Продюсер и политический деятель учит заключенных компьютерной анимации

Небольшой класс сошел бы за студенческую аудиторию, если бы не мультяшные образы на веселеньких голубых стенах. За столами перед мониторами сидят студентки в черной форме. На спинках стульев — белые платки. На большой панели-мониторе на месте школьной доски светится большое трехмерное яблоко. «Выделяем фейс и экструдим легко и просто», — объясняет преподаватель.

Неожиданно его взор останавливается на окне: «Посмотрите, Маша идет по финишной тропе, она у нас сегодня освобождается, можно ей помахать». Девушки вскочили со своих мест и прижались к стеклу. Маша выходит за дверь проходной пермской женской исправительной колонии №32, огороженной колючей проволокой, не поднимая головы и не оборачиваясь.

Вот уже полгода на территории женской колонии работает школа трехмерной анимации. Ежедневно вместо того, чтобы работать на расположенной на территории швейной фабрике, 16 осужденных обучаются Photoshop и анимационной программе Maya, с помощью которой можно делать трехмерные мультфильмы. Это не государственный социальный эксперимент, а бизнес. Заработать на школе для анимации планирует продюсер, а ныне еще и политический деятель и член политсовета партии «Правое дело» Александр Любимов.

У бывшего первого замгендиректора ВГТРК к анимации не праздный интерес. По данным СПАРК, три года назад Александр Любимов вошел в состав учредителей с блокирующей долей в ООО «Свободное творчество», которое в свою очередь является владельцем ООО «Первое поле». Основанная Глебом Шагуном в 1998 году компания «Первое поле» занималась рекламой, но три года назад освоила телевизионное пространство, ей стали доверять дорогостоящие проекты. Самый громкий из них — компьютерная раскраска фильма «Семнадцать мгновений весны», каждая минута которого обошлась ВГТРК в $3000 (стоимость всего проекта — почти $1,9 млн). Проект сказался на выручке. Если в 2007 году компания заработала 36 млн рублей, то в 2008-м выручка выросла в 5,5 раз, до 199 млн рублей, а в 2010-м опять упала до 23 млн.

Мультсериал «Веселые мишки», который закуплен каналом «Россия 1», — первая проба пера компании «Первое поле» в анимации. В этом году телеканал «Бибигон», также принадлежащий ВГТРК, получил телевизионную премию ТЭФИ за серию мультзаставок. Как для раскраски «Семнадцати мгновений весны», так и для анимационных заказов привлекались специалисты из Китая и Южной Кореи. По словам Любимова, это дешевле и проще. Для создания пула аниматоров нужно много сил и средств, а зарплаты в Москве у специалистов этого профиля серьезные.

В 2010 году Любимов неожиданно нашел способ сэкономить. Зэки в каждой колонии занимаются исправительными работами: шьют, валят лес, выполняют госзаказ Минобороны или работают на структуры ФСИН. Эффективность таких работ невысокая, однако в исправительных учреждениях немало работоспособных кадров. «Внутренний режим учреждений суров, — указано в презентации школы анимации для ФСИН в разделе «экономическая составляющая». — В отличие от жизни на свободе осужденные не могут позволить не выйти на работу по каким-либо личностным факторам, покинуть ее раньше времени, не выполнить поставленные задачи и сроки».

Любимов придумал обучить анимации осужденных женской колонии, чтобы затем там же, в колонии, они выполняли заказы из Москвы. По идее работа с компьютерной графикой и анимационной программой Maya не требует специального образования и владения художественными навыками.

Рискованную идею организации киберпроизводства на зоне Любимов предложил министру юстиции Александру Коновалову, с которым был знаком. «Еще три года назад договориться с ФСИН о входе частного бизнеса на зону было невозможно, — говорит политик. — Но Коновалов пытается поменять мышление чиновников исправительных учреждений».

В проект по созданию в исправительной колонии №32 «Школы анимации» Любимов и его партнеры вложили $400 000. Зону выбрали в Пермском крае — во-первых, их там много, во-вторых, регионом руководит губернатор Олег Чиркунов, который поддержал идею и даже согласился частично ее профинансировать в рамках программы «Культурная столица».

Основные инвестиции пришлись на закупку лицензионных копий программы Maya. Чтобы поставить ее на 20 компьютеров, потребовалось $150 000. Остальное ушло на зарплату менеджеров, трех преподавателей и психолога. С помощью собеседований сначала отобрали 40 человек, из них — еще 20, с которыми и начали работать. Работавшим на фабрике и получавшим зарплату предлагались компьютерные курсы с перспективой не получать денег в течение полугода.

Интересно, что подавляющее большинство группы — осужденные по 228-й статье (незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление наркотиков). «Те, кто осужден по такой статье, по характеру склонны к авантюрам, их привлекает все неизвестное», — говорит Надежда Морозова, и. о. замначальника колонии по воспитательной работе.

По словам Любимова, риск был огромным. Половина группы вообще не знала, как подступиться к компьютеру, не говоря уже об англоязычной программе Maya, специалистов по которой в Перми можно было пересчитать по пальцам. Времени отвели полгода — если бы не было результата, проект бы тихо свернули. Но неожиданно для авторов проекта уже через четыре месяца заключенные девушки смогли выполнить поставленную задачу.

Улыбчивая Зося Величковская — единственная из девушек, осужденная по статье «убийство». По ее словам, другие заключенные смотрят на них как на ненормальных, разговаривающих на непонятном птичьем языке. Отбывающая наказание за воровство Елизавета Кощеева считает, что получила новую профессию. По образованию она бухгалтер. «Вы бы меня взяли бухгалтером после отсидки по 158-й статье?» — ухмыляется она. Сейчас она решила не подавать документы на УДО, а получить полноценное образование.

После обучения девушки смогут работать в центре коллективного творчества и получать зарплату как на фабрике. Точную сумму оплаты труда Любимов назвать затруднился. «Мы хотели платить до $1500 в зависимости от объемов, но нам это не рекомендовали во ФСИН». Возможно, причина заключается в не очень больших зарплатах сотрудников ФСИН. Любимов собирается сокращать издержки на зарплате и аренде помещения. По его словам, производство секунды трехмерной анимации в Москве стоит 2500 рублей, в Китае — 1200 рублей, а на зоне будет стоить около 700 рублей. Через год он рассчитывает делать 60–70% анимации «Первого поля» в центре коллективного творчества.

Средняя рыночная зарплата аниматоров — более $2000, констатирует директор студии «Анимаккорд» и создатель сериала «Маша и медведь» Дмитрий Ловейко. Около 80% средств его компания расходует на персонал. На вопрос, стал бы он аутсорсить часть производства, Ловейко отвечает отрицательно: это неудобно для лицензионной продукции, на которой зарабатывает большая часть анимационных студий.

У «Смешариков» — самого известного анимационного проекта в России — доля зарубежного аутсорсинга в производстве не больше 5%, регионального — около 15%. Пользователей анимационных программ в Санкт-Петербурге тоже немного, поэтому и генпродюсер «Смешариков» Илья Попов создал школу анимации. По словам Попова, если бы Любимов предложил рынку аутсорсинг анимации, он бы этим воспользовался.

Как сэкономить на оплате труда: рецепт Александра Любимова