На этой неделе Госдума планирует завершить работу над поправками в закон "О политических партиях", после вступления которых в силу число партий в стране может резко возрасти. Обозреватель "Власти" Дмитрий Камышев уверен, что количественными вопросами изменения в сложившейся в России за последние десять лет партийной системе не ограничатся.

Законопроект, снижающий минимальную численность партий с нынешних 40 тыс. до 500 человек, депутаты собираются принять во втором чтении 20 марта, а в третьем — 23 марта. Совет федерации сможет рассмотреть этот документ на очередном заседании 28 марта, и в случае оперативного подписания президентом поправки вступят в силу уже с начала апреля.

Из желающих воспользоваться обещанными послаблениями уже выстроилась внушительная очередь: как сообщил на прошлой неделе Минюст, в ведомство поступило 68 заявок на создание новых партий — и это не считая тех, кто ранее получил отказ в регистрации по старым правилам и наверняка вновь попытает счастья по облегченной процедуре. Однако помимо количественных в партийной системе неизбежно произойдут и качественные изменения. Только вызваны они будут не столько либерализацией самого закона, сколько итогами двух федеральных выборных кампаний, выводы из которых предстоит сделать как оппозиционерам, так и партии власти.

Реорганизация вплоть до ликвидации

О том, что в "Единой России" пора что-то кардинально менять, ее лидеры заговорили еще до думских выборов: на съезде 24 сентября возглавивший партсписок Дмитрий Медведев заявил, что партия "нуждается в капитальной модернизации". Правда, три недели спустя на встрече со своими сторонниками президент выразился уже осторожнее, сказав лишь о необходимости "очень серьезной реконструкции партии". А после выборов, на которых единороссы получили, по выражению Владимира Путина, "оптимальный результат", о радикальных реформах в партии говорить и вовсе перестали, ограничиваясь дежурными обещаниями "совершенствовать" и "повышать эффективность".

Уже на следующем съезде "Единая Россия" может потерять прежнюю конфигурацию своих верхов
Фото: Дмитрий Духанин, Коммерсантъ

Впрочем, декабрьские 49% голосов за "Единую Россию" и особенно убыток в 15 процентных пунктов по сравнению с 2007 годом однозначно доказали, что перемены партии нужны. Но какие именно — пока, похоже, не понятно не только самим партийцам, но и их кураторам в Кремле и Белом доме. Об этом говорит хотя бы тот факт, что следующий съезд, на котором, собственно, и должны быть предприняты шаги по обновлению партии, запланирован на июнь, хотя прежде вроде бы предполагалось, что он пройдет сразу после мартовских президентских выборов.

Тем не менее в СМИ регулярно обсуждаются сценарии реформирования партии власти. Самый радикальный из них — полная ликвидация "Единой России" как выполнившей свою историческую миссию с ее последующей заменой другой партией власти, созданной, например, на базе "Общероссийского народного фронта" (ОНФ). Определенная логика в этом есть: отмыться от раскрученного оппонентами лейбла "партия жуликов и воров" (ПЖиВ) единороссам уже вряд ли удастся, а с грузом старых грехов выигрывать в регионах будет все сложнее. Можно, конечно, как на недавних муниципальных выборах в Москве, скрывать свою партийную принадлежность (это, кстати, помогло единороссам получить в районных собраниях около 60% мест), но есть ведь еще и голосование по партспискам, где спрятаться за словом "самовыдвиженец" уже не получится.

Однако в чистом виде такой вариант не пройдет: мгновенно подменить одну партию власти другой невозможно даже технологически, да и с правопреемством возникнут проблемы. Другое дело, что смена лидера может произойти в более мягкой форме. Скажем, новая партия власти будет планомерно выращиваться к следующим думским выборам и постепенно перехватывать у старой парламентское большинство в регионах. Или же "ликвидация" вообще сведется к переименованию — хотя бы в тот же ОНФ. Правда, в последнем случае эффект очищения от старых грехов будет на порядок слабее.

Коммунисты пытаются расширить свой неизменный электорат путем омоложения партийного лица
Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ

Еще один сценарий, муссируемый в СМИ уже не первый год,— разделение "Единой России" на две-три крупные партии разной идеологической направленности. На прошлой неделе эта тема снова стала актуальной: телеканал "Дождь" уверял, что такое разъединение произойдет в ближайшие дни, а единороссы это категорически отрицали. Сама постановка вопроса понятна: в партии собраны сторонники очень разных политических взглядов, для публичного выражения которых еще в 2005 году пришлось создать несколько внутрипартийных клубов. К тому же разделение увеличило бы и возможности для карьерного роста по партийной линии, которые в нынешней мегапартии сильно ограничены.

Но и этот вариант не выглядит реалистичным — прежде всего из-за все тех же проблем с правопреемством. Ведь согласно действующему законодательству, после утроения партии власти ее мандаты в парламентах разных уровней сохранятся лишь за прямыми наследниками "Единой России", а депутаты, перешедшие в отпочковавшиеся партии, автоматически лишатся своих нынешних полномочий. То есть для реализации этого сценария многим единороссам придется отказаться от депутатства в обмен на далеко не гарантированное избрание "когда-нибудь потом", и в такой героизм верится с трудом.

Поэтому наиболее вероятной версией развития событий вокруг партии власти можно, пожалуй, считать комбинацию из нескольких вариантов. Ее ребрендинг вряд ли будет радикальным и, скорее всего, сведется к некоторому обновлению руководства и смягчению прежде непримиримого отношения к оппозиции (в Госдуме это уже отчасти происходит). В рамках смены вех весьма вероятно и избрание новым лидером Медведева, который, как инициатор либеральных реформ и большой любитель интернета, попытается убедить продвинутых россиян в том, что аббревиатуры ЕР и ПЖиВ — уже совсем не одно и то же. А прежний лидер Путин, который в ходе президентской кампании заметно дистанцировался от "Единой России", будет и дальше править как "президент всех россиян" с опорой на ОНФ. Что, впрочем, не исключает и превращения в будущем "Фронта" в полноценную партию власти — особенно если замолить старые единороссовские грехи Медведеву так и не удастся. Правда, пока, если верить социологам, на статус реальной объединяющей силы ОНФ не тянет, поскольку непримиримых противников у него даже больше, чем у "Единой России" (см. график ниже).

Кадры решают не все

Впрочем, у партий, представляющих системную оппозицию, проблем не меньше. С одной стороны, результаты думских выборов вроде бы должны были вселить в оппозиционеров некий оптимизм. С другой — итоги президентской кампании (по крайней мере, по версии Центризбиркома) показали, что особых поводов для радости у лидеров этих партий нет.

И дело тут даже не в том, что результаты всех кандидатов в президенты от оппозиции впервые за последние 12 лет оказались заметно хуже, чем показатели их партий на предшествующих думских выборах (см. график ниже). Просто наличие в списке претендентов беспартийного Михаила Прохорова освободило многих "рассерженных горожан" от необходимости голосовать через силу за нелюбимых коммунистов или либерал-демократов. Так что можно говорить об "очищении" декабрьских процентов от протестной составляющей, в результате которого выяснилось, что реальная поддержка россиянами системной оппозиции не только не растет, но в лучшем случае остается на уровне четырехлетней давности. И чтобы сохранить и тем более усилить позиции в условиях роста партконкуренции, оппозиционерам необходимо предпринять серьезные усилия.

Преимущество "Справедливой России" и лично Сергея Миронова состоит в электоральной логике "от противного"
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Например, КПРФ по поводу своего "ядерного" электората может не беспокоиться: как показывают соцопросы, коммунистам по-прежнему симпатизирует существенное число россиян (см. график), и появление новых партий левого толка на их симпатиях вряд ли скажется. Но если Компартия действительно претендует на нечто большее, то ей рано или поздно придется решать вопрос о лидере. Потому что голосовать за 67-летнего Геннадия Зюганова, возглавляющего партию более 20 лет, новое поколение разделяющих левые взгляды избирателей наверняка будет все менее охотно. И заверения в регулярном омоложении партии, равно как и личное повязывание Зюгановым красных галстуков пионерам на Красной площади, тут вряд ли помогут. Хотя и слишком уж радикальные кадровые реформы вроде допускаемого рядом экспертов избрания главой КПРФ 35-летнего лидера "Левого фронта" Сергея Удальцова тоже опасны, так как способны отпугнуть традиционных поклонников коммунистов, когда-то возмущавшихся назначением на пост генсека ЦК КПСС "слишком молодого" 54-летнего Михаила Горбачева.

Перспективы Григория Явлинского и Сергея Митрохина в качестве лидеров "Яблока" в контексте президентской партреформы поблекли
Фото: Максим Поляков, Коммерсантъ

У "Справедливой России" другая проблема: хотя в декабре многие протестно настроенные избиратели голосовали за нее как за "наименее нелюбимую" партию, свой "ядерный" электорат, если верить социологам и итогам президентских выборов, у нее практически отсутствует. Ведь для большинства россиян социализм и Советский Союз — это синонимы. Поэтому приверженцы социалистического пути развития, как правило, голосуют за КПРФ, зовущую в "светлое советское прошлое", а не за "Справедливую Россию", предлагающую взять за образец не очень понятный "шведский социализм". Ну а низкая личная популярность лидера справороссов Сергея Миронова, сознательно "зажимающего", по мнению экспертов, перспективных однопартийцев вроде Геннадия Гудкова или Оксаны Дмитриевой, лишь усугубляет эту проблему, делая разговоры о неминуемом грядущем развале партии более обоснованными.

Еще более туманно выглядят в свете начавшейся партийной реформы перспективы ЛДПР. С одной стороны, эту партию уже не раз хоронили, но она снова возрождалась — как, например, в начале нулевых годов, когда после сомнительных 6% на думских выборах-1999 либерал-демократы получили в 2003 году вполне уверенные 11,5% голосов. С другой стороны, понятно, что судьба ЛДПР полностью зависит от политической и физической формы ее вождя Владимира Жириновского. Поэтому позиции ЛДПР останутся незыблемыми лишь до тех пор, пока среди новых партийных лидеров не появятся столь же яркие эпатажные фигуры — или же сам Жириновский вдруг не решит уйти на покой.

А вот трем непарламентским партиям рассчитывать на повышение в ранге вряд ли стоит. Судя по результатам последних федеральных и региональных выборов, хоть какие-то шансы закрепиться в высшей лиге российской политики есть только у "Яблока" с его 3,4% голосов и некоторой перспективой прироста за счет "рассерженных горожан". Но появление в результате партреформы десятков новых партий неизбежно размоет поддержку старожилов, и больше всего от этого пострадают именно не представленные в Госдуме партийцы. Ведь если для КПРФ или ЛДПР потеря пары процентов чревата лишь уменьшением количества мест в федеральном парламенте, то для того же "Яблока" она может стать фатальной.

От ельцинистов до националистов

Несмотря на ожидаемое столпотворение из жаждущих регистрации неофитов, в секторе несистемной оппозиции особый интерес представляют лишь три политические силы.

Во-первых, это пока не имеющая даже предварительного названия партия Прохорова. От других она отличается хотя бы тем, что за ее лидера на президентских выборах, по официальным данным, проголосовали более 5,7 млн россиян, чем никто из его несистемных конкурентов похвастаться не может. Разумеется, тут тоже нужно учитывать "эффект "Справедливой России"", ведь среди избирателей миллиардера было немало тех, кто поддерживал его лишь по принципу "за кого угодно, только не за Путина". Да и эксперты в перспективах этой партии сильно сомневаются (см. интервью "Слухи о смерти "Единой России" сильно преувеличены"). Но в условиях активизации "рассерженных горожан" и при отсутствии других альтернатив партия Прохорова вполне может выстрелить уже на ближайших региональных выборах, особенно в крупных городах.

Партия Михаила Прохорова пока не имеет даже названия. Такая новизна оказалась чрезвычайно привлекательной
Фото: Максим Поляков, Коммерсантъ

Во-вторых, реальным игроком на партийном поле в случае регистрации постарается стать Партия народной свободы (ПАРНАС). Вошедших в нее демократов ельцинского призыва наверняка вдохновили данные социологов о том, что демократическим силам симпатизирует наибольшее число россиян (см. график). Правда, к демократическим партиям многие из респондентов, согласно другим опросам, относят, например, "Единую Россию", так что эти цифры, пожалуй, следует поделить как минимум на два. Поэтому для верности (и с учетом неминуемого появления на правом фланге мелких партий-спойлеров) парнасовцам придется добиваться широкой коалиции с другими видными демократами. Хотя, скажем, "Яблоко", несмотря на свои весьма сомнительные выборные перспективы, вступать в уже предложенную коалицию пока не торопится.

Один лишь имидж демократов до сих пор не принес Борису Немцову и Владимиру Рыжкову большой популярности
Фото: Игорь Флис, Коммерсантъ

Наконец, третьей и потенциально весьма заметной силой, которая обязательно попробует воспользоваться плодами партийной либерализации, являются националисты. До сих пор почти все их попытки легализоваться оставались тщетными — если, конечно, не считать краткого триумфа блока "Родина", который в 2003 году при поддержке Кремля прошел в Госдуму под умеренно-националистическими лозунгами. Теперешних националистов ни в Думу, ни даже на безобидные встречи несистемной оппозиции с президентом не пускают, зато регулярно "винтят" на несанкционированных уличных акциях. Однако, учитывая широкое распространение в стране так называемого бытового национализма, у приверженцев лозунга "Россия для русских" есть определенные политические перспективы.

Впрочем, реализуются эти перспективы лишь в том случае, если власть вдруг решит по каким-то причинам отказаться от нынешнего курса на жесткое противодействие националистам и сепаратистам, которых она уже не раз объявляла главными врагами государства. Пока же более вероятен другой сценарий, согласно которому именно националистическим организациям, несмотря на либерализацию закона о партиях, Минюст продолжит упорно отказывать в регистрации. Хотя бы потому, что с другим недавно появившимся врагом в лице условной "Болотной площади" власть после президентских выборов вроде бы пообещала если и не дружить, то, по крайней мере, "конструктивно взаимодействовать".

Умножай и властвуй