Навеяно автопробегом

Первый автопробег по Садовому кольцу я пропустил и пожалел об этом, когда посмотрел репортажи. Поэтому 19 февраля купил белую тесьму, повязал ее на шею своего здоровенного пса, третьим взял друга, и мы двинулись на Москву.

Сначала всё шло не так: на Якиманке попали в искусственную пробку минут на 40 (свихнувшийся светофор). Проехав вокруг Кремля, мы обнаружили лишь несколько десятков участников, опознаваемых по белым предметам. Выезд с набережной на Моховую был перегорожен. Казалось, акция не получилась.

Однако, выбравшись на Садовое, мы вскоре оказались среди своих. Два, а иногда и три ряда автомобилей, помеченных белым, двигались медленно и торжественно. Варианты белого были самые разнообразные: воздушные шарики, ленты, гирлянды, рубашка на плечиках, висящая снаружи, простые листы бумаги, мягкие игрушки и, конечно, лозунги. Почти нет тонированных стекол, за стеклами — люди с приятными осмысленными лицами, приветствующие друг друга. Впечатление, что, наконец, попал на свою настоящую родину — именно такую, какой всегда хотел ее видеть.

В нашем экипаже главным героем был Джек. Он вообще стал звездой парада, высовываясь из окна и улыбаясь во всю пасть. Ему махали, ему радовались, его снимали. Он попал на главную интернет-страницу пробега и в репортаж на «Ридусе»:

Главное ощущение от автопробега и предшествующих митингов: в России зарождается новая популяция улыбчивых адекватных граждан, после скопления которых в количестве сотни тысяч на асфальте не остается ни одного пакета из-под чипсов или сигаретной пачки, которые упрямо уступают тебе дорогу, среди которых чувствуешь себя в своей тарелке, на настоящей родине. Которые к тому же не боятся власти и вообще начальства.

К этому радостному факту примешивается грусть: в пробивающейся жизни не видно струи, внесенной нашим научным цехом. Среди зачинщиков много журналистов и ни одного ученого. А ведь научно-техническая интеллигенция была мотором перемен 1989-91 годов.

Что ж, есть приливы и отливы… Разброд и депрессия в научной среде чувствуются не столько по динамике публикаций, сколько по ощущениям от скоплений коллег — будь то ученый совет или праздник: веет легкой унылостью. Исключение составляют, может быть, хорошие конференции да поминки по выдающимся ученым (скорбь и унылость — совсем разные вещи).

Вот один из примеров деградации. Ранее я писал в ТрВ-Наука о праздновании Нового года в одном из неназванных сильных академически институтов. По контрасту с веселыми капустниками прошлых десятилетий, то застолье проходило под глуповатые шутки нанятого массовика-затейника, танцы живота, пляски цыган и звуки жуткой попсы. Публикация имела неожиданный отклик. Вскоре я встретил сотрудника другого сильного академического института. Он сообщил, что их директор допытывался у коллеги: «Это ты настучал Штерну про наш Новый год?»

Оживет ли научное сообщество, надышавшись воздуха последних митингов и акций? Легкие признаки жизни есть. Например, демарш ИТЭФовцев, поддержанный журналистами, научной диаспорой, иностранными учеными и (увы, в меньшей степени) российскими учеными других институтов. Но фазовый переход, отделяющий живое от еле живого, пока не произошел.

В пятницу 24 февраля в ИОФАНе прошел семинар по поводу создания Общества научных работников. Предыдущая попытка ученых объединиться «снизу» была в 2005 году. Сейчас действующие лица те же, но решимости больше. На семинаре временами вспыхивала перебранка, но привычной унылости не было. Немного забегая вперед, должен сообщить, что Общество в зародыше уже создано, в следующем номере ТрВ-Наука об этом будет написано больше. Пока рано интерпретировать это как новую живую струю — не говори гоп!.. Попробуем!

Всё, что способно зародиться сейчас в российской науке, сильно зависит от того, что зарождается в обществе. Любая пробивающаяся новая жизнь сталкивается с сопротивлением хозяев старой жизни. Сейчас сопротивление довольно вялое, но вскоре может ужесточиться. Ну и что? Главный рецепт на этот случай с грубоватой прямотой сформулировал один из участников того же автопробега.

Действительно, страх — основной противник перемен. Зато, похоже, на нашу сторону перешел куда более серьезный союзник — время.

Борис Штерн

Автор фотографий — Андрей Белицкий, сайт агентства гражданской журналистики «Ридус»