Владимир Осечкин в ближайшее время станет ЛОМом – лидером общественного мнения. Молодой предприниматель (30 лет), харизматичный, умный и цепкий, два месяца назад вышел из тюрьмы. Там он провел больше четырех лет, статьи самые распространенные для бизнеса – ст. 159 ч. 4, ст. 160 ч. 4 и ч. 3, и ст. 174-1 ч. 4 УК РФ (мошенничество в особо крупном размере, крупные растраты с последующей легализацией денежных средств). Срок – семь лет, вышел по УДО. До ареста занимался в Подмосковье автомобильным бизнесом, был владельцем холдинговой компании «Бестгрупп» и сети автосалонов «Бестмоторс». Бизнес полностью разрушен. Однако большая часть сотрудников правоохранительных и надзорных органов, организовавших арест и осуждение Осечкина, уволены из органов, либо осуждены, либо находятся в федеральном розыске.

У моего мужа, предпринимателя Алексея Козлова, ситуация очень похожая. Обвинения и сроки у них с Осечкиным одинаковые, а судьбы следователей по нашему делу стремительно развиваются по «подмосковному сценарию», хотя прямой связи между «списком Кардина» (почти все присутствующие в нем персонажи оставили подписи в деле Козлова) и крышеванием подмосковных казино (подписи в деле Осечкина) на первый взгляд нет.

Каждый день мы с Осечкиным и моим мужем (из зоны по телефону-автомату) обсуждаем ситуацию. Несколько раз в неделю мы собираемся «расширенным составом» – родственники осужденных предпринимателей, адвокаты, журналисты и люди, которых можно назвать сочувствующими экспертами. В последние месяцы политическая ситуация, напрямую влияющая на наше положение, начала меняться настолько стремительно, что мы сочли необходимым поделиться некоторыми своими наблюдениями и предложить серию заметок от «бизнес-зеков».

Наблюдение первое – «ментализация» юстиции. На днях меня пригласили участвовать в межведомственной рабочей группе по предотвращению конфликтов на национальной почве в местах лишения свободы. Пригласили специалисты из Минрегиона, а вовсе не ФСИН и не Минюста – ведомств, с которыми наша группа «бизнес-зеков» работает плотно, но безуспешно. Увиденное и услышанное отчасти объяснило причины фиаско: Минюсту и ФСИН (эти ведомства расположены под одной крышей на Житной) следовало бы сменить вывеску на «Московский филиал Самарского ГУВД».

Министр юстиции Александр Коновалов в недавнем прошлом был полпредом президента в Поволжье. Глава ФСИН Александр Реймер до 2009 г. возглавлял ГУВД Самарской области. С приходом Коновалова и в особенности Реймера в Минюсте и ФСИН соответствующим образом поменялся кадровый состав. И в первые год-полтора это было хорошо – ибо до Реймера в системе ФСИН было хуже некуда. У Реймера есть одно важное достоинство – на посту директора ФСИН он не берет взяток. К сожалению, на этом преимущества закончились. И сейчас можно констатировать полную «ментализацию» системы (включая назначение директора НИИ ФСИН), что весьма опасно. Эти люди умеют управлять тюрьмой только с одной стороны.

Свежая тенденция номер два – волна самоубийств и побегов среди разнообразных силовых начальников. Застрелился глава Хабаровского УФСИН, когда к нему пришли с обыском, бежал подмосковный прокурор Игнатенко, застрелился прокурор Сизов, курировавший ФСБ.

Кого традиционно недолюбливают и побаиваются милицейские? ФСБ. Кто вскрыл подмосковных прокуроров? ФСБ и СКР. Кого курировал Сизов? ФСБ.

А вот и ответ с другой стороны: из СК при МВД (ныне Следственный департамент МВД) убрали генерала Аничина (фигурант «списка Кардина» и однокурсник Путина), зато другой его фигурант, зам Аничина Алексеев, немедленно перемещен на место застрелившегося в Генпрокуратуре Сизова. То есть курировать ФСБ будет человек из МВД. Место однокурсника Путина в СК МВД занял однокурсник Медведева Кожокарь. А до этого Дмитрий Медведев настоял на переутверждении генпрокурора Чайки. То есть «ментализация» идет под Медведева. А «гэбэзация» – как обычно.

Дело подмосковных казино продолжается, и мы еще увидим – причем по ТВ – немало примечательных событий, иллюстрирующих борьбу прокуратуры и МВД (с примкнувшим «ментализированным» Минюстом) против ФСБ и СКР. Такого «коллективного Медведева» против «коллективного Путина». Даже и не знаешь, за кого болеть.

Пока результатом «битвы титанов» на как бы «правовом поле» можно назвать две совершенно разные вещи.

Первая – как бы поаккуратнее выразиться – нивелирование влияния мощных воров в законе на позиции крупнейших чиновников с последующим отбытием этих чиновников, причем с женами-миллиардерами, на острова, с последующим же присоединением к ним банкиров, по большому счету попавших под раздачу.

Вторая – демонстрация как бы успехов как бы гражданского общества в борьбе с правовым беспределом. Это мы с Осечкиным. Мы знаем реальную цену нашим весьма небольшим успехам – это годы борьбы тысяч неравнодушных людей. Лягушки сбили лапками сметану. Но сметану к делу не пришьешь – нашими расследованиями, жалобами и заведомо неправосудными приговорами поочередно с удовольствием пользуется то одна группа титанов, то другая. Отсюда, кстати, и взаимоисключающие постановления разнообразных высоких судов по делу Алексея Козлова, например: Верховный суд считает, что он осужден незаконно, Мосгорсуд – добавил бы сроку, да нельзя.

Предпринимателей по-прежнему прессуют, заказывают и сажают. Общество бесправно и безграмотно, не умеет использовать правовые методы защиты, и только горстка юристов расскажет вам про существование ст. 49, 125, 159 УПК РФ (посмотрите сами – пригодится). Но сейчас мы с Осечкиным нужны титанам – т. е. сами мы неинтересны, но мы создаем грамотные поводы для преследования фигур из того или иного лагеря. Наши цели временно совпадают. Но не дай бог им не совпасть.

Ольга Романова: Как бы успехи как бы гражданского общества