Две реакции

Среди множества откликов на митинг ученых, имевший место 13 октября, есть пара не то чтобы критических, а, скорее, провокационных. Причем в отношении логики и стиля один из этих откликов крайне недоброкачественный, второй — вполне мастерский. Начнем с первого, хотя есть правило — не отвечать на дурные выпады троллей. Однако иногда это правило не грех нарушить в просветительских целях.

На сайте Либертарианской партии была опубликована статья, совершенно феерическая по своей злобности и неадекватности. Название: «Шариковы хотят больше денег на науку». Шариковы — это ученые, собравшиеся на митинг. Автор не указан; видимо, можно рассматривать статью как редакционную. Смысл: ученые, нечего выпрашивать деньги у налогоплательщиков, устраивайтесь специалистами в крупные компании, и вообще — науку должен финансировать бизнес. Стиль — оскорбления и передержки. Вскоре там же появилась подборка высказываний экономистов по поводу митинга, выдержанных в том же духе, но уже более умеренных по форме. Эту подборку прокомментировал Михаил Гельфанд, я же хочу остановиться на самом явлении, побуждающем вроде бы образованных людей делать такие заявления.

Явление называется «фундаментализм». Есть понятие «либерализм», в основе которого — приоритет личности над государством. А есть либеральный фундаментализм, где этот принцип доводится до крайности и принимает форму набора догм. Либертарианцы — секта из этой серии. Одна из догм: государство должно ужаться до минимума, если не до нуля, вместе с налогами. Граждане сами правильно распорядятся своими деньгами. А как же, например, современная наука? Она ведь не лезет в эту догму! Что не лезет, то отрицается: наука сводится к разработке технологий — бизнес оплатит. Те, кто понимает, что наука — нечто большее, ищут лазейку: «Граждане сами осознают и подержат науку без государства…» — представьте себе Большой адронный коллайдер вскладчину.

Я видел стайку либертарианцев на «Последней осени» — юные пассионарии с приятными лицами. У нас каждый пассионарий на вес золота, особенно если жизнь заставит его пройти серьезный ликбез. Поэтому, полагаю, не стоит травить этих ребят, лучше потратить силы на доходчивое разъяснение широким массам (в том числе и государственным мужам, которые понимают данный предмет на том же уровне), что такое наука и зачем она нужна. Мы уже публиковали ряд высказываний на эту тему (см. например, статью З. Силагадзе и К. Филипчук «Зачем нужная фундаментальная наука?» — ТрВ-Наука № 63, 28 сентября 2010 г.), но подобный ликбез должен выйти далеко за пределы нашей газеты.

Второй, мастерский, акт троллинга осуществил Виктор Шендерович (www.svobodanews.ru/content/article/24359446.html). Его суть примерно такова: Вы все говорите правильно, но поздно пить боржом — у вас, как и у остальных, отобрали все рычаги влияния в начале двухтысячных. Когда их отнимали, надо было выступать, а теперь можете только нижайше просить или бороться за доступ к Телу. «Короче: помалкиваем дальше».

По большому счету, Шендерович прав. Надо бороться не только за свои конкретные интересы, а также за общие — за окружающую общественную среду. В том числе, вставать на защиту других, ибо, когда придут за тобой, вступиться уже будет некому. Последняя фраза, насчет «помалкиваем», конечно, есть чистейшая провокация, дабы подзадорить. Что ж, подзадорить нас не вредно.

Ученые, кстати, мощно выступили в конце 80-х, — начале 90-х (может быть, не выступи они, всё было бы куда хуже), но потом как в воду канули. Это и понятно: надо заниматься своим делом, а политика — занятие грязное. Но прошли многие годы, и политика занялась нами. Вроде бы пора снова возвысить голос, но уже как-то не получается — у кого возраст, у кого аллергия, у кого есть что терять. Или просто — инерция.

Итак, Шендерович прав по большому счету, но есть еще и малый счет, и тут он не прав.

Митинг, даже посвященный чисто цеховым вопросам, полезен даже безотносительно к тому, прислушаются к нему или нет. Кстати, был и шум в прессе, и даже кое в каких мелочах прислушались (см. комментарий Е. Онищенко). Несколько сот человек, одержавших победу над инерцией, чтобы собраться и выразить консолидированное мнение, — это и есть гражданская активность, даже если мнение касается чисто цеховых вопросов. Один раз победили инерцию — глядишь, и в следующий раз победят, да еще и другие присоединятся. Даже если нет никакого видимого эффекта от подобных действий, есть подспудный «химический» эффект. И он, пожалуй, в последнее время становится заметным.

Борис Штерн