Партнер компании Ronin Partners Василий Федоров много лет успешно придерживается нехитрой стратегии — инвестирует только в облигации

Двор старинного особняка в центре Москвы заставлен «ягуарами» и «мерседесами». На парадной лестнице, ведущей в бывший бальный зал, суетятся сотрудники с бумагами, им не до изысканной лепнины на потолке — группа компаний Ronin Partners управляет инвестициями на $1,6 млрд.

Компания, отсылающая в названии к Востоку (ронин — самурай без господина, то есть убежавший от него или не сумевший спасти хозяина от смерти), создана относительно недавно, в начале 2008 года. Впрочем, к Японии Ronin Partners никакого отношения не имеет. А имеет отношение к Номос-банку, так как выходцы из него основали компанию. RON в ее названии расшифровывается как Rest of Nomos (оставшиеся от «Номоса»), а IN — от слова «инвестиции», которыми в «Номосе» занимались будущие партнеры.

Еще в середине 2000-х основной владелец Номос-банка, участник «Золотой сотни» Forbes Александр Несис решил подыскать стратегического инвестора или разместить акции банка на бирже, к началу 2007 года все было готово к IPO. Однако потенциальных покупателей интересовал прежде всего розничный бизнес и филиальная сеть, поэтому инвестиционное направление осталось в Номос-банке на вторых ролях. В мае 2007 года банк отказался от IPO в пользу стратегического инвестора — чешской группы PPF, которой в России принадлежит ХКФ-банк, пакет акций «Ингосстраха» и сеть бытовой техники «Эльдорадо». Размещение акций Номос-банка на бирже состоялось лишь весной 2011 года.

Первыми учредителями Ronin Partners стали бывшие глава инвестиционного блока Номос-банка Александр Гаек, директор департамента операций на финансовых рынках Василий Федоров, другие экс-менеджеры банка, а также сам Александр Несис. Позже его долю — 25% — выкупил Гаек, сейчас он контролирует 75% акций группы.

Ronin Partners управляет четырьмя ПИФами (три из них закрытые), средствами пенсионных фондов (6,5 млрд рублей), счетами доверительного управления (33 млрд рублей), хедж-фондом и двумя фондами прямых инвестиций. За девять месяцев 2011 года пенсионные фонды под управлением УК «Ронин Траст» показали доходность 2–6%, управление частными счетами принесло их владельцам более 10% дохода. Неплохие результаты на фоне падения индекса ММВБ на 20% с начала 2011 года.

Гендиректор ИК «Ронин» Федоров говорит, что основная стратегия — инвестиции в российские облигации — верный выбор в эпоху финансовых неурядиц. Почему именно облигации? Федоров начал заниматься ими сразу после окончания мехмата МГУ в 1995 году. Тогда, в середине 1990-х годов, математики были востребованы в коммерческих банках. И в банке «Новая Москва» (прежнее название «Номоса») Федоров прошел путь от специалиста отдела фондового рынка до директора департамента.

«Мы изначально в банке торговали облигациями и не стали изменять себе в новой, собственной компании, — поясняет он. — Я вообще не понимаю людей, которые рискуют на рынке акций — особенно при сегодняшней конъюнктуре — и готовы все потерять».

Минимум риска — главный принцип Федорова. Он никогда не покупает низколиквидные облигации малоизвестных компаний с привлекательно высоким купонным доходом. «Рынок еще не забыл повальных дефолтов в конце 2008 года», — напоминает он. При этом Федоров ограничивается бумагами с погашением через полтора-два года и, как правило, держит их до погашения.

Дополнительный доход компания получает, активно торгуя ликвидными бумагами первоклассных заемщиков. Уже более года УК «Ронин Траст» стабильно входит в тройку крупнейших операторов по объему торгов облигациями на ФБ ММВБ (первое место в сентябре 2011 года — 20 млрд рублей, третье в октябре — 10 млрд рублей).

Что сегодня покупает Федоров? Частным инвесторам он советует размещать деньги в муниципальные и гособлигации, имеющие высокую ставку купона. Купонный доход по таким бумагам не облагается налогом на доходы физических лиц (НДФЛ), кроме того, стоят они выше номинала, поэтому при их погашении инвестор получит формальный убыток, что уменьшит налогооблагаемую базу по другим операциям, например, с корпоративными облигациями или акциями.

Из-за этого доходность по госбумагам оказывается выше, чем по корпоративным бондам аналогичного срока и кредитного качества. Например, облигации Москвы и «Газпрома» с погашением через два с половиной года имеют одинаковую доходность к погашению, 7,5% годовых, но с учетом налогов доходность бумаг «Газпрома» для физических лиц снижается до 6,5%, а Москвы — повышается до 8,5% годовых.

Из корпоративных бумаг Федоров рекомендует облигации «РЖД-15» с офертой через год. Купон по ним рассчитывается исходя из ставки фиксированного РЕПО (кредитование под залог ценных бумаг), устанавливаемой Центробанком на семь дней. Сейчас доходность по этим облигациям составит около 8,3% годовых, в то время как годовые облигации РЖД с фиксированными купонами торгуются с доходностью 7,1% годовых.

Из-за ожиданий повышения ставок на рынке, то есть, возможно, снижения цен, Федоров покупает только короткие облигации — со сроком обращения до 2015 года — риск падения здесь значительно меньше.

К фондам или стратегиям доверительного управления Ronin Partners можно присоединиться. Стоимость входного билета довольно высока — от нескольких миллионов долларов в доверительное управление (минимальный срок инвестиций — один год). По словам Федорова, эти параметры определяются индивидуально и потенциальному клиенту может потребоваться рекомендация. «Но если вы придете по звонку Несиса, мы вас возьмем и со $100», — шутят в компании.

Управляет ли Ronin Partners деньгами миллиардера Несиса? Прямо на этот вопрос Федоров не отвечает, подчеркивая, что они с Гаеком остаются в хороших отношениях с акционерами группы «ИСТ» (Несис — основной партнер) и чехами из PPF. «Логично, когда после выхода из бизнеса владельцы компании отдают деньги в управлении проверенным людям», — считает частный консультант по инвестициям Дмитрий Ивлюшин, бывший зампред правления банка «Абсолют». Он несколько лет управлял деньгами Александра Светакова и его партнеров, бывших владельцев «Абсолюта», проданного в 2007 году бельгийской группе KBC за €760 млн.

Сбежавший самурай