Шестой день допроса Романа Абрамовича

В пятницу вечером допрос Романа Абрамовича адвокатом Березовского Лоренсом Рабиновитцем прервался на самом интересном месте: впервые за пять предшествовавших дней в суде так явно зазвучало имя Владимира Путина, который во время обсуждавшихся событий был президентом России. Его приход в Кремль в 2000 году ознаменовался началом политики вытеснения из власти и «равноудаления» олигархов. При этом Абрамовичу удалось снискать благосклонность Путина и стать самым приближенным из удаленных.

На шестой день выступления Абрамовича выяснилось, что первым итогом вмешательства Путина в отношения олигархов стала продажа Абрамовичу доли Березовского в телекомпании ОРТ (сегодня «Первый канал». — Forbes) под угрозой повторения судьбы бывшего владельца НТВ Владимира Гусинского. Тот в июне 2000 года был заключен в Бутырскую тюрьму, затем выпущен, но после долгих переговоров был вынужден продать долю в телеканале.

Березовского, как утверждает он сам и его адвокат, сломали шантажом. В обмен на продажу пакета ОРТ ему якобы посулили освободить от уголовной ответственности его друга — первого заместителя гендиректора «Аэрофлота» Николая Глушкова, обвинявшегося вместе с Березовским в мошенническом присвоении валютных средств авиакомпании. В 2004 году обвинения по «тяжелым» статьям были заменены Глушкову на «легкие» — злоупотребление полномочиями, и он вышел на свободу, поскольку отсидел более трех лет. Березовский был приговорен к заключению заочно.

Недовольство Путина Березовским вызрело после серии передач ОРТ, посвященных гибели подлодки «Курск», затонувшей в августе 2000 года. Сначала Березовского вызвал тогдашний глава кремлевской администрации Александр Волошин (он присутствует на лондонском процессе) и якобы принуждал олигарха отказаться от принадлежавших ему 49% акций телеканала. В противном случае, угрожал Волошин, он «закончит так же, как Гусинский». Березовский, утверждает его адвокат, попросил организовать встречу с Путиным, но тот выдвинул то же требование, пригрозив, что иначе Березовский «пойдет в тюрьму». В то же время глава ФСБ Николай Патрушев вызвал к себе Бадри Патаркацишвили, а затем отвез его в Кремль, где Путин интересовался у партнера Березовского, «что за странную игру ведет Березовский». Путин предложил компаньонам «убраться с ОРТ», а затем Патаркацишвили, по словам защитника Березовского, встретился с министром печати Михаилом Лесиным и тот якобы назначил цену — $300 млн. Хотя в итоге Абрамович заплатил ровно вдвое меньше.

Абрамович утверждает, что ничего об этих встречах тогда не знал. Под давлением адвоката он признает, что был достаточно близок с Путиным, чтобы понимать, насколько тот недоволен Березовским. И в 2000 году Абрамович якобы приезжал в свое шато на мысе Антиб во Франции, которое находилось рядом с шато Березовского и Патаркацишвили, передать Березовскому недовольство Путина политикой ОРТ.

Переговоры продолжались до поздней осени. Первоначальная цена Абрамовича была $100 млн. Однако Березовский на нее не соглашался. Торг шел не только о цене, но и о свободе Глушкова. И это подтверждает пленка с записью разговора Березовского, Патаркацишвили и Абрамовича во время их встречи в VIP-зале аэропорта Ле Бурже в декабре 2000 года. «Как ты думаешь, Колю [Глушкова] арестуют?» — спрашивает Березовский Абрамовича, а тот успокаивает: «С моей точки зрения, там не было таких серьезных экономических преступлений, за которые его (Глушкова) могут арестовать». На следующий день, 7 декабря 2000 года, Глушкова задержали в кабинете следователя Генпрокуратуры.

Сейчас Абрамович настаивает, что «арест Глушкова… [никак не был связан] с продажей ОРТ и… это абсолютно надуманная позиция». Адвокат же уверен, что причина — несговорчивость Березовского.

Знал ли об этих переговорах «под давлением» Владимир Путин? Рабиновитц уверен, что «именно Путин решал, кого арестовывать». Абрамович возражает, что «Путин [просто] — самый информированный человек, который получает всю информацию от генпрокурора». Тем не менее из его слов также следует, что он бы не стал покупать долю Березовского, не получив благословения Кремля. Для этого он заручился согласием тогдашнего главы администрации президента Александра Волошина. «Акции ОРТ — очень взрывоопасный продукт, — объясняет Абрамович. — Если бы я знал, что кто-то против их покупки, я бы близко к ним не подошел».

Из вопросов защитника и ответов олигарха складывается картина его отношений с президентом: осенью 2000 года Абрамовича вызвали в Кремль и Путин якобы позволил заплатить Березовскому $150 млн, если сделка пойдет без огласки, а сам он останется в тени. И хотя Абрамович утверждает, что Путин этой покупкой не интересовался и никаких поручений ему не давал, адвокат напоминает ему, что он обещал президенту купить акции телекомпании. «Нет, — возражает Абрамович. — Я обещал, что если куплю, то проинформирую его об этом».

Заплатить ему пришлось больше разрешенной суммы. Как объяснял Абрамович в письменных показаниях, 49% компании обошлись ему в $164 млн. При этом $10 млн были переведены на счет в российском банке (оформлено было как за 38% акций), чтобы ввести в заблуждение органы валютного контроля. А часть денег прошла через Латвийский торговый банк. «Если я правильно помню, — признается Абрамович, — вся сумма была $164 млн: $150 млн за 49% ОРТ, остальное за то, чтобы сделать деньги легальными». По его словам, такая схема была придумана, поскольку Березовский и Патаркацишвили не были уверены, что смогут забрать деньги из России. К тому времени они понимали, с кем имеют дело.

В статье использованы онлайн-репортажи «Новой газеты», «Газеты.ru» и блога журнала "Сноб"

Как с благословения Путина продали «Первую кнопку», чтобы не сесть в тюрьму