Персонажи из шоу-бизнеса

Дмитрий Федоров в блоге на сайте издания "Спорт день за днем" исследует феномен звания "Лучший спортсмен года".

Аршавин восседает на скамейке запасных "Арсенала", но при этом соотечественники считают его спортсменом года. У бойца Федора Емельяненко и биатлонистки Ольги Зайцевой почитателей оказалось меньше. Хотя они чемпионы, победители. Не в прошлом, а в настоящем – как раз в 2011-м. Данные ВЦИОМ заставляют задуматься о месте спорта в общественной жизни и вообще о том, что такое успех, по мнению наших сограждан.

Очевидно, все-таки место красит человека. Быть футболистом "Арсенала" и жить в Лондоне – это статусно. Не так уж важно, как ты играешь – гораздо важнее, что о тебе говорят и где говорят. Анимационный Андрюша с румяными щечками регулярно появляется на Первом канале в программе "Мульт личности". А ведь именно Первый формирует отношение значительной части аудитории к жизненным реалиям. И поэтому компаньон мультяшного Аршавина по сериалу Филипп Киркоров, согласно данным того же ВЦИОМ, лучший музыкант.

Британский обозреватель Ален Даффи шокирован и не в состоянии все это постичь: "Неужели любители спорта в России совершенно не замечают той абсолютно удручающей игры, которую этот маленький русский демонстрирует в английской премьер-лиге? Неужели дела в российском спорте обстоят настолько плохо?"

После этих наивных слов напрашивается простой ответ – да, россиян (в массе!) совершенно не интересует игра. И еще очевидно, что у нас можно долго жить прошлыми заслугами.

Параллельно с обнародованием итогов года ВЦИОМом случилась показательная история в хоккейной индустрии. Она словно дополнение к казусу Аршавина. "Витязь" раздал перед дедлайном дееспособных игроков, а его бойцы дисквалифицированы. Команда в таком виде никакого интереса вызвать не может. Проигрывает всем подряд, да еще и не дерется.

Возникает идея реабилитировать Джереми Яблонски. Канадец (цитирую документ) "...подтвердил намерение... способствовать популяризации хоккея и повышать уровень своего спортивного мастерства". Речь идет о человеке, который не набрал ни одного очка, сыграл всего восемь матчей и был изолирован от хоккейного сообщества за то, что сознательно безо всякого повода ударил по голове обладателя рекордного по силе броска в мире защитника Александра Рязанцева. И после этого Яблонски встречают в офисе лиги как героя. Его целуют де­ву­шки-со­труд­ни­цы, он позирует фотографу, беседует с главой судейского корпуса Александром Поляковым. Визит Рязанцева вызвал бы столь серь­езный ажиотаж? Вопрос риторический.

Старуха Шапокляк в старом советском мультике уверяла, что хорошими делами прославиться нельзя. В наше время нельзя прославиться добросовестным трудом. Нужно сделать еще что-то такое особенное, чтобы привлечь к себе внимание. Гостем первого, а следовательно показательного выпуска ток-шоу "Проброс" на КХЛ-ТВ был Андрей Назаров. Тренер беспросветного аутсайдера лиги на регулярной основе. Речь шла о неприглядном инциденте в Минске, повлекшем двухматчевую дисквалификацию Назарова. Ну и о других художествах чеховских тафгаев. Живая, непринужденная, развлекательная программа. Это без иронии. Вывод – для КХЛ именно скандальная сторона происходящего актуальнее всего.

Больше не будет обмена игроков, кубковые восьмерки очевидны, а до Кубка Гагарина еще долгих полтора месяца – и чем увлечь болельщиков? Радулов, Морозов? Они всего лишь забивают и набирают очки. Нужна экспрессивная реакция. Не имеет значения, со знаком плюс или минус. Сойдет и ожидание. Вот выйдет на лед Яблонски, и перед каждым матчем интрига – подерется или нет. Забьет или нет – это уже вторично.

Игра – ничто, PR – все. Причем уже нет деления на черный и белый, на добро и зло. Главное, чтобы прикольно. Прикольно – очень современное слово.

Все указывает на то, что Россия является страной медийной, но не спортивной. Люди живут тем, что им предлагают СМИ, – соглашаются, возмущаются, отторгают. Но спортивные нюансы подавляющему большинству непонятны и, возможно, даже неинтересны. Вероятно, потому, что нет личной вовлеченности в игру из-за отсутствия регулярных занятий физической культурой, из-за неприобщенности к командным состязаниям – хоть во дворе, хоть на производстве. Поэтому Аршавин не пример для подражания, а, скорее, персонаж из шоу-бизнеса. Вроде Киркорова...

* * *

Евгений Дзичковский в колонке на сайте газеты "Спорт-Экспресс" пишет о ситуации в казанском футбольном клубе "Рубин".

Полагаю, президент "Рубина" Дмитрий Самаренкин и вице-президент Курбан Бердыев, затевая малопонятную бучу, не вполне отдавали себе отчет в том, куда заведет их внутриклубный конфликт. Померились полномочиями, всколыхнули гладь пруда, вынесли обиды на суд высокого жюри, вернулись на исходные позиции. Ну, или почти на исходные, если предположить, что зоны ответственности между ними вышестоящие товарищи жестко поделили.

Недопонимание, если оно действительно имело место, возникло именно между президентом и вице-президентом, а не между президентом и главным тренером. Потому что главный тренер Бердыев подсуден по большому счету лишь одному судье – результату. Президент Самаренкин может, конечно, выразить недовольство количеством тактико-технических действий крайних хавбеков или постановкой стопы Рыжикова в момент выноса мяча, но, во-первых, Бердыев знает предмет стократ глубже, во-вторых, он и сам себе строгий цензор в части касающейся, а в-третьих...

Ну какая стопа, какие ТТД при тех результатах, которые бердыевский "Рубин" показывает из года в год? Со своим помощником главный тренер еще может обсудить такие вещи, но не от президента же ему получать за то, в чем Бердыев разбирается досконально, а Самаренкин, можно сказать, вообще не разбирается? Да и не должен, кстати.

Авторитет, регалии, вехи многолетнего успешного строительства клуба – все это на стороне Бердыева. Наивно предполагать, однако, что серьезный бизнесмен и спортивный человек Самаренкин, назначенный новым руководством Татарстана, стал придираться к тренеру на ровном месте. Наверное, после назначения он глядел на "Рубин" глазами руководителя, предпринимателя и увидел то, что не очень хорошо сочеталось с заложенными в Самаренкине представлениями о клубном хозяйстве.

Возможно, ему показался недостаточным оставленный от предшественника пай президентской власти. Не исключено, что новый босс захотел более плотного контроля над трансферами. Ну а кому же их контролировать, с другой стороны, как не президенту клуба? Кому власть употреблять, как не начальнику?

Возникло объяснимое натяжение нервов. А вот просчитать последствия и заключить пусть даже худой мир высокие стороны самостоятельно не смогли – за них это сделал попечительский совет. Что на имидже "Рубина" сказалось, надо отметить, не лучшим образом. Или еще скажется.

Самаренкин пришел в клуб с целью оптимизировать и наладить важные, почти наверняка финансовые вопросы, – так это выглядело со стороны. Он выжидал, присматривался, потом приступил к активным действиям. А обернулось все примирением в верхах. Акела промахнулся? Или в "Рубине" два Акелы? Они могли примириться и без огласки, разве нет?

Кроме того, каким бы авторитетом ни являлся Бердыев для "Рубина", президентской власти по идее должно хватать для решения любых вопросов в клубе. А сейчас получается, что власть в "Рубине" не вертикальна, а пирамидальна. Наверху – президент Татарстана, под ним – два управленца с разным кругом обязанностей, еще ниже – команда, академия и так далее. Право подписи у Самаренкина? А за кем право выработки решений? Кто отныне главный по финансам, кто по трансферам, а кто – по трансферным финансам? Что являлось предметом спора – власть, контроль над деньгами или все вместе, учитывая неотделимость первого от второго? Насколько прочной окажется связка правительственно примиренных тренера и президента?

Лучше времени, разумеется, никто на эти вопросы не ответит. Жаль, что у нас в стране не принято открывать бюджеты футбольных клубов, во всяком случае, пока. Это многое объяснило бы, и не только зевакам с посторонними, но и тем, кто ответственен за глобальные процессы в стране. Да, многое рассекреченное выглядело бы неприлично, но нам с нашей колокольни плевать на чужие приличия, если они мешают футболу, плодя келейность и подковерность. Судя по всему, увы, только нам и плевать, а колокольни, безусловно, бывают разные.

Несмотря на туман, которым окутаны любые финансовые процессы в российских клубах, решение отклонить отставку Бердыева хочется назвать мудрым. До возобновления сезона – рукой подать, тут не до смены фундамента, которым Бердыев для "Рубина", безусловно, является. Кроме того, не помешало бы знать, каким именно образом были разграничены полномочия между двумя ветвями клубной власти. Быть может, через время мы сможем наслаждаться блестящей тренерской работой и великолепным менеджментом в чистом виде, а не в сложном переплетении первого со вторым.

* * *

ТелекомментаторВасилий Уткин в блогена сайте Sports.Ru пишет о возвращениях российских футболистов в Россию.

Ревность, с которой болельщики наших клубов воспринимают любые переходы своих футболистов в стан сколько-нибудь заметных соперников, устала раздражать, да и забавлять тоже. Билялетдинов вернулся из Англии в "Спартак", а Павлюченко в "Локомотив" – вчера я возвращался домой на такси, и водитель, не помню чей болельщик, искренне сокрушался: как же так, ведь насколько проще, если бы каждый просто приехал домой!

С таким чувством сказал! Я даже пожалел, что Карпин и Смородская вряд ли ездят на такси. Поняли бы тогда, чего наворотили, как людям-то в душу наплевали.

Кстати, очень непросто вспомнить случай, когда бы футболист, возвращаясь из-за границы, приехал именно в тот клуб, который когда-то покидал. Так не случилось с Семаком и Жирковым, такого не было с Кержаковым, иначе происходило с Хохловым и Радимовым, сейчас Аршавина никто не ждёт в "Зените"... Не полезу в справочники, чтобы уточнять частотность. В общем, жизнь показывает: рассчитывать на такое, будучи болельщиком, просто глупо. Просто не бывает, чтобы подобный резон превалировал.

Но как с ревностью бороться резонами? Многие пробовали, люди вокруг взрослые. Ну, как? Получилось?

Последнее, что хочется отметить о болельщицких "чувствах" – именно в кавычках, потому что настоящие чувства не бывают стадными, другая разновидность просто – они редко бывают направлены в прошлое. Вот сейчас Глушаков, глядишь, перейдет в "Зенит". Ему посвистят – игру, другую, может, и третью. Но вот не свистели же по той причине, что он из-под Ростова? Не ругаются на Оздоева, что он недавно в Москве? Или вот Брызгалову, кстати, способный парень – ему ж не орут с трибун "рыло ты нижегородское"?

А разница простая. Её в общем-то и нет, она только в обладании. Футболисты в данном случае приравнены к вещам. Это – мое, и плевать, откуда взялось. А это – было мое, и я привык считать моим, а теперь вот... Ну, как относиться к кроссовкам, которые решили от тебя уйти по собственной воле в магазин second hand? Или к айподу, который тебя послал?.. Нет взгляда за пределами собственного собственничества – усилим для пущей звучности. Мира нет вокруг, один я со своим взглядами.

Но есть другой забавный путь, которым сейчас часто следуют коллеги, журналисты и блоггеры. Это путь защиты футболистов. Они имеют право, да. Конечно, имеют. Они им и пользуются, кстати, сполна. Тут в другом проблема – это не встречает понимания, вместо этого – ревность, ненависть, вопли.

Но если смотреть с этой стороны, с игроцкой – а как может быть иначе? Если хочется понимания, так надо ведь что-то объяснять. Желать понимания, работать над ним. От природы понимают друг друга только мама с ребенком, и то, если не берегут, рассыпается оно вместе с доверием за милую душу с невероятной скоростью.

Футболисты относятся к болельщикам абсолютно так же – как к вещам. Просто у них вещей этих больше, и они не перед глазами, как мобильник или те же кроссовки, а вокруг – ну, например, как обои. Такие шумные обои, знакомых цветов, иногда и про себя где прочтёшь что-нибудь приятное, если присмотришься по сторонам. Чтобы обои не переставали дружественно шуметь, про них нужно иногда говорить: у нас лучшие обои в мире (в глубине души так почти каждый про свои обои и думает).

Вы помните хоть одного футболиста, который, оказавшись за границей, сказал бы о прежнем клубе: очень его люблю и надеюсь вернуться, но жизнь может сложиться по-разному – мы футболисты, наша жизнь кочевая, не мы себя предлагаем – нас покупают. Хотел бы играть в родном клубе, но могу ведь оказхаться ему не надобен – и тогда я, конечно, все силы отдам тем, кто в меня поверил.

Иногда приходилось слышать. Но разве только постфактум. Когда уже поздно. А вот сказать – "в России буду играть только в ..., и нигде больше" – так на это почти все сподобились. Вот и чем думали? И думали ли? И почему тот, кто не думает, рассчитывает на понимание?

В общем, чистый вещизм в обе стороны. Исключения так же редки, как и Роман Широков, и не могут служить поводом для подражания. Подражать Широкову никто не может, таким родиться надо.

По-настоящему же интересна третья сторона этого вопроса. Почему клубы не рассчитывают на то, что их воспитанники, если у них не заладится, могут вернуться? Вот ведь что интересно: продавая игрока за границу, практически всегда закладывается опция – продажа в другой российский клуб возможна только по согласованию с прежней командой. А опции выкупа – нет...

И это при том, что мы видим почти на каждом шагу: в большинстве случаев в Россию футболисты возвращаются из Европы, чтобы играть. Ну, там не получилось; так там все другое – там другая конкуренция, там играть на должном уровне надо дважды в неделю, бытом заниматься самостоятельно, учить язык, быть любознательным. Я это перечисляю без доли язвительности. Я бы так не смог, даже и не прикладываю к себе все эти трудности!

Разве не пригодился бы ЦСКА после возвращения из Франции Семак? Вопрос риторический. Даже если бы не пригодился – продать его самостоятельно что в "Москву" тогдашнюю, что в "Рубин" было бы несложно. Разве с чисто футбольной точки зрения Жирков уступает тем, кто сейчас играет на этой позиции? Разве Кержаков не пригодился бы "Зениту" сразу из "Севильи"? Ну, если в сторону, простите за грубое словечко, понты?

Я потому привожу ЦСКА и "Зенит" в пример, что описанные трансферы по ту и эту сторону границы происходили без смены менеджмента, при одних владельцах. Когда они меняются – по крайней мере, яснее, почему взгляд на будущее команды меньше связан преемственностью. Но говорим же мы все-таки о другом – не об ошибках, от которых никто не застрахован, а о взгляде на проблему. Есть опция – "затруднить покупку другим клубом в России"; нет опции "выкуп". Хотя, в сущности, это одно и то же: если можешь выкупить, значит, без твоей санкции не купит никто другой!

Добавить ума болельщикам, чтоб мозгами раскидывали, или футболистам, которым он и вовсе незачем, не знаю, как. А тут люди вроде как футбол культивируют в стране. И настолько шаблонно мыслят... Не дальше одного хода. И, в отличие от болельщиков и футболёров, в этой плоскости решают люди, которые распоряжаются по своему усмотрению, которые свободны в выборе, а выходит, в сущности, тот же вещизм!