Андрей Левкин: Книга Перемен, РФ-версия

Андрей Левкин

Глеб Павловский, "Гениальная власть! (Словарь абстракций Кремля)". 2012, М."Европа", 120 стр. В "Полит.ру" уже рецензировалась Сергеем Митрофановым, но можно и иначе: похолоднее, что ли.

Это ясная, прозрачная и даже стильная книга – до такой степени, что я даже почему-то ощутил в ней нечто хипстерское (ну, с того их края, где у них макюзеры), отчего хотел назвать рецензию "25 заебошенных луков гениальнойвласти" (в одно слово). Но тогда бы эстетика неправомерно придавила бы смысл. Ну а смысл уже ближе к варианту Книги Перемен, поскольку каждая из предъявленных в книге словарных статей определяет точку потенциального изменения. Вот, описано определенное состояние власти – но любое состояние, коль скоро оно сформулировано, приобретает склонность измениться. Про сами возможные изменения в книге не говорится, да – но это уже для читателя, сосчитать: а что будет, если стабильность вот этого пункта нарушится?

Пример: "Идеология власти: без нас вы не договоритесь! Проверить это нельзя, так как мы всегда тут как тут. И никому еще не удавалось рассортировать реальность угроз, от которых защищает гениальная власть. Иные угрозы производны от нее самой". Что – гипотетически – произойдет при изъятии или раскачке этого пункта?

Конечно, такой подход предполагает фильтрацию имеющихся в книге частных эмоций, отдаляющих ее от, скажем, Логико-философского трактата. Ну, я не так, чтобы настаиваю, что в идеале имелся в виду именно этот текст, но двигаю дело примерно в ту сторону. Делать это можно, поскольку принципиального сопротивления такому движению материал не оказывал.

Разумеется, на основании текста можно составить и список опасений & отношений автора; предположить, что он вообще хотел от этой книги лично, в психоаналитическом даже смысле. Но только все эти эмоции выполняют роль связок, добавляя в текст немного задушевности, которая необходима для российского читателя - чтобы тот мог соотнести отчужденную логику книги с собственными мыслями о будущем. Специально так сделано или нет – не знаю, но сошлось хорошо. Читателю, как частному лицу, тут есть о чем подумать: о себе, конечно.

65, что ли, позиций

Книга разбита на 25 глав (предисловие и заключение тоже в счет). "Безальтернативность", "большинство", "вертикаль власти", "демократия" и т.п. Собственно, это почти иероглифы, смысл каждого и проясняется в тексте: его сегодняшнее значение, имеющее отношение к власти.

Все это известные слова, но на то она и власть, чтобы не добавлять новации, а действовать в рамках общедоступной терминологии. Разве что модернизируя ее эпитетами, как в случаях "суверенной демократии", "вертикали власти" или "путинского большинства". Все это - метки состояний власти (ею же утвержденные), к которым Павловский для разнообразия добавит "табуретку Корнилова" и еще что-нибудь такое.

В сумме иероглифов примерно 65. Потоум что в "большинстве" будут еще и "использование большинства в России", "безвольное большинство", "консенсус и всемогущая воля". А в "вертикали власти" вообще восемь подпунктов, в том числе – "неуверенность и торговля страхом" и "бизнес на суверенитете".

Но все они описаны как статичные элементы. В том смысле, что не приведены сценарии их возможных изменений. Например, даже иероглиф "легенда меняется" – тоже описание статичного состояния. Так может быть – просто описание действия, которое состоит в том, что все остается на месте. Оно вот именно такое, что никто никуда не идет, но в этом месте табличка: "легенда меняется".

Иероглифы не равновеликие, какие-то основательнее, другие – почти ситуационные. Они не взяты со стороны, но подтверждены, производятся по ходу дела той же властью. Противоречит ли позиции "страх" субботняя история с задержанием на таможне исполнительного директора ассоциации "Голос" Шибановой с изъятием у нее ноутбука? Да, не противоречит.

Собственно, и книга в сумме - такой же иероглиф. Для красоты и полной ясности ее название следовало бы и в самом деле написать в одно слово "гениальнаявласть": чтобы обойтись без лишних догадок на тему в каком (плохом или хорошем) смысле употреблен эпитет. Да и с остальными абстракциями давно можно было бы поступить так же: вот писали бы сразу "сувереннаядемократия", или "партияединаяроссия", или "вертикаливласти" – и не потребовалось бы разъяснять.

Вообще, это главный результат: власть и ситуацию можно представить в таком виде. В книге описано мета-состояние российской власти, которое складывается из предъявленных в ней элементов. Соответствует, нет сомнений.

От позиций к переменам

Итак, это такие объекты, что они и иероглифы и, в то же время, пункты Книги Перемен. Каждая сформулированная единица потенциально содержит в себе динамику. Вот пункт оживится, захочет меняться и станет увеличиваться, становясь главным в повестке. Понятно, что такая активизация может быть и управляемой – как же перед выборами не активировать элементы "партияединаяроссия", "путинскоебольшинство" и "страх"?

В других случаях будет действовать естественный ход вещей. Например, ушел Кудрин, но его иероглиф еще остался. Конечно, эта точка может активизироваться: стабильность позиции нарушена уходом Кудрина, а исчезновение позиции может и не быть тихим.

Здесь интересно, что в такой раскладке не видно связей между элементами. Активизация одного из иероглифов не означает обязательной активизации прочих – какая-то активность возникнет, но выборочная – одни элементы возбудятся от перемен в соседнем, другие начнут стушевываться, сходя на нет, а третьи ничего и не заметят.

Очевидно, это не всегда прогнозируемая активность. Ну, там уж надо смотреть по факту. Скажем, что может означать падение значимости "тандема" для "легитимности"? Увядание этого элемента скажется на "Ярославле" или на "резервах"? Или как связаны "партияединаяроссия" и "неуверенностьиторговлястрахом"?

Конечно, по всем пунктам можно смотреть, как из них может какой сыграть, если придет его время меняться и даже предполагать, когда оно наступит. Потому что не может быть так, что все они замерли навсегда: вряд ли тут уже наступила вечная стабильность.

А где дыры?

Разумеется, вопрос: тут описано все? Предъявлено ли мета-состояние власти полностью? Все же, вряд ли – если бы так, то это сюда откуда-то бы вдруг сбросили полное руководства пользователя по российской власти. Нуь, может быть, но все-таки вряд ли. Вот, тут столько-то позиций. Предъявлены и описаны разные элементы двойной природы: статические с динамическими наклонностями, и это они все? Чего не хватает? Могли ведь быть намеренные умолчания или что-то просто забылось по дороге.

Такое предположение надо расширить. Например, тут могут быть и принципиальные черные дыры – не так, что они попали под намеренное умолчание или забывчивость, а это столь же конкретные иероглифы – только не сформулированные. Но они - двух сортов. Во-первых, принципиально тайные, о которых сообщать нельзя никак. Только это не умолчания, а серьезней: может, они даже сформулированы, но их упоминать нельзя. Просто табу на уровне сопротивления всего мозга. Должен же быть такой инстинктивный firewall на границе власти, уже изнутри. Во-вторых - неизвестные факторы, которые бы власть и сама с радостью осознала бы, поскольку что в неизвестных факторах (пока они неизвестны) лежат рядом риски, угрозы и ресурсы. Кто фактор осознал, тот и возьмет из него самое вкусное.

Про дыры – это вовсе не претензия к книге, просто если рисуется некоторая общая схема, то всегда уместно посмотреть, чего в ней нет. То есть, о наличии дыр тоже надо упомянуть. Упоминаю: они должны быть. А это и дополнительный бонус для читателя – думать, в чем там не вся правда?

Не дыры, а принципиально

Чего там нет в принципе? Ни одна из позиций никак не связана с зоной культуры. Не в смысле литературы-искусства, а территории, на которой происходят, например, идентификационные дела. Пусть даже на уровне эмоционального ощущения действительности, различной для разных социокультурных представлений. С культурной территорией все эти позиции не соотносятся. Собственно, это ведь она и есть, "вертикальвласти": что предъявлено, то и есть полнота действительности, эманируемая оттуда. К тому же эманации не разделяют как им на кого влиять.

Это еще касалось предмета книги. Но и сама книга по факту также должна оказаться в некотором культурном подпространстве и в нем как-то отпозиционироваться. Иначе и в самом деле написанное автором можно расценить, как изложение личных эмоций частного лица. Что – как следует из сказанного выше – было бы прискорбным упрощением сути дела.

То есть, самоидентифицироваться должна и сама книга, но пространство, где это должно произойти, и есть определенная версия культуры - как системы представлений, которая определил и оценку книги. Пусть даже эта система в до-методологическом виде. Но ссылок на источники в книге мало, через них книгу к определенной территории привязать нельзя. Конечно, есть вариант: а и не привязывать. Хотя было бы любопытно представить себе ту культурную территорию, на которую эта книга легла бы естественно. Но вот чего-то не представляется. Что-то с этой территорией – культурно-политической – не так, или нет ее вовсе, вот что. Тогда, значит, надо еще и строить территорию, куда направлена книга. Нереально. Но это проблема не автора и его книги, а – ее предмета.

В итоге, книга определяет свое место (а такое место есть - раз уж на нее пишут рецензии) ровно по факту своего предъявления TWIMC. Что это за территория - можно будет увидеть только впоследствии (читая рецензии, их уже много). Это выглядит неприятно, но можно допустить (намерения автора на этот счет неизвестны), что тут принципиальное прямое действие. Выдача разовой точки отсчета, с которой всякий корреспондируется, как хочет. По крайней мере, такой вариант закрывает эту принципиальную дыру. Эманации произведены и восприняты, и каждый на свой вкус решает на какой участок мозга направить данный луч знания, чтобы засунуть предъявленные позиции в личный опыт. Из чего, между делом, следует, что никаких идентификационно-культурных оснований у данной власти нет.

Так что все возвращается в чрезвычайно человеческое и задушевное пространство: кто как все это поймет, так оно для него и будет. Притом, что для одного читателя земля стоит на трех китах, для другого она плоская, а для кого-то просто равна его микрорайону. Что самое смешное в этой истории: эти разные граждане имеют дело с разными гениальнымивластями. И даже любое массовое оживление – как накануне вчерашнего воскресенья – создаст лишь иллюзию одинакового восприятия. Все думают, что копают одну большую яму, а в итоге – много-много небольших дырок в родной земле. Конечно, это - недостающий в книге пункт: "одинаковое восприятие" (не путать с "общим мнением" – тот другой).