программами Центрального телевидения;
— по радиовещанию — первой, второй, третьей и четвертой программами центрального Всесоюзного радиовещания;
Временно ограничить использование радиостанций союзного подчинения для трансляции рядом союзных республик своих радиопрограмм на зарубежные страны.
-
Программы республиканского телевидения и радиовещания передавать на территории соответствующей республики только по выделенным для этих целей каналам и передающим средствам.
-
Приостановить деятельность телевидения и радио России, а также радиостанции «Эхо Москвы», как не способствующих процессу стабилизации положения в стране.
-
Передача программ телевидения и радиовещания общественных, коммерческих и других органов вещания, не входящих в структуру вещания, указанных в пунктах данного постановления, временно приостанавливается.
Минсвязи СССР и минсвязи союзных республик обеспечить приостановление излучения в эфир и передачу по кабельным сетям программ негосударственных органов вещания.
- Действие выданных ранее регистрационных удостоверений на телевизионное и радио вещание прекращается. Порядок и сроки проведения перерегистрации органов телевидения и радиовещания будут сообщены дополнительно.
Поручить Минсвязи СССР взять под контроль все действующие и запасные центры и каналы связи и вещание на территории страны (включая и республиканского подчинения).
-
Гостелерадио и Минсвязи СССР во взаимодействии с руководством Всесоюзного совета по телевидению и радиовещанию создать временную координационную группу по регулированию телерадиовещания в стране, в том числе — в вопросах выделения частот, предоставления времени вещания и технических средств.
-
КГБ СССР, МВД СССР и их органам на местах принять дополнительные меры по обеспечению выполнения данного постановления».
После этого постановления иллюзии о реальных мотивах, целях и задачах ГКЧП уже не могли существовать ни у кого.
Это была бесспорная и неприкрытая диктатура.
Именно это и положило конец всей затее.
Поддерживать диктатуру не захотел никто из политически значимых сил: ни власти республик, ни войска, ни спецподразделения, ни милиция.
20 августа в 15:00 на первом канале Центрального телевидения СССР в программе «Время» (российские «Вести» были отключены от эфира) диктор неожиданно прочитал сообщения информационных агентств: Борис Ельцин объявил ГКЧП вне закона… прокурор России Валентин Степанков возбудил против членов ГКЧП уголовное дело… президент США Джордж Буш осуждает путчистов… премьер-министр Великобритании Джон Мейджор осуждает… мир возмущен и так далее.
Позже выяснилось, что ответственный выпускающий Главной редакции информации Центрального телевидения Татьяна Сопова на свой страх и риск подготовила папку дневных новостей, которую никто из руководства не стал смотреть, не предполагая такой разворот событий. Руководство Гостелерадио в тот момент пыталось решить, что показывать народу в вечернем выпуске программы «Время».
Журналист Евгений Киселев назвал потом Татьяну Сопову «маленькой женщиной, из-за которой, возможно, провалился путч в августе 91-го года».
Но дело было не только в прессе, конечно.
ГКЧП утратил все предполагаемые им рычаги управления ситуацией.
20 августа был снят с повестки дня вопрос о силовом взятии здания Верховного Совета РСФСР – оплота политической оппозиции ГКЧП.
По приказу ГКЧП офицерами Министерства обороны СССР, КГБ СССР и МВД СССР В. А. Ачаловым, В. Ф. Грушко, Г. Е. Агеевым, Б. В. Громовым, А. И. Лебедем, В. Ф. Карпухиным, В. И. Варенниковым и Б. П. Бесковым была проведена подготовка захвата здания Верховного Совета РСФСР подразделениями силовых структур. Для проведения операции были выделены подразделения общей численностью около 15 тысяч человек. С военной точки зрения этого было достаточно.
Но при обсуждении реализации плана на местности часть разработчиков (заместитель командующего ВДВ А. И. Лебедь, командир группы «Альфа» В. Ф. Карпухин, командир группы «Вымпел» Б. П. Бесков) обратились к заместителю председателя КГБ СССР Г. Е. Агееву с предложением отказаться от силового варианта решения событий.
Г. Е. Агеев согласился.
Переступать по приказу ГКЧП через кровь народа офицеры отказались.
Это был полный и окончательный перелом ситуации.
Держаться власть ГКЧП могла какое-то время только на штыках.
Но штыков не оказалось.
Тем не менее, в ночь с 20 на 21 августа произошел трагический эпизод: бронетехника, контролируемая ГКЧП, осуществляла манёвры в районе здания Верховного Совета РСФСР. В тоннеле на Садовом Кольце под Новым Арбатом произошли столкновения противников ГКЧП с военной колонной.
Погибли три человека: архитектор проектно-строительного кооператива «Коммунар» Илья Кричевский, участник войны в Афганистане, водитель автопогрузчика Дмитрий Комарь и экономист совместного предприятия «Иком», сын контр-адмирала Владимир Усов [ 3 ].
В 3 часа утра главком ВВС СССР Е. И. Шапошников прямо предложил Д. Т. Язову вывести войска из Москвы, а ГКЧП «объявить незаконным и разогнать». В 5 часов утра состоялось заседание коллегии Минобороны СССР, на котором главкомы Военно-Морского флота и Ракетных войск стратегического назначения (основные ядерные силы СССР) поддержали предложение Е. И. Шапошникова. Министр обороны СССР Д. Т. Язов фактически подчинился и отдал приказ о выводе войск из Москвы.
Днём 21 августа открылась сессия Верховного совета РСФСР под председательством Р. И. Хасбулатова, которая приняла заявления, осуждающие ГКЧП. Вице-президент РСФСР А. В. Руцкой и премьер-министр РСФСР И. С. Силаев вылетели в Форос к М. С. Горбачёву.
Другим самолётом, пытаясь опередить их, в Крым вылетели некоторые члены ГКЧП для переговоров с М. С. Горбачевым. Делегацию ГКЧП пустили на территорию президентской дачи, но М. С. Горбачёв отказался её принять и потребовал восстановить разорванную по решению ГКЧП в ночь с 18 на 19 августа связь с внешним миром. Он вышел на связь с Москвой, отменил все решения ГКЧП, отстранил его членов от государственных постов и назначил новых руководителей силовых ведомств СССР.
22 августа 1991 года М. С. Горбачёв вернулся из Фороса в Москву вместе с И. С. Силаевым и А. В. Руцким на самолёте Ту-134. Этим же бортом везли членов ГКЧП: так застраховались от возможного взрыва самолета в воздухе.
22 августа на Краснопресненской набережной Москвы прошел многотысячный митинг, на который люди вынесли огромное полотнище российского триколора; Б. Н. Ельцин объявил, что принято решение сделать бело-лазорево-красный стяг новым государственным флагом России.
В ночь с 22 на 23 августа по распоряжению Моссовета при массовом скоплении народа был произведен демонтаж памятника Феликсу Дзержинскому на Лубянской площади перед зданием КГБ СССР.
Казалось, это была полная и окончательная победа.
Но это было не так.
Они пошли другим путём
Что произошло за эти 20 лет – с августа 1991-го по август 2011-го?
Государственность СССР была подорвана в августе 1991 года окончательно, и момент юридической ликвидации СССР уже не имел значения. Он настал в декабре 1991 года. Мог настать и раньше, мог – немного позже.
К этому моменту практически все республики бывшего СССР объявили о своей государственной независимости, большинство – в течение месяца после путча.
Политическое устройство новой России оставалось демократическим всего два года – до осенних событий 1993-го, когда ультимативный клинч захвативших исполнительную и законодательную власть в стране группировок привел к полному краху государства и его принудительному переформатированию [ 4 ].
Вся политическая система России с тех пор стремительно двигалась к авторитаризму.
Первый президент России Борис Ельцин не смог провести демократических реформ для большинства населения и утратил поддержку миллионов граждан.
Результаты референдума по Конституции России в 1993 году были фальсифицированы: уровень общественной поддержки проекта документа был меньше необходимого минимума по действовавшему тогда законодательству. Но протоколы фальсифицировали, а бюллетени уничтожили. Россия морально не выстрадала и не приняла новую Конституцию. Ее ценности не стали ценностями общества.
Президентские выборы 1996 года были первой масштабной общероссийской манипуляцией общественным сознанием на выборах и результатами волеизъявления граждан. С 1996 года страна не знает, как она на самом деле голосует на выборах.
На исходе второго президентского срока слабеющий во всех отношениях и уже не верящий ни в какие демократические институты Борис Ельцин лихорадочно искал себе преемника среди силовиков и в итоге остановился на выходце из КГБ Владимире Путине.
Путин принес в российскую политику идеологию и практику чекизма начала XXI века – когда публичная политика выхолощена и принадлежит практически одному лицу, а в общественном смысле не существует, уничтожены политические свободы и ликвидирована политическая конкуренция, когда деятельность власти мотивирована закрытыми экономическими мотивами и потоками, а для сокрытия их от общества проводятся постоянные спецоперации прикрытия, когда главным инструментом управления государством стала коррупция, когда суды управляются чиновниками, а общество подавлено государством.
Одними из главных признаков политики чекизма являются политическая монополия бюрократии на власть и политическое (а иногда и физическое) уничтожение ее политических врагов.
Но если власти ВКП (б) – КПСС сопутствовала идеология, то теперь ее нет – есть только безостановочная жажда денег и власти. И – это нужно понимать – психологическая готовность пролить любую кровь для спасения своей власти.
Худшая часть идеологии путчистов 1991 года воплотилась в путинской России без всяких ГКЧП.
Правление Путина собственно и стало более чем десятилетним постоянным чрезвычайным положением под прикрытием выборов, утративших существо политического выбора – свободу.
Совершенно очевидно, что Путин никуда не собирается уходить. Он собирается править пожизненно. Должность не имеет значения.
Для пожизненного правления одного лица и была создана псевдопартия «Единая Россия» – структура без идеологии, предназначенная только для одной функции – обеспечения монопольной власти и контроля за гражданами.
Эта система никому не намерена отдавать власть. Ни на каких выборах.
Она не собирается честно проигрывать выборы, она с самого первого своего шага рассматривала выборы исключительно как спецоперацию публичного прикрытия захвата власти и насилия над обществом.
Это – система власти жуликов и воров.
И вопрос о «цене вопроса» является для этой системы риторическим, вопросом без цвета и запаха.
Это – политическая монополия, не способная эффективно управлять, но желающая править всегда.
Точно так же, как в позднем СССР.
Именно в таких системах и рождаются ГКЧП.
Потому что рано или поздно (так или иначе, это – годы, не десятилетия, почти веком СССР тут близко не пахнет) уровень общественной аллергии к Путину, его группировке, «Единой России» и проч. политическим девиациям превысит критически терпимый для большинства общества уровень. И никакие фальсификации на выборах не помогут сделать желаемый результат. А желание монопольной власти останется. Более того – усилится от страха расплаты и возмездия.
И эта группировка при выборе между честно проигранными выборами и силой узурпированной властью выберет единственно приемлемый для себя вариант: силовое удержание власти. То есть захват власти.
Под прикрытием вранья о «благе народа».
В этом не будет ничего удивительного.
Но это будет очень противно.
И очень опасно.
Если российское общество к тому часу будет достаточно сильным – оно сбросит этот морок с тела страны, как удалось сделать это поколению 1991-го года.
Но поколение 1991 года не смогло удержать страну и государство в своих руках. На смену гражданам очень быстро пришли политические мародеры.
И это – очень серьезная проблема современного российского общества.
Результатом политического краха КПСС, полностью отождествлявшей себя с государством СССР, стал крах СССР.
Результатом политического краха путинской «Единой России», полностью отождествившей себя с государством «Российская Федерация», может стать крах Российской Федерации.
Возможно, нам еще предстоит вспомнить и перечитать политические документы 1991 года глазами очевидцев.
1 Активом ГКЧП были: заместитель министра обороны СССР В. А. Ачалов (1945–2011), первый заместитель председателя Совета обороны СССР О. Д. Бакланов (р. 1932), руководитель аппарата Президента СССР В. И. Болдин (1935–2006), главнокомандующий Сухопутными войсками — заместитель министра обороны СССР В. И. Варенников (1923–2009), начальник охраны резиденции Президента СССР в Форосе В. В. Генералов (р. 1946), председатель КГБ СССР В. А. Крючков (1924–2007), председатель Верховного Совета СССР А. И. Лукьянов (р. 1932), премьер-министр СССР В. С. Павлов (1937–2003), начальник службы охраны КГБ СССР Ю. С. Плеханов (1930–2002), министр внутренних дел СССР Б. К. Пуго (1937–1991), председатель Крестьянского союза СССР В. А. Стародубцев (р. 1931), президент Ассоциации государственных предприятий и объектов промышленности, строительства, транспорта и связи СССР А. И. Тизяков (р. 1926), член Политбюро ЦК КПСС О. С. Шенин (1937–2009), министр обороны СССР Д. Т. Язов (р. 1923), вице-президент СССР Г. И. Янаев (1937–2010).
2 См.: Л. Шлосберг. Август нашей надежды // «ПГ», № 32 (301) от 23-29 августа 2006 г.
3 24 августа 1991 года всем троим было посмертно присвоено звание Героев Советского Союза.
4 См.: Л. Шлосберг. Дым Отечества. Октябрь 1993-го года оказал на российскую политику не меньшее действие, чем октябрь 1917-го // «ПГ», № 40 (409) от 8-14 октября 2008 г.