Оригинал материала
Статья найдется
Оперативники обыскали квартиру Гейдара Джемаля в рамках уголовного дела, заведенного по одной из публикаций на исламском сайте
Ахмад Буро, Милена Пинатова
Сегодня следователи в рамках уголовного дела, заведенного по 282 статье УК РФ, обыскали квартиру председателя Исламского комитета России, известного философа и публициста Гейдара Джемаля.
Как стало известно, в 7 утра к нему в дверь позвонили пятеро. Они представились сотрудниками ФСБ России и потребовали впустить их для проведения обыска. Но хозяин не стал открывать оперативникам дверь, настояв на том, чтобы Максим Шевченко, который живет через дом, был допущен в качестве понятого. Джемаль позвонил журналисту и сообщил, что к нему «ломятся несколько здоровых мужиков, предположительно, «правоприменителей».
Вслед за Шевченко он известил о происходящем своего адвоката и лишь затем открыл чекистам дверь. Представившись и предъявив документы, они приступили к обыску квартиры публициста.
«Я подошел, проверил документы. Люди показали мне удостоверения сотрудников ФСБ России. Мы дождались адвокатов, приехали достаточно известные адвокаты. Это Марк Фейгин и еще один очень известный адвокат, он занимается делами по экстремизму. В присутствии адвокатов мы вошли в помещение, – сообщил телеканалу «Дождь» Шевченко. – Я спросил у адвоката, не помешает ли мне то, что я буду понятым, давать потом комментарии, рассказывать. Адвокат сказал, что нет, не помешает, поэтому я согласился быть понятым».
По словам журналиста, на вопрос «Что вы ищете?» оперативники показали «некое постановление, в котором были описаны какие-то статьи, располагавшиеся в интернете». И в связи с этим они сказали, что будут искать какую-то экстремистскую литературу.
Оперативникам в ответ заявили, что в частной квартире человек может хранить все, что угодно, любые книги. Тем более, в доме философа и журналиста, общественного деятеля, дом которого завален рукописями… «Они, я думаю, никогда в жизни не видели такое количество разной литературы по философии и по религии. Когда им задали вопрос «Что вы ищете?», они сказали, что список экстремистской литературы насчитывает более тысячи наименований, – рассказал Шевченко. – Тогда им адвокат сказал: «Зачитайте список, чтобы мы знали, что является предметом поиска. Но следователи сказали, что этот список они зачитать не могут, потому что «посмотрите сами в интернете».
По мнению телеведущего, складывается следующая ситуация. К известному политическому деятелю, журналисту и философу приходят сотрудники ФСБ, которые заявляют, что ищут в его доме нечто, какие-то статьи и какие-то книги, сами не знают, какие, но которые должны входить в список, названия которого они не смогли назвать по памяти. «Если бы они его предъявляли, это было бы несколько страниц, это было бы тоже такое безумие, список можно посмотреть на сайте Минюста. Это было просто в чистом виде политическое давление, ничто иное», – считает Максим Шевченко.
Ситуацию с обыском «Кавказской политике» прокомментировал и сам Гейдар Джемаль:
"Сегодня в семь часов утра пришли пять следователей. Под предлогом поиска экстремистской литературы, провели обыск у меня в квартире. На самом деле пытались оказать психологическое давление, запугивание. Но благодаря тому, что присутствовали адвокаты, в качестве понятых были один мой сосед и Максим Леонардович Шевченко, не получилось того эффекта, на который они рассчитывали.
Литературу они искали не всерьез, перетряхивали личные записи, мои книги, но в итоге ничего не взяли. Даже не могли сказать, какие экстремистские книги ищут, ссылаясь на то, что не помнят их названия на память, но были готовы их определить, когда найдут. На самом деле это проявление курса, взятого сегодня на «закручивание гаек», на «полицизацию» нашей жизни.
Я думаю, это мероприятие проводится в канун инаугурации, символически напоминая, что наступают другие времена и чего следует ожидать тем людям, которые занимаются оппозиционной политикой".
- Гейдар Джахидович, скажите, сейчас обыск закончился?
- Нет, обыск продолжается на другой, принадлежащей мне квартире. Туда следователи отправились после одиннадцати часов. Что происходит там, я пока не знаю, с ними поехала моя жена и два адвоката. Я не поехал из-за плохого самочувствия, поднялось давление и мне вызвали скорую.
- Вам предъявлены обвинения?
- Нет. Никаких обвинений не предъявлено. Это чисто психологическая акция устрашения.
- Как действовали сотрудники ФСБ, были ли какие-то провокации?
- Получилось так, что я не впускал их более часа. Когда они стали стучать и просить открыть дверь, я, прежде всего, позвонил Максиму Шевченко, адвокатам, потом на «Эхо Москвы». Максим подошел первым и беседовал с ними на площадке, пока не подъехали адвокаты. Они прибыли через час с небольшим. Поэтому за это время сотрудники потеряли задор, и когда вошли уже были немного уставшими. Поэтому эффекта не получилось, и они были сравнительно вежливыми.
Провокаций не было, они были сбиты с толку, видимо, нечасто в практике встречают такой прием, что их держат на лестничной площадке, пока не приедут адвокаты, известные журналисты. В таких условиях трудно провоцировать. Представьте – пятеро сотрудников, два адвоката, два понятых, я с женой и дочерью. Плюс к этому, мои адвокаты – известные профессионалы. Каждое их действие контролировались столькими свидетелями. Поэтому у них уже не было моральных сил на провокации, запал был потерян.
- Есть информация, что дело возбуждено из-за публикации на islamkom.org. Вы можете сказать, о каких публикациях идет речь?
- Во-первых, этот сайт не зарегистрирован на мое имя. Во-вторых, публикации не принадлежат моему перу, и не я их выставлял на этот сайт. Поэтому этот сайт непосредственно ко мне привязан быть не может. Можно только использовать как некий повод для следственной акции. Но и адвокаты, и я, и сами следователи понимают, что юридическая составляющая этой акции бесперспективна. Поэтому тут идет расчет на запугивание. Они же рассчитывают, что с советских времен в бессознательное человека внедрен страх перед органами, и как только к нему приходят с обыском, он согласится сотрудничать со следствием. Наверно они и от меня ждали такую же реакцию, не понимая, что у меня приличная закалка в этом плане, что в советское время я и не таких, как они, видел.
- Что вы собираетесь теперь предпринять?
- Я сделаю заявление, проведу пресс-конференцию, Российский политический комитет, членом которого я являюсь, выпустит коммюнике на этот счет. А там посмотрим, что будет дальше.