06 октября 2011, 16:45 / Финансы

Скорее всего, чрезмерные пессимисты окажутся неправы

Алексей Моисеев

Открывая инвестиционный форум «ВТБ капитала» «Россия зовет!», председатель совета директоров компании Юрий Соловьев отметил, что автомобиль «Победа» начали конструировать еще в начале 1943 г. – в самый разгар войны. Наверное, тогда было легко сказать, что все в мире плохо, неизвестно еще, чем и когда война кончится, вся экономика, по сути, стала одним большим ВПК, а здесь вот придумали делать комфортабельную легковушку. Но тренд уже тогда был понятен, и было принято решение начать готовить экономику к послевоенному росту. Однако при чем здесь советский автопром и сталинская экономика? Мне кажется, параллель ясна: настроение у инвесторов хуже некуда, почти все ожидают ухудшения экономической и финансовой ситуации и с немалой опаской ждут отчетности американских и европейских банков, не видя впереди ничего позитивного, и масштабно, при первой возможности, увеличивают долю наличных денег в инвестиционных портфелях. Выход в наличные деньги для инвесторов – это все равно что мобилизация экономики во время войны: все работает только на оборону и ничего – на рост.

Но почему же тогда советское милитаристское правительство, страсть которого к танкам и ракетам весьма поспособствовала бюджетному коллапсу в СССР, в разгар войны подумало о выходе из военного состояния, а существенно более мирные люди – инвесторы – никак не хотят в разгар кризиса подумать о выходе из военного, т. е. кризисного, состояния. Пессимизм очень распространен и, похоже, распространяется и на реальный сектор, который начинает готовиться к повторению кризиса 2008 г. Такое развитие событий несет в себе определенный риск реализации сценария самореализуемого предсказания. Но все-таки все совсем не так плохо, как иногда может казаться. Да, ситуация в мировой финансовой системе действительно критическая. Но здесь нет ничего особенно нового, никто не считал, что она слишком уж хорошая, шесть или девять месяцев назад. Тем не менее тогда динамика цен на активы, в том числе на российские, была существенно более позитивной. Дело, наверное, по крайней мере отчасти, в легендарно короткой памяти инвесторов. Еще весной многим казалось, что рынки ожидает устойчивый повышательный тренд. Это касалось и российского рубля, курс которого к доллару на уровне 27 с небольшим многим не казался пределом для укрепления.

Точно так же как чрезмерные оптимисты оказались не правы весной, скорее всего, не правы окажутся и сегодняшние чрезмерные пессимисты. Скорее всего, как и положено, разворот тренда опять произойдет весной. Тому есть несколько причин. Во-первых, стремительно ухудшающаяся ситуация в финансовой системе западных стран увеличивает вероятность скорого принятия, в той или иной форме, программ количественного смягчения в США, Великобритании и еврозоне. Как признал полтора месяца назад председатель ФРС Бен Бернанке, в результате подобных программ растут цены на энергоносители. Это создаст хороший инвестиционный фон в России, де-факто приведет к ослаблению денежно-кредитной политики через каналы роста экспортной выручки и открытие рынков капитала. Но кроме этого в России на 2012 г. запланирована экспансионистская бюджетная политика. Наконец, к концу весны уйдет и предвыборная и послевыборная неопределенность. Не помешает и обычная позитивная сезонность первого полугодия. Таким образом, есть много оснований полагать, что уже достаточно скоро безудержный пессимизм рынков станет сменяться оптимизмом, хотя, наверное, и не столь безудержным. Главное – начинать готовиться к мирному росту сейчас, как советское правительство в 1943 г.