И кухарка будет управлять государством...

Андрей Песоцкий поделился с нами своими размышлениями о «мужиках-лохах и тётках-кувалдах». Статья представляет собой типичный образчик того «феминизма наоборот», который забавный коллектив «Ансамбль Христа Спасителя и Мать-Сыра-Земля» очень ярко пародирует в своём шедевральном хите «Дети. Церковь. Кухня». Собственно, для того чтобы более честно и открыто заявить о своей позиции, автору достаточно было повторить это «заклятье», не утруждая читателей подобной «аналитикой», дающей больше почвы для психоанализа личности автора, чем фактического и практически полезного материала.

Статья сделана, что называется, из материала second hand: за отправную точку берётся недавно опубликованная и широко разошедшаяся в социальных сетях статистика о количестве женщин в орган государственной власти (о ней ещё будет сказано ниже). Далее идёт «риторика», целиком и полностью скопированная из книг Эдуарда Лимонова (см. «Другая Россия», лекции «Монстр с заплаканными глазами», «Откуда берутся старухи» и «Сексуальная комфортность»). Даже само выражение «кувалда» взято из «Контрольного выстрела» (глава «Сиськи в тесте»). Но дальше риторики и остреньких словечек Песоцкий за вождём не следует, оставляя за бортом смелые выводы и призывы лимоновских эссе. Лимонов своими страстными выпадами — даже в такой трепетной теме, как взаимоотношения полов — восстаёт против ханжеских и лицемерных общественных устоев, нравов и предрассудков, против «русского адата», нормы которого превратились в свою противоположность — ведут не к сохранению и развитию нации, а её деградации и распаду. Песоцкий же ставит задачу прямо противоположную лимоновскому стремлению ко всемерному раскрепощению и освобождению человека, независимо от того мужчина это или женщина: он берётся доказать нам, что управление государством — не женское дело: «Во власть идут те из них, кто не может полностью реализоваться в роли матери, превращаясь в настоящих теток-кувалд от выполнения несвойственных для женщины чиновничьих ролей».

Аргументация при этом поражает совершенно низким уровнем: «отмечу, что женщины все же генетически более предрасположены к воспитанию потомства, чем к таким сферам деятельности как политика, госслужба, муниципальное управление». Т.е. по мнению питерского политика, «такие сферы деятельности как политика, госслужба и муниципальное управление» являются генетической предрасположенностью мужчин. Хотел бы я увидеть этих несчастных мужчин – носителей гена политики, гена госслужбы и гена муниципального управления! Может быть, кандидат экономических наук совершил такое революционное открытие в генетике, обнаружив доселе неведомые ДНК? Ницше со своей «волей к власти» посрамлён — оказывается все решается генетически.

Я не знаю, родителем скольких детей является Песоцкий, что так смело определяет воспитание женской «предрасположенностью», но как отец я могу прямо, если хотите, по-большевистски, сказать: да, одной из биологических функций женщин является деторождение, но воспитание потомства (поскольку это уже социальная функция) дело общее: и женщины, и мужчины, матери и отца. (Более того — наша задача снова сделать воспитание более «мужским», «спартанским». О чём опять же читайте у Лимонова, «Другая Россия», лекция 2).

Из представленной статистики автор торопится сделать ещё один сколь сенсационный, столь и поверхностный вывод: о «крахе мужского начала в русском обществе». Такие громкие заявления вызывают скептическое отношение в первую очередь к «мужскому началу» автора. Независимо от того, кто осуществляет политические функции в обществе, мужчина остаётся мужчиной, женщина остаётся женщиной, человек прямостоящий остаётся человеком прямостоящим, всегда следуя внутренним, а не внешним ориентирам, притягивая себе пободных и образуя коллективы и союзы, в т.ч. брачные. Статистика, кстати, весьма и весьма посредственная, не пригодная для сколько нибудь серъёзных выводов о социальной половозрастной структуре российской власти. Но и без неё очевидно, что большинство женщин, вызвавших переживания автора по поводу «краха мужского начала», принадлежат к числу служащих среднего и мелкого уровня, являются рядовыми исполнителями (что совершенно не снимает с них ответственности за несправедливые решения и противоправные действия). Нужно понимать, что устранение их от выполнения своих должностных обязанностей и замена мужчинами не решит ни одной проблемы российского государства. Ни одной. Преобладание (чисто количественное) женщин в управлении нужно связывать со следующими факторами: во-первых, идёт неуклонный рост государственного аппарата, бюрократизация требует всё больше рабочих мест (собственно, только об этом и говорит анализируемая Песоцким статистика); во-вторых, канцелярская, офисная, физически не тяжелая, работа является предпочтительной для женщин — это, скажем так, традция, доставшаяся нам в наследство от советских времён; в-третьих, женщины просто являются в России демографическим большинством, их больше и живут они дольше мужчин. В том, что Россия превратилась в царство чиновников, и в том, что Россия движется к демографической катастрофе, виноваты мужчины. Вполне конкретные мужчины, мы знаем их имена, фамилии, адреса.

С идеологической точки зрения статья является ущербной и более того — вредной и подлой по отношению к женщинам, участвующим в сопротивлении, в нашей борьбе. Женщина, ты можешь на равных основаниях лезть под дубинки, прорывать кордоны ментов, участвовать в акциях и захватах, раздавать листовки, получать сутки ареста и реальные тюремные сроки. Но когда дело дойдёт до смены режима и фактически построения нового государства, извини, отправляйся на кухню и в детскую, примерь паранджу и почитай «Домострой». Песоцкие обойдутся без тебя. (Хотя последний милостиво предусмотрел для женщин 20-30% во власти, что больше выдаёт склонность к внутреннему либерализму, чем реальную заботу о «женских» квотах в своём секретариате).

Проблема не в том, сколько женщин в существующем государственном аппарате, проблема в том, сколько существующего государственного аппарата в каждом из нас, насколько мы позволяем ему вмешиваться в нашу жизнь, влиять на нашу судьбу. Ленину, который тонко чувствовал реальность, приписывают фразу — с лёгкой руки Маяковского — о том, что «при коммунизме и кухарка сможет управлять государством». В действительности, Ленин впервые обращается к образу кухарки в работе «Удержат ли большевики государственную власть?» (написана в сентябре-октябре 1917г, т.е. за месяц до взятия большевиками власти, рассматриваемые в работе вопросы ещё раз говорят о прозорливости и политическом чутье автора) в несколько ином контексте: "Мы не утописты. Мы знаем, что любой чернорабочий и любая кухарка не способны сейчас же вступить в управление государством. В этом мы согласны и с кадетами, и с Брешковской, и с Церетели. Но мы отличаемся от этих граждан тем, что требуем немедленного разрыва с тем предрассудком, будто управлять государством, нести будничную, ежедневную работу управления в состоянии только богатые или из богатых семей взятые чиновники. Мы требуем, чтобы обучение делу государственного управления велось сознательными рабочими и солдатами и чтобы начато было оно немедленно, т.е. к обучению этому немедленно начали привлекать всех трудящихся, всю бедноту". Выходит, задача в том, чтобы во-первых, сделать государственное управление таким простым и понятным, чтобы даже и «кухарка» могла с ним справиться, а во-вторых, поднять «кухарку» — через обучение «делу государственного управления» — до такого уровня, чтобы она справлялась с этой задачей. Ленин, безусловно, в первую очередь вкладывал в свои слова и образы классовый смысл. Но мы не согрешим против истины, если посмотрим на ленинскую «кухарку» с гендерных позиций: сделать государственное управление лёгким и доступным для женщин; обучить женщин управлять государством. В этом созидательный смысл социализма.

Остался последний вопрос: какой же должна быть реальная степень участия женщин в управлении государством? Национал-большевизм не имеет ничего общего с простым, механическим решением путём квотирования в «20-30%, где-то возможно чуть больше, но никак не больше половины», на которое ссылается автор «лохов и кувалд». Мужчины-нацболы ставят своей целью создание такого государства (едва ли это будет государство в привычном понимании этого термина), в котором их прекрасные спутницы смогут нести государственную службу на равных, при этом не отказываясь от женственности и материнства. Не просите указать вам на практические формы — революция, в той её части, что касается построения нового общества, — процесс творческий (но не стихийный). Ленин смог, сможем и мы.