Свергнутого и отправленного в тюрьму Хосни Мубарака на посту президента Египта сменил исламист — Мухаммад Мурси. Он обещает справедливость и реформы, но не сможет добиться этого без военных

Президентом Египта впервые за всю историю этой страны стал исламист — Мухаммад Мурси. Во втором туре президентских выборов он всего на 3,4% обошел своего соперника — генерала авиации Ахмада Шафика: 51,7% против 48,3%.

Это было ожидаемо. И дело не столько в настроении масс — бедняки-то поддерживают исламистов. Сколько в решении элит, прежде всего военных, — искусственных схем при отборе кандидатов на этих выборах избежать не удалось, был использован и административный ресурс временных военных властей.

При желании Высший военный совет Египта мог бы отстранить Мурси от выборов, как некоторых других претендентов, — хотя бы за то, что он имеет судимость. Он дважды — весной 2006-го и во время революции 2011 года — подвергался арестам. И это несмотря даже на то, что в качестве независимого политика был депутатом парламента. Первый раз он отсидел почти 7 месяцев за организацию и участие в несанкционированной акции протеста. Попадал в тюрьму, в том числе за деятельность отца, и его старший сын Ахмад.

Конечно, это не идет ни в какое сравнение с более чем двадцатилетними каторжными сроками других лидеров «Братьев-мусульман». Но, наверное, свергнутому президенту Хосни Мубараку, который в 84 года сам находится сегодня в тюремном госпитале, и в страшном сне не могло привидеться, что он поменяется с арестантом-исламистом местами: с поста президента в камеру — и наоборот.

В Египте «Братья-мусульмане» были запрещены по обвинению в антиправительственной деятельности еще с 1954 года, то есть задолго до прихода Мубарака к власти в 1981-м. Впрочем, в последние десятилетия запрет был не таким жестким. Так, автор этих строк неоднократно бывала в каирской штаб-квартире «Братьев» и однажды даже рассказала об этих своих посещениях лично президенту Хосни Мубараку во время часовой беседы. Он в ответ только посмеялся.

Теперь элиты в Египте осознали, что надо подпустить исламистов к власти. Ведь их популярность сегодня велика во всем арабском мире. А их социальные программы — больницы и школы для бедняков, организованная помощь обездоленным семьям — помогли многим удержаться на плаву при нынешней поляризации между богатыми и бедными в Египте, при высоком уровне коррупции и безработицы, да еще на фоне стремительного роста населения 82-миллионной страны.

Неспроста прагматичные американцы уже давно наладили связи с «Братьями-мусульманами», и они, кстати, вообще никогда не включали эту группировку в свой черный террористический список. Это в отличие от россиян, которые внесли ее в свой список еще в 2003 году и так там до сих пор и оставили.

Сегодня около 20% взрослого населения Египта безграмотны. И на президентских выборах возле фамилии каждого кандидата в избирательных бюллетенях стоял графический символ, поскольку не все могли прочитать имя. Так, Ахмада Шафика обозначал рисунок «лестница», а Мухаммада Мурси — «весы». Такая же эмблема — две чаши весов — и у «Партии свободы и справедливости», созданной при его активном участии в революционном 2011 году.

И хотя Мухаммад Мурси, сразу после того как Центризбирком объявил его 24 июня победителем, вышел из рядов «Братьев-мусульман» и из «Партии свободы и справедливости» (он являлся председателем этого политического крыла «Братьев»), этим никого не обманешь. Мурси — самый что ни на есть исламист, хотя и не радикал. Вчера он подтвердил, что стремится к балансу интересов и созданию коалиций. Такой подход необходим, учитывая политическую нестабильность и тяжесть экономической ситуации, а также сильную зависимость Египта от западных кредитов.

60-летний Мухаммад Мурси хорошо понимает это благодаря своему политическому опыту и двум высшим инженерным образованиям. Одно он получил в Египте, другое — в Южной Калифорнии. Там же, в США, родились двое из его пяти детей.

Во время предвыборной кампании он обещал добиться снижения разрыва между богатыми и бедными, в частности, за счет изменений в налоговом законодательстве. Около 1,5 млн самых бедных семей могут получить значительные налоговые послабления. Крестьянам, как ожидается, будут списаны накопившиеся непосильные долги. Будут увеличены расходы на здравоохранение. Деньги на это, однако, могут сначала быть получены за счет перераспределения доходов богатых. До программ развития еще далеко.

Иногда в рассуждениях о необходимости восстановления справедливости не только в Египте, но и в мире в целом, нового президента заносит в популизм. К примеру, мне он сказал не так давно в интервью: «Нефть должна стоить $400 за баррель, а не $100, как нам навязывают. Смотрите, как дорого западный мир продает нам свои товары. Вот еще одна несправедливость. Мир нуждается в реформах».

В то же время его мысли о ситуации в Египте показались мне очень реалистичными: «Откровенно говоря, для нас будущее Египта — это неизвестность. Что она в себе несет, никто не знает. И за это неясное будущее должны отвечать все. Все те, кто делал революцию. Мы ее делали вместе и так же вместе должны управлять государством. Нам нужно не партнерство, а борьба».

Так что не стоит преувеличивать степень разногласий между исламистами и военными в Египте. И хотя эти противоречия еще не раз станут причиной кризисов в стране, можно говорить о том, что сейчас эти две самые влиятельные политические силы стремятся к сотрудничеству. Многие египетские политологи уверяют, что четырехдневная задержка с объявлением результатов выборов была вызвана закулисными консультациями между генералами и руководством «Братьев». Следствием этого стала договоренность работать вместе. Исламисты согласились, что полномочия президента будут сильно урезаны и многие решения будут приниматься коллегиально. Никто сегодня не хочет брать на себя полную ответственность за будущее Египта.

Новому президенту Египта нужна нефть по $400 за баррель