Скованные одним цепнем...

Вместо предисловия:

- Толя, - зову я Наймана, - пойдемте в гости к Леве Друскину.

- Не пойду, - говорит, - какой-то он советский.

- То есть, как это советский? Вы ошибаетесь!

- Ну, антисоветский. Какая разница.

Сергей Довлатов "Соло на ундервуде".

Много нас, много!

Я имею ввиду – противников нынешней власти. Будем считать, что миллионы. И все мы разные. Что не может не радовать – одинаковыми даже кильки пряного посола не бывают. Особенно отечественного производства. Ну, разве что отечественное производство может похвастать стабильно невкусными кильками…

А что нас объединяет? Нелюбовь к Путину? Это понятно. Но вот я знаю одного, довольно известного политиканчика местного разлива, члена Единой России, и даже занимающего достаточно высокий пост. Он тоже терпеть не может ни Путина, ни Единой России. Он и нынешнюю власть, мягко скажем, не любит, хотя и является ее частью. Да и государство, которому он служит, этот чиновник, между нами говоря, презирает. Но он – не с нами.

Мне говорят, что нас объединяет требование честных выборов. Ну дак и Путин, и Медведев всеми конечностями, которые пока еще способны приподнимать – за честные выборы. И Чуров неоднократно утверждал, что он – самый большой сторонник не каких-то там левых, мошеннических, а именно честных выборов.

Вы возразите, что они за честные выборы на словах, а лидеры оппозиции – за честные выборы на деле. Не знаю. Потому что не видел выборов, проведенных силами оппозицией. То есть знаю, что на словах – они действительно за честность. На деле – не знаю. И потом. Мы же – разные? Вот и лидеры – разные. Откуда мне знать, какое представление о честности выборов у этих самых вождей? Они на эту тему даже шепотом не говорят.

Вот Путин – он на деле за честные выборы. И Чуров – на деле. Просто выборы проводятся по их правилам, их законам и их же силами. И свои правила они, более-менее, соблюдают. Во всяком случае, никто еще не представил свидетельств, что лично Путин или лично Чуров подкидывали бюллетени или голосовали по поддельным открепительным. Документов, свидетельствующих о том, что Путин или Чуров давали команду обеспечить фальсификацию на 12,71%, никто не предъявил. У меня есть основания верить, что они честно провели выборы – по их правилам. По правилам и законам, которые я считаю нечестными.

А кто мне скажет, какие правила выборов честными считает Навальный? Или Удальцов? Или Пархоменко? Ну, или, не к ночи будь помянута, Ксения Анатольевна Собчак?

Сколько людей, по мнению Яшина, должно собраться в кабаке, чтобы им разрешили создать партию? Вот старый закон говорил – 50 000. Новый – да ладно, мол, не парьтесь, и пятисот достаточно. А Зюганов с Жириком возмущены. Потому что 50 000 и 500 они считают числами нечестными, а число 5 000 – в самый раз.

А вот должны быть партийные списки или нет? Что об этом говорит Удальцов? Я вот считаю, что партийные списки – нечестно. Потому что у нас в городе, не будь партийных списков, заксобрание выглядело бы абсолютно не так, как выглядит сейчас. И соратников Удальцова там не было бы вообще. Или, например: может быть, Виторган считает честным лишение права голоса всех беспартийных, почем я знаю?

Или вот, нас еще объединяет неприязнь к коррупционерам. Мы же все против коррупции! Ну дык и Путин против нее! Он даже комиссии разные создает. Постоянно. Периодически. И министра нутряных дел вон поставил, как мне сейчас говорят некоторые, особо либеральные, деятели, прям таки кристально честного, прям борца с коррупцией, чтоб он был провинциальному ОМОНу здоров до полного обеспечения ментов московскими хатами… А вот вы против какой, конкретно, коррупции? Ага, вы против того, чтобы налоговики с бизнесменов три шкуры не драли в виде налогов и пять – в виде освобождения от сдирания трех шкур? Ну так открою вам тайну: я лично – против коррупции в детских садах и школах. А равно в больницах. Каждый божий месяц: на ремонт дай, на оформление дай, на учебники дай, на технику дай, овощей привези, стиралку купи… И в больницу лечь – шприц – неси. С ватой, бинтом и марлей плохо. Тащи. Нянечка зарплату маленькую получает – отстегни. Медсестра нищая, плати. Иначе твоей престарелой маме будут делать невовремя и очень болезненно совсем не те уколы абсолютно не теми лекарствами, а утку ты будешь выносить за ней сам, когда сможешь с работы вырваться.

И взятки гаишников, признаюсь вам, как на духу, меня не колышат абсолютно. Потому как я пешеход и велосипедист, и знаю, что многих наших автолюбителей не то что взятками – кнутами и танками перевоспитывать нужно. И Путин, я думаю, взятками гаишников мало озабочен. Потому что водитель он, по слухам, очень аккуратный, и правил, говорят, не нарушает, так что гаишникам к нему и придраться невозможно…

Ну, и что еще нас объединяет – так это «Долой Путина!». Тут спорить не о чем. Долой. Без базара. Вопрос только – а что взамен? Ах, мы и выберем? Ах, на вот этих вот честных выборах? По правилам, которые пока еще известны только вам? Ну, кого мы выберем по вашим правилам, я догадываюсь. Потому как знаю, кого мы выбираем по правилам Путина.

Значит, мы определились. С леваками (с тем же Удальцовым, например), меня пока не объединяет ничего, кроме пустых и абсолютно неконкретных лозунгов малограмотных малолеток. Зато разъединяет…. Тут-то, ребята, и начинается. Например, вы против ЕГЭ. Я – за. Потому что мой сын, весьма способный парень, умудрился родиться и вырасти у, мягко скажем, необеспеченных родителей. И платить дань его школе мы не могли. Со всеми проистекающими. Он великолепно сдал ЕГЭ, результатами доказав, что его учителя – ну, мягко скажем, сильно непрофессиональны. А два его одноклассника, не сумев, при поступлении в ВУЗ, подтвердить свои медальки и сдавшие ЕГЭ хуже сына – явились еще и свидетельством, мягко скажем, меркантильности учителей… И таких родителей, как я, в стране много. Во всяком случае, в провинциях. Во всяком случае, среди тех, кто не может покупать своим детям хорошие отметки, медальки и прочие игрушки.

Что еще? Левые – за приоритет общества. Спасибо. Там я уже был дважды. С 1960 по 1989 год и с 1998 по сей день. Раздачи слонов не желаю – знаю, чем это заканчивается. Всеобщее "бесплатное всё" помню по талонам и очередям, наряду с пустыми полками и великим понятием «блат». «Недра – народу» - и помню, да и сейчас вижу. Все мое, и ничего моего. Справедливое распределение, говорите? И кто будет распределять? Ах, государство? То есть те люди, которых я выберу по этим вот, неизвестным мне, правилам?..

С националистами – совсем просто. У меня нет америкосов, евреев и либералов в виде врагов, вечно вставляющих палки в колеса нашей птице-тройке. У меня нет проблем с Кавказом. У меня вообще нет проблем с народами, населяющими территорию России. Хотят – живут с нами. Хотят – живут не с нами. Проблемы русского языка у русских в Прибалтике и в Украине нет. Есть проблемы у русских с государственными языками стран, в которых они живут, но уважать которые не хотят. Гомосексуалисты, пока не приближаются ко мне с приготовленными половыми членами и озабоченным видом, меня не колышат. Православие для меня равно иудаизму, а буддизм – созерцанию слоновьего пупка на замечательных фотках из книжек Гржимека.

С правыми… Тут совсем просто. Правых я что-то в упор не вижу. Если, конечно, не считать правой Валерию Ильиничну Новодворскую, которая мне нравится как икона, но не нравится, как политик. Можно, конечно, считать правым Михаила Касьянова, если зажмурившись, жахнуть стакан спирта и забыть, что он был премьером в правительстве Путина. Или Немцова, который уже давно не только не прав, но не лев и даже не тигр. Он – кот. Который, в отличие от кошки, гулять сам по себе уже не состоянии, а обязательно должен найти ораву себе подобных, облезлых, орущих и поющих по ночам под окнами плохую попсу.

В общем, ребята… Да ладно, знаю, знаю! Плюетесь, орете, ломаете клавы. Щас начнете в комментах верещать… Погодите маленько! Дайте договорить!

В общем, ребята, дело в следующем: я желаю видеть программу. Конкретную программу конкретных действий. Я желаю слышать конкретные предложения от конкретных людей. И больше не желаю слышать вот это: «Скинем Путина, а там видно будет»… Потому что в таком случае Путина лучше не скидывать…

Вместо послесловия:

В присутствии Алешковского какой-то старый большевик рассказывал:

— Шла гражданская война на Украине. Отбросили мы белых к Днепру. Распрягли коней. Решили отдохнуть. Сижу я у костра с ординарцем Васей. Говорю ему: “Эх, Вася! Вот разобьем беляков, построим социализм — хорошая жизнь лет через двадцать наступит! Дожить бы!..”

Алешковский за него докончил:

— И наступил через двадцать лет — тридцать восьмой год!

Сергей Довлатов, «Записные книжки».