Главред грузинской версии Forbes Реваз Сакеваришвили о причинах своей отставки, о цензуре и о том, почему последний номер журнала так и не поступил в печать

Главный редактор грузинской версии Forbes Реваз Сакеваришвили покинул издание. Свое решение он объяснил вмешательством в дела редакции со стороны президента издательского дома Media Partners (обладает лицензией на выпуск журнала Forbes на территории Грузии) Гагика Егиазаряна. Корреспондент Forbes.ru пообщался с коллегой из Грузии и выяснил причины конфликта.

(Дополнение: В изначальном варианте этого интервью утверждалось, что компания Media Partners издает еще и казахстанскую версию Forbes. Утверждалось, что вмешательство издательства в Казахстане также привело к уходу главного редактора. Эта информация не соответствует действительности. Лицензия на издание Forbes Kazakhstan принадлежит компании United Media Group (UMG). Мы приносим свои извинения всем сторонам)

— Вы уволились из-за цензуры? Что конкретно произошло?

— Это был классический конфликт — вмешательство учредителей в редакционную политику и намерение как-то цензурировать материалы на свое усмотрение. Это активно и пассивно продолжалось, но сначала не носило трагического характера. После того как американский Forbes опубликовал статью про Иванишвили и вывел его на обложку, мне пришлось много повоевать с учредителями, чтобы пробить эту идею. Сначала они были против, чтобы делать свою статью. Потом эту идею с грехом пополам пробили. Но издатель Гагик Егиазарян (президент компании Media Partners, бывший замминистра приватизации Армении. — Forbes) хотел поучаствовать в составлении вопросов для интервью: спрашивай это, говори об этом, а об этом — нет. Переслал свои философские вопросы Иванишвили: что означает для вас будущее, что означает для вас прошлое…

— Кто учредители? Вы им доверяли?

— Эта компания Media Partners.

— Где основной офис, штаб-квартира?

— По-моему, это армянская компания. Здесь они учредили грузинский филиал, я к ним в штаб-квартиру в Армению не ездил.

— Когда устраивались на работу, проговорили ли вы в своем контракте пункт о невмешательстве в редакционную политику?

— В контракте конкретно про редакционную политику не было прописано. У нас и трудовое законодательство довольно специфическое. Просто было написано, что они должны обеспечить условия для работы. Все пошло другим путем. Учредитель хотел лично решать и лично иметь последнее слово на тему, какой контент и какие материалы должны быть, а какие — вылететь. Как будет это все оформлено. Это говорил человек, который не знает грузинского, который не был журналистом никогда. Просто он президент этого издательского дома. Он хотел взять под свой контроль. До поры до времени как-то удавалось ускользать и эти поползновения нейтрализовать. Но в последнем номере, когда материал уже был готов, он начал его просто цензурировать, говорить, что это слишком большой материал, надо вырезать одно и спросить другое.

— Как он контролировал материалы, как он вычитывал?

— Это смешная история. Часть материала он читал через гугл-переводчик, другую часть кто-то читал ему. Он часто бывал в Тбилиси и читал через единую редакционную систему. Иногда просил присылать материалы, если я их не посылал, начинался скандал: почему не шлете материалы, не учитываете мои замечания.

— Почему на первых двух обложка были не грузинские предприниматели, а американские?

— Действительно, это так. В первом номере мы не рискнули вывести кого-то, очень трепетно к нему отнеслись. Трудно было конкретно кого-то выделить. Иванишвили не вывели, потому что как раз в тот месяц он сделал заявление, что уходит в политику. И вокруг него тогда создана была не совсем здоровая атмосфера. Как-то мы притормозили это дело, и его на обложку не поставили. В тот момент он уже воспринимался как политический игрок. Потом на обложке был Шон Паркер. Следующие две обложки уже были грузинские. Там был лидер рейтинга коммерческих банков и лидер рейтинга сотовых компаний. А сейчас готовился пятый номер.

— В каком виде в итоге вышел материал с Иванишвили?

— Он не вышел, номер еще в печать не поступал. Я хотел направить номер в типографию, но он был против. Я не согласился и ушел с работы

— Вы говорили со штаб-квартирой Forbes в Нью-Йорке?

— Я им написал, что готов принять такое решение. Они ответили, что, может, прежде чем делать громогласное заявление, постараются все решить в рамках Forbes.

— Цензура касалась политики или бизнеса? Или вообще всего?

— Он просто тупо лез во все. И в дизайн, и в шрифт. Где шрифт нужен большой, где маленький. Этот материал выкиньте, этот закиньте. Я всегда максимально пытался отгородить его от этого. Я главный редактор, я в этой стране живу, я чувствую своего читателя. А он не журналист. Но он сейчас приходит и говорит: я знаю, как здесь сделать все хорошо. Во-первых, это неправильно. С другой стороны, мне не кажется, что человек со стороны должен определять, что должен делать грузинский Forbes. Он это никак не аргументировал. Бывает натура такая — должен во всем участвовать. И он высказывал свое мнение, браковал фотографов, арт-директора.

— Что конкретно он хотел вырезать в этом материале?

— Я не доводил до этого разговора, конкретно в эту дискуссию не вступал. Я сказал: или будет так, как было, или я ухожу.

— То есть это не политика, не бизнес-интересы, а просто вкусовщина, творческий конфликт?

— Может быть. Но все же я не исключаю, что есть фактор Иванишвили. И издателю не хотелось ставить эту тему.

— Может быть, издателя не устраивали доходы издания и он из-за этого хотел изменить редакционную политику? Какие были сборы?

— Я знаю только, что реклама увеличивалась. В пятом номере было больше всего рекламы. Сегодня утром этот номер должен был поступить в типографию. Но, насколько я понимаю, в типографию он не поступил.

Редакция Forbes обратилась за комментарием к Гагику Егиазаряну, но в издательском доме Media Partners заявили, что он ничего говорить на эту тему не будет до среды, когда будет опубликовано официальное заявление. (Дополнение: в опубликованном в среду, 28 марта, пресс-релизе Media Partners утверждает, что Сакеваришвили не ушел добровольно, а был уволен за некомпетентность. Издательство обвиняет Сакеваришвили в плагиате при составлении вопросов для Иванишвили)

«Такое вмешательство в редакционную политику неприемлемо»