Оригинал материала
Посмертная маска
Такого Владимира Высоцкого как в фильме «Высоцкий. Спасибо, что живой» мог сыграть кто угодно
Такого Владимира Высоцкого как в фильме «Высоцкий. Спасибо, что живой» мог сыграть кто угодно
*«И с меня, когда взял я да умер,
Живо маску посмертную сняли
Расторопные члены семьи, -
И не знаю, кто их надоумил, -
Только с гипса вчистую стесали
Азиатские скулы мои.*
*Мне такое не мнилось, не снилось,
И считал я, что мне не грозило
Оказаться всех мертвых мертвей, -
Но поверхность на слепке лоснилась,
И могильною скукой сквозило
Из беззубой улыбки моей».*
Владимир Высоцкий, «Памятник».
Вопреки ожиданиям, драматургическая основа фильма оказалась многообещающей. К Никите Высоцкому как к сценаристу претензий нет. Точнее, претензии к нему как раз предъявляют («нестыковки», «невнятные мотивы»), однако общая картина все равно могла бы сложиться впечатляющая. Но не сложилась. Потому что дальше начинается чертовщина.
Чертовское любопытство
| | | --- | | 
Где жизнь? В фильме живет кто угодно, только не тот, кого называют Высоцким. Его азиатские скулы все-таки стесали вчистую.
Мы видим бюст Владимира Высоцкого, надвинутый на плечи безымянного актера, в котором на уровне жестов и походки, угадываются черты Сергея Безрукова. Безруков без грима тоже появляется – для того, чтобы пройтись плечом к плечу с Высоцким по коридорам Таганки.
Положение тела
Сейчас зрители продолжают гадать – так кто же все-таки играет главного героя. Безруков? Смольянинов? Вдовиченков? Да какая разница – кто? Оксана Акиньшина. Почему бы и нет? Читайте титры. Все дело в количестве часов, требующихся для гримирования.
В любом случае, это – худшая роль. Неважно кто ее исполнял. И актерской вины в этом нет. Прием, доведенный до абсурда, подвел. Таковы обстоятельства, навязанные продюсерами. Похоже, эти люди всерьез думают, что при наличии больших денег можно сделать всё из всего. На передний план выходят технологии. Чем изощреннее, чем лучше. Кто был ничем, тот станет всем. Все дело в цене.
Но это – самое большое заблуждение, которое может быть. Тело похоже, а души нет и не предвидится. Имитация.
По этой причине даже выход из состояния клинической смерти в бухарской гостинице кажется частью компьютерной игры. Вот Высоцкий горизонтальный, а вот – вертикальный. Разница между живым и мертвым - в положении тела. Только и всего.
Нехорошая картина
Один из самых живых и энергичных актеров представлен ходячей мумией. «Он не двойник и не второе «я», // Все объясненья выглядят дурацки», - как написал когда-то Высоцкий.
По экрану передвигается памятник. Или актер, облаченный в посмертную маску другого актера. Любой человек с живым лицом, без толщи грима и компьютерных доработок, был бы здесь более уместен. Особенно если сравнивать загримированного под Высоцкого актера с теми, кто в фильме все-таки действительно играет, а не просто движется в заданном направлении.
Удивительно, но главным героем фильма становится Дмитрий Астрахан в роли администратора филармонии. Известный режиссер, сыгравший администратора, попавшегося на крючок КГБ, по-настоящему живой. Спасибо, что живой. Привычно светится на экране Оксана Акиньшина в роли подруги Высоцкого. А рядом с ней двигается какой-то самозванец, от которого исходит могильная скука беззубой улыбки.
Высоцкий в сопровождении своей небольшой свиты похож на провинциального Воланда.
Его сопровождают Коровьев, Азазелло и Кот-Бегемот. (Иван Ургант, Максим Леонидов и Андрей Панин). В таком случае, Астрахан – администратор варьете Варенуха. Вокруг свиты суетятся чекисты. Вынюхивают, выслеживают, записывают.
Вместо того чтобы слушать Высоцкого, они его прослушивают. Контора пишет.
«Железные рёбра каркаса»
«Я не знал, что подвергнусь суженью // После смерти…», - писал поэт Владимир Высоцкий. А раз писал, то все-таки знал. Предвидел, а точнее – предчувствовал. С его песнями это уже случалось много раз, а теперь вот перекинулось на большой экран.
«И железные ребра каркаса // Мертво схвачены слоем цемента…» Тот человек, который бродит в пространстве фильма «Высоцкий. Спасибо, что живой», покрыт слоем даже не цемента, а непробиваемого равнодушия. Кто он такой? Неужели поэт? Как будто еще и актер? Говорят, он еще и песни пишет и сам их исполняет? Кто бы мог подумать.
Еще в прошлом веке наследники Высоцкого стали «популяризовать» творчество поэта и актера, устраивая песенные шоу с участием поп-музыкантов, чьи имена лучше не произносить вслух. Получилось точно так, как написал Владимир Высоцкий: «С крыш ударил направленный свет, - // Мой отчаяньем сорванный голос // Современные средства науки // Превратили в приятный фальцет».
Теперь вот настало время поработать с лицом. Подогнать с помощью современных средств науки под новый стандарт.
Безжизненное пространство
Хотя, возвращаясь к сюжету, кино могло получиться совсем другим. Все составляющие крепкого фильма имелись. Любовная, философская, криминальная и историческая линии сошлись вместе. А свободный человек в окружении несвободных людей гнет свою линию и, несмотря на давление системы, отвоевывает жизненное пространство.
Очень актуальная для современной России тема. Осталось только ее художественно воплотить.
На этот раз сорвалось. Была сделана ставка на примелькавшихся актеров и технологические фокусы.
В том самом 1979 году, когда происходит действие фильма, Владимир Высоцкий написал:
А мы живем в мертвящей пустоте -
Попробуй надави, так брызнет гноем...
И страх мертвящий заглушаем воем -
И вечно первые, и люди, что в хвосте.
И обязательное жертвоприношенье,
Отцами нашими воспетое не раз,
Печать поставило на наше поколенье,
Лишило разума, и памяти, и глаз…
На этот раз в жертву принесли самого Высоцкого, обставив это как большое творческое достижение.
Возвращаясь к сравнению со свитой Воланда, можно еще вспомнить оторванную, а затем вновь приставленную голову Жоржа Бенгальского. Бедный конферансье у Булгакова жалобно бормотал на сцене варьете: «Отдайте мою голову! Голову отдайте! Квартиру возьмите, картины возьмите, только голову отдайте!»
Отдайте актеру его голову. Оживите мертвящую пустоту. Снимите гипс. И только потом благодарите за то, что живой.
Алексей СЕМЁНОВ