Евросоюз спасает Грецию

Соглашение о том, что частным держателям греческих гособлигаций – то есть банкам, финансовым и страховым компаниям, а также различным инвестиционным фондам – будет предложено согласиться на списание части своих вложений в них, было достигнуто еще на саммите Евросоюза в конце июля.

Кредиторам, в частности, предложили на выбор несколько вариантов обмена имеющихся у них греческих гособлигаций на новые, со значительно более дальними сроками погашения. А кроме того – продать правительству Греции часть купленных ранее его облигаций, но со скидкой. В случае реализации плана, частные кредиторы Греции теряли бы примерно 21% своих прежних вложений, отмечает руководитель аналитического отдела банка Unicredit в Мюнхене Кристиан Вебер: “Но в любом случае необходимо их добровольное согласие на такую реструктуризацию”.

Сразу после июльского саммита правительство Греции начало переговоры с частными держателями его облигаций, которые продолжаются и поныне. Считать их завершенными, как подчеркивал премьер-министр Греции, можно будет лишь в том случае, если удастся договориться, как минимум, с 90% частных кредиторов страны.

Однако уже тогда, в конце июля, многие эксперты отмечали, что 20%-го списания греческого долга будет явно недостаточно, учитывая нынешние темпы его разрастания. Три месяца спустя такие прогнозы превратились в политическое решение. 27 октября по итогам саммита ЕС было объявлено, что списание составит уже 50%. В этом случае, отмечалось на саммите, общий объем греческого долга, составляющий ныне 160% ВВП страны, к 2020 году может быть сокращен до 120%.

До саммита, судя по сообщениям, частные инвесторы были готовы на 40%-ое списание. Страны еврозоны, особенно Германия, настаивали на 60%. Поэтому многие эксперты и прогнозировали компромисс на уровне 50%. Что, собственно, и произошло.

Но интересно, что на этот раз о "добровольности" такого выбора политики уже не вспоминали. Наоборот, президент Франции Николя Саркози прямо заявил, что представителей банков пригласили на саммит, "не для того, чтобы вести переговоры, а с тем, чтобы информировать о решении лидеров 17 стран еврозоны". По словам руководителя группы министров финансов стран еврозоны Жана-Клода Юнкера, сопротивление банков было преодолено, когда их предупредили, что в противном случае возможен сценарий полного банкротства Греции, который обернется не только огромными потерями для стран еврозоны, но и грозит крахом их банкам.

В качестве компенсации частным кредиторам, которые согласятся на новые условия, были предложены дополнительные гарантии Греции по ее облигациям на 30 млрд евро. Для этого страна получит дополнительный кредит на такую же сумму от европейского Антикризисного фонда.

Сам европейский Антикризисный фонд вновь решено расширить – уже во второй раз. Напомним, он был создан весной прошлого года – на тогдашнем пике долгового кризиса в Греции, который сегодня оказывается на очередном пике.

Общий объем фонда был определен в 750 млрд евро, из которых 250 млрд – доля Международного валютного фонда. Остальные 500 млрд евро – вклад самого Европейского союза, в котором 60 млрд составляют резервные средства Европейской комиссии и 440 млрд – гарантии правительств стран еврозоны, пропорционально объемам национальных экономик. Соответственно, главный гарант-вкладчик этого фонда – Германия, доля которой превышает 27%. Доля Франции – 20%, Италии – 18%.

Под эти гарантии Антикризисный фонд выпускает собственные облигации. А вырученные от их продажи на финансовых рынках средства и предоставляются нуждающимся странам (на сегодня – Ирландии и Португалии) по частям в виде кредитов.

Однако реально фонд может выпустить своих облигаций в целом лишь примерно на половину общей суммы. Ведь его пайщиками являются не только страны еврозоны с наивысшими кредитными рейтингами (Германия, Франция, Нидерланды, Австрия, Финляндия и Люксембург) но и "проблемные" страны региона. Поэтому при общем объеме гарантий на 440 млрд евро реально, то есть под минимальный рыночный процент, фонд может выпустить своих облигаций, по экспертным оценкам, лишь на 200-250 млрд евро.

Вот почему еще в марте 2011 года было решено не только почти удвоить европейскую часть Антикризисного фонда – с 440 млрд евро до 780 млрд, но и разрешить некоторым странам-пайщикам вносить свой вклад как в виде гарантий, так и непосредственно деньгами.

Это решение было напрямую связано с утратой финансовыми рынками доверия к так называемым "периферийным" странам еврозоны, отмечает аналитик Deutsche Bank во Франкфурте Николаус Хайнен: "Если вклад этих стран в общий Антикризисный фонд ЕС составляют лишь их гарантии, нетрудно представить и общий имидж самого фонда в глазах инвесторов. А наличные средства, пусть и небольшие, все же создают определенное доверие".

Все эти планы оставались актуальными вплоть до 21 июля, когда на очередном саммите Евросоюза всем его участникам стало очевидно, что сама идея расширения Антикризисного фонда за счет новых гарантий или даже денег его пайщиков наталкивается на слишком явное неприятие европейских налогоплательщиков, то есть избирателей.

И с тех пор фокус всех споров об увеличении европейского Антикризисного фонда сместился в сторону таких вариантов, которые, с одной стороны, позволили бы расширить реальный потенциал фонда с нынешних 200-250 млрд евро хотя бы до 1 трлн евро, то есть в 4-5 раз, а с другой – не требовали увеличения взносов в него стран-пайщиков. Теперь эти надежды оформлены как решение саммита Европейского союза.

А так как речь идет о вариантах, требующих принятия не столько политических, сколько более технических, финансовых решений, конкретные механизмы такого расширения поручено согласовать в течение ноября министрам финансов стран еврозоны.

Например, гарантии того, что частные и другие держатели гособлигаций “проблемных” стран еврозоны получат частичную компенсацию – в случае их убытков по этим вложениям. Цель – привлечь к их покупке новых крупных инвесторов. И, в частности, Китай, Японию и другие страны с крупными валютными резервами. Однако странам еврозоны лишь предстоит решить, кто именно будет предоставлять такие гарантии – общий Антикризисный фонд Евросоюза или сами страны-эмитенты облигаций?

Третье из главных решений саммита ЕС – требование примерно к 70 ведущим европейским банкам резко увеличить собственный капитал ради повышения их финансовой устойчивости на фоне предстоящего списания половины греческого долга.

Кстати, в целом лишь 27% всего долга Греции, по экспертным оценкам, держат коммерческие банки – зарубежные или сами греческие. Еще 30% приходится на межгосударственных кредиторов – Европейский центральный банк, Европейский союз и Международный валютный фонд. И более 45% - на долю разного рода инвестиционных компаний и фондов.

На саммите ЕС было решено, что 70 крупнейших банков из 13 европейских стран должны увеличить собственный капитал в ближайшие месяцы в целом, как минимум, на 106 млрд евро. Причем – самостоятельно: либо получив эти средства на финансовых рынках, либо продав некие свои активы, либо переведя в собственный капитал часть своей текущей прибыли. И лишь в безвыходной ситуации банки смогут обратиться за поддержкой к финансовым властям – в своих странах, а потом и в ЕС.

В случае реализации одобренных на саммите планов уровень достаточности собственного капитала этих банков сразу в полтора раза превысит даже тот норматив, который заложен в новейшем международном соглашении о банковском регулировании, принятом в сентябре 2010 года и известном как "Базель-3". Оно призвано сменить ныне действующее соглашение – "Базель-2".

Участниками Базельского комитета международного банковского регулирования являются, в частности, все страны G20, но сама организация национальных банковских систем в них сильно разнится. И, например, европейским банкам, по оценкам европейских же экспертов, чтобы соответствовать новым требованиям, предстоит нарастить собственный капитал в значительно большей степени, чем американским, британским или японским.

Этим отчасти объясняется позиция, например, Германии, настаивавшей еще недавно как на меньшем ужесточении нынешних нормативов финансовой устойчивости банков, так и на более продолжительном переходном периоде для внедрения этих нормативов.

Дело в том, что европейская, и особенно немецкая банковская система сильно отличается от англо-саксонской, поясняет Николаус Хайнен из Deutsche Bank. "В Германии много так называемых "товарищеских" или "общественных" банков – например, системы Sparkasse или Volksbank. У них – совсем другая банковская структура, иная философия бизнеса. Вот почему им необходим более длительный переходный период, чтобы соответствовать в итоге всем жестким требованиям соглашения "Базель-3".

Однако в Европе переходный период к требованиям соглашения "Базель-3" сокращается теперь сразу в несколько раз. Ранее планировалось начать его в 2013 году, а завершить – к концу 2018 года.

Однако на завершившемся в четверг саммите Евросоюза было решено, что ключевое из требований к достаточности собственного капитала, заложенных в соглашение "Базель-3", должно быть выполнено ведущими банками стран еврозоны уже к середине 2012 года. Причем требование в полтора раза более жесткое, чем согласованное всего год назад.