Шевчук: "Я не могу бегать по всем "Маршам несогласных"

Тбилиси, летняя ночь, луна над Мтацминдой, на сцену рок-фестиваля под открытым небом выходит Юрий Шевчук. "Мы приехали к вам из России с любовью. Вас любят в России, не верьте никому!". Толпа взрывается аплодисментами.

О концерте ДДТ знал весь город. Воскресным вечером 20 тысяч квадратных метров лужайки, на которой уже второй день свободно умещались фестивальный кемпинг и несколько тысяч мирно загорающих в ожидании вечернего концерта молодых людей, перестали казаться таким уж большим пространством. Люди шли и шли, полиции пришлось специально регулировать автомобильное движение.

Концерт начался с опозданием на полтора часа — к полуночи. 50 тысяч зрителей. 150 минут вместо запланированного часа. Подпевали все — и те, кто "рожден в СССР", и совсем еще подростки, которые и русского языка уже особо не знают.

С горы Мтацминда открывается прекрасный вид на ночной город, и казалось — весь Тбилиси слышит, как Шевчук поет: "Свобода, свобода — так много, так мало, ты нам рассказала, какого мы рода". Все два часа прошли на одном дыхании. И удивительно — Шевчук был актуален сегодня не меньше, чем 20 лет назад.

"Вы счастливые люди, живете своим умом, своей головой, потому что у вас нету ..." — "Путина?!?!" — взрывается смехом толпа. Шевчук усмехается и поправляет: "У вас нет нефти". И начинает петь: "Когда закончится нефть, ты будешь опять со мной". А после строчки: "Когда закончится нефть, наш президент умрет", — реакции толпы мог позавидовать любой политик.

Кстати, с политикой получилось интересно. В последний раз ДДТ и "Аквариум" приезжали в Тбилиси 9 лет назад, практически на дружеских началах. Ведь ностальгию по Грузии испытывают не только российские поэты. В 1980 году в Тбилиси состоялся первый советский рок-фестиваль — для укрепления положительного имиджа СССР перед Олимпиадой, но все же это было похоже на чудо, а чудеса помнят долго.

В 2003 году ДДТ выступали в Русском Грибоедовском театре. В Тбилиси тогда было мало хорошего: свет по графику, застой в политике, дыра в экономике. Концерт получился бардовский, камерный. Шевчук казался персонажем из советской юности, каким-то несовременным романтиком. Его бунтарский дух именно в Тбилиси казался неуместным. Из полуразрушенного Тбилиси Москва многим виделась раем — там были большие возможности, большие деньги, а национальность все еще была шармом, а не проблемой.

Сегодня ДДТ — это группа международного уровня, со сложным гастрольным графиком и техническим персоналом в 18 человек. Привезти их просто "в гости" — нереально. "Мы сейчас возим программу "Иначе" — она очень дорогая и технически сложная. Вот, хотим привезти и к вам, наверное, осенью", — сообщил журналистам Юрий Шевчук.

Грузия — тоже уже совсем другая страна, поэтому ДДТ в Тбилиси пригласил не какой-нибудь Российский фонд соотечественников, не Зураб Константинович Церетели и даже не президент Саакашвили в знак особой симпатии к российским протестам. Приехали просто на фестиваль. Нормальный рок-фестиваль "Tbilisi Open Air", который уже три года проводит молодая компания Alter Vision, с хорошим звуком и умелой организацией. Участники отбираются просто — по клипам на YouTube. В этом году участвовали группы из Грузии, Великобритании, Германии, Беларуси, Австралии. Хедлайнерами стали "Ляпис Трубецкой" и ДДТ. Организаторы уверяли меня, что никакого политического подтекста здесь не было, просто "Ляписа" в Грузии вообще не знают, а у ДДТ совпал гастрольный график и все технические характеристики для хорошего концерта.

Девиз фестиваля — "Музыка без границ". Ну, не совсем. Перед пресс-конференцией объявили: "Пожалуйста, никаких вопросов о политике". И как-то стало непонятно — что это значит. Не упоминать слово "оккупанты"? Не спрашивать мнения о современной Грузии? Или, может, сделать вид, что в России ничего не происходит?

"Здравствуйте, я — Юра-музыкант", — с этого Шевчук начал встречу с прессой. Группа в обновленном составе, улыбающиеся лица, в Тбилиси приехали на целых пять дней, и многие здесь впервые. Шевчук вспоминает молодость — как гостил у дяди в Батуми, который там, понятное дело, служил. "Незабываемые ощущения" — как в сельской местности Шевчук пугал население длинными волосами и количеством выпиваемого вина. О планах: "В Тбилиси обязательно увижу друзей, съезжу в лес, в горы и схожу в храм".

Через полчаса решаюсь прервать дипломатичные вопросы и рассуждения о музыке и робко задаю "политический" вопрос: "Почему Вы больше не ходите на акции протеста?". Шевчук отвечает: "Ааа, я знаю, откуда эти вопросы", — и вся группа начинает смеяться. "Вы про то, что я не был на акции "ОккупайАбай"? Вы знаете, на последнем концерте, 25 мая, у нас был Навальный. И ему очень понравилось, он сказал: "Так это и есть митинг, вы тем же занимаетесь..."

И уже серьезно: "Я не могу бегать по всем "Маршам несогласных". Мы в творчестве, у нас нет времени. И наши концерты — это очень важно, потому что мы везде поем о свободе. Мы обращаемся к молодежи: "Ребята, давайте будем думать, как быть, что делать. Кто мы: мы действительно плешивое стадо, пасущееся по пластмассовым полям, как пел Гребенщиков, или же каждый из нас — личность, и мы построим настоящую светлую Россию?".

"Да, мы иногда пропускаем "Марши несогласных" — извините, у нас концерты. В каждом городе мы собираем полные залы. Вот по Сибири мы проехали — в четырех городах отменили концерты в Кемеровской области. Нас не пустили в Омск, в Тюмень. Выходит, чиновники нас боятся. Это тоже неплохо, значит, наше слово что-то значит. А там, где не боятся, — мы поем, и там полные дворцы спорта. Но политических лозунгов мы не кидаем, мы говорим языком искусства".

И уже совсем увлекаясь: "Самое лучшее социальное произведение — это "Борис Годунов". Гениальное и по форме, и по тексту, и по музыке стиха, и по внутренней силе. Вот: "Народ безмолвствует". Как народу помочь перестать молчать — это важно".

Шевчук вообще оптимист. "Современный русский рок не молчит. Сейчас в России идет подъем. В Москве, в Питере, в Томске, в Новосибирске, в Улан-Удэ — другая молодежь, она уже не считает, что быть богатым — это предел мечтаний, это уже отстой. Надо жить, строить свою личность, надо бороться за свободу, за идеалы, за любовь. Молодежь пошла другая, не напуганная ничем, она еще даст прикурить, я чувствую! И она сейчас — на "ОкупайАбай", на "Маршах несогласных", она пишет гениальные стихи, замечательные песни. Она свободная. Мы родили свободную молодежь!".

"Наши дети будут жить в мире, как жили наши деды и отцы. Свободная Грузия, свободная Россия!" — так закончился концерт. С текстами у Шевчука никогда не было проблем, оказалось, и политические лозунги получаются отлично. А может быть, просто сказано было честно и искренне.