Владимир Путин назвал "дикими" предложениями об отделении Северного Кавказа от России. Спецкор ИД "Коммерсантъ" Олег Кашин согласен с Путиным, но считает, что это уже не имеет значения.

Я готов согласиться с тем, что аргументы Владимира Путина по поводу Кавказа убедительны и неопровержимы. Путин говорит, что если от России отделить Кавказ, то "в эту же секунду, даже не час, а секунду, найдутся те, кто захотят сделать то же самое с другими территориальными образованиями России", и оспорить этот прогноз практически невозможно — единственный опыт распада страны, который у нас с вами есть — это опыт распада Советского Союза, когда тоже все началось с одной Прибалтики, а закончилось сами помните чем. Поэтому — да, Путин убедителен и даже прав. Только дело совсем уже в другом.

Это как в известном анекдоте, который заканчивается словами — "Вы уже торгуетесь, ваше величество?" Когда против какого-нибудь обстоятельства выдвигаются пусть даже самые неопровержимые и железобетонные аргументы, это значит, что дискуссия уже началась.

Никому не приходит в голову приводить аргументы в пользу того, что Волга впадает в Каспийское море — это и так понятно и в дополнительных защитных аргументах не нуждается. Никому не приходит в голову дискутировать по поводу возможности гей-парада в Пхеньяне — такой проблемы просто нет, и даже самый радикальный ЛГБТ-активист не станет требовать от Ким Чон Ына, чтобы он разрешил гей-парад у себя в стране — это был бы уже какой-то запредельный абсурд.

Аргументы Путина могут быть вполне убедительны, но они уже высказаны, и значит, рано или поздно найдутся убедительные аргументы в пользу отделения Кавказа.

Представить сегодня Грозный и Махачкалу столицами иностранных государств вроде Баку и Ташкента практически невозможно. Я даже не уверен, что в северокавказских республиках есть политические силы, всерьез рассчитывающие на отделение от России — но это, в общем, тоже не имеет значения, потому что еще в 1990 году сепаратистов не было ни в Туркмении, ни в Казахстане, что не помешало этим странам через год с небольшим вступить в ООН.

То, что Путину приходится эмоционально и экспрессивно возражать разговорам о распаде России, перечеркивает одну из базовых ценностей путинского двенадцатилетия. Много лет нам объясняли, что в девяностые страна находилась на грани распада, и только Путину удалось ее удержать.

Во имя целостности страны Путин отменял выборы губернаторов и приводил политическую систему к ее нынешнему состоянию. Даже путинская партия называется "Единая Россия". Все отлично, но почему же теперь Путин опять говорит о распаде страны как о ныне существующей политической угрозе?

"Дискуссия уже началась"