Верю, что живы

...Примерно вот в эти дни, пять лет назад, они пропали. Как сообщалось в СМИ, "перестали являться на заседания суда". Трое подсудимых по "делу Ульмана": капитан спецназа ГРУ Эдуард Ульман и его подчиненные, лейтенант Александр Калаганский и прапорщик Владимир Воеводин, — бесследно исчезли.

К тому времени их следственно-судебный кошмар тянулся уже пять лет. Два года Эдуард провел в следственном изоляторе. Дважды — в 2004 и 2005 гг. — присяжные оправдывали разведчиков. На это и.о. главы правительства Чечни Рамзан Кадыров отреагировал так: "Очевидно, суд не понял воли чеченского народа". Для меня же вердиктами присяжных было сказано все.

Понятно, что нам, простым смертным (журналистам, блогерам, общественности), доступ к материалам дела закрыт. Да и много в деле было секретной информации, не подлежащей разглашению. Тем более, что в то время в Чечне еще продолжалась контртеррористическая операция, и подразделения ГРУ продолжали там свою работу. Но не всякое уголовное дело способно обрести такой огромный общественный резонанс, не всяких подсудимых дважды оправдывали 12 присяжных — разными составами. Поэтому у меня не осталось никаких сомнений в их невиновности. Точнее, в том, что в тот злосчастный день, 11 января 2002 г., Эдуард просто не смог поступить иначе. И крепло недоумение по поводу того, что на скамье подсудимых рядом с ними не оказались их командиры, отдавшие им преступный приказ.

И к чему гадать, как можно было бы поступить на месте командира разведгруппы Э.Ульмана при выполнении того боевого задания. Когда окажемся на его месте — тогда и будем рассуждать. А сидя дома или в офисе за компом, мы не имеем морального права разглагольствовать об этом. Вот почему я полностью доверяю присяжным, дважды оправдавшим разведчиков. Но под давлением чеченской стороны оба вердикта были обжалованы и отменены военной коллегией Верховного суда.

Пять лет назад, в апреле 2007 года, неумолимая прокуратура уверенно подводила процесс к признанию офицеров виновными в убийстве шести человек и длительным тюремным срокам. За год до этого Конституционный суд сделал невозможным дальнейшее рассмотрение "дела Ульмана" и других аналогичных дел присяжными, препоручив судьбы разведчиков воле военного судьи. Стало очевидно, что дважды оправданные офицеры все-таки окажутся за решеткой. Тем не менее ничто в их поведении не предвещало намерений скрыться. Они не явились в суд на очередное заседание, 12 апреля 2007 г. Об их местонахождении с тех пор никому ничего не известно. После этого пропавшие разведчики были объявлены в федеральный розыск. А в июне СКВС вынес им заочный приговор, осудив к длительным срокам заключения. До сего дня об их судьбах нет никакой информации.

Высказывались самые разные предположения по этому поводу: скрылись, похищены чеченцами, ликвидированы чеченцами или своими коллегами. Чеченские правозащитники и чиновники, в свою очередь, показывали пальцами на группу поддержки обвиняемых — военную разведку, адвоката и их общественного защитника Д.Рогозина. Любая версия имела свои основания. И ни одна из них до сих пор не снята со счетов. Как, впрочем, и не подтверждена. За прошедшие пять лет исчезновение троих разведчиков обросло толстым слоем слухов и домыслов. Осиротевший блог Эдуарда Ульмана до сих пор пополняется комментариями самого разного толка — от выражений сочувствия до ругани "сочувствующих" между собой.

Ни малейшей новой информации, хоть сколько-то проливающей свет на их исчезновение, с 12 апреля 2007 г. так и не поступило. Поэтому лично я верю, что они живы и им ничто не угрожает. И что когда-нибудь мы сможем убедиться в этом. Но, видимо, это будет уже совсем другая эпоха. Когда суды перестанут выполнять политический заказ и будут опираться только на закон. А на скамье подсудимых будут сидеть не стрелочники, а настоящие преступники. Когда власть перестанет сталкивать народ и армию, спихивая затем всю ответственность на младших офицеров, выполнивших приказ. В общем, многое должно измениться в жизни страны, чтобы в "деле Ульмана", наконец, была поставлена точка, а ветераны КТО на Северном Кавказе могли спокойно жить, не опасаясь быть осужденными за исполнение воинского долга.