Путин-путешественник

Какие сигналы президент посылает миру

Внешняя политика — это, как известно, всегда продолжение внутренней, только с иной риторикой. По маршрутам поездок лидеров многое узнаешь о том, на каких «китах» зиждется их власть и что они намерены с ней, а значит, и со страной, дальше делать. Начинающееся 25 июня ближневосточное турне Владимира Путина — вначале Израиль, потом Иордания — уже восьмая по счету его зарубежная поездка за первые 45 дней третьего срока (по стране значительно меньше: к полпреду Холманских на Урал, в любимые Сочи, да на экономический форум в Питер). Первая была в соседнюю Белоруссию, далее по порядку — Германия, Франция, Узбекистан, КНР (саммит ШОС), Казахстан, Мексика (саммит «двадцатки»). Почему именно так, а не иначе? И почему именно сюда, а не куда-то еще? Ведь уже замечено, внешняя политика в первые послевыборные недели явно занимает Путина больше, чем внутренняя. Так же было и в 2004-м, на заре второго путинского срока: Украина, Франция, Мексика, США (саммит «восьмерки»), Узбекистан (саммит ШОС), Казахстан… С тех пор утекло много воды. Какие сигналы Путин-путешественник посылает стране и миру сейчас — The New Times попытался проанализировать на примере его поездки на Ближний Восток в разгар сирийской драмы

Всю минувшую неделю израильский курортный городок Нетания, чем-то напоминающий Ялту или Алушту, стоял на ушах: от окружения главы израильского МИДа Авигдора Либермана местным чиновникам было спущено предписание «не злить россиян» и скрупулезно выполнять предписания охраны Путина: где, кому и как стоять во время церемонии открытия Мемориала в честь победы Красной Армии над нацистской Германией с участием президента России. Обеспечивать безопасность Путина на трех самолетах прибыли 400 представителей российских спецслужб, а вместе с ними — два бронированных лимузина. Для самого президента России и его свиты была зарезервирована иерусалимская гостиница «Царь Давид», одна из самых дорогих и престижных на всем Ближнем Востоке. Для остальной части делегации сняли 270 номеров в гостинице сети «Дан» на Масличной горе в Иерусалиме, а остальные номера, опять же «по совету» израильского МИДа, попросту сняли с резервирования.
Щедрые жесты
Говорят, сценарий церемонии открытия мемориала по требованию ФСО переписывали трижды. За несколько дней до визита Путина стало известно, что премьер Биньямин Нетаньяху не примет в ней участия, хотя инициатива возведения памятника, согласно официальной израильской версии, «выдвинута премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху в ходе его визита в Москву в феврале 2010 года и поддержана руководством России». (По неофициальной, идея изначально принадлежит российскому сенатору Борису Шпигелю, который якобы и «подкинул» ее израильскому руководству.) Правда, причина отсутствия Нетаньяху хоть и банальная, но уважительная: премьер порвал сухожилие на ноге во время игры в футбол и несколько недель проведет в гипсе. Что, однако, не помешает ему провести два раунда переговоров с Путиным.
Художественные достоинства монумента, символизирующего благодарность Израиля России (или СССР — судя по всему, сам российский президент не делает большой разницы между этими двумя державами) за тех евреев в Европе, которых наступавшей Красной Армии удалось вызволить из нацистских концлагерей, до сих пор вызывают споры: торчащие из земли два белых крыла многим напоминают упавшего плашмя на бетон ангела, так там и застывшего***Авторы монумента — трое российских скульпторов: Салават Щербаков, Василий Перфильев и Михаил Народицкий.. Хотя Путину «крылья» наверняка понравятся. Идею создания мемориала и ее финансирование дружно поддержали российские бизнесмены еврейского происхождения: говорят о $2 млн, выделенных на строительство монумента. Спонсоры проекта — Михаил Фридман, председатель наблюдательного совета холдинга «Альфа-Групп», Герман Хан, исполнительный директор ТНК-ВР, Герман Захарьяев, президент благотворительного фонда горских евреев СТМЭГИ, Борис Минц, совладелец финансовой компании «Открытие», и Дмитрий Босов, президент группы Alltech Investment. В последний момент к ним присоединился израильский предприниматель Михаил Мирилашвили.
Не менее щедрый жест Москвы — построенный в Вифлееме на территории Палестинской автономии Российский центр науки и культуры (РЦНК), также удостоенный чести быть открытым Путиным. Центр построен недалеко от места, где, согласно христианской традиции, родился Иисус, в нем разместятся школа, курсы русского языка, другие культурно-образовательные секции, рассчитанные на местных жителей. Все расходы — за счет российского бюджета.
«План Б»
Владимир Путин прибыл на Ближний Восток через три дня, после того как пилот истребителя МиГ-21 ВВС Сирии полковник Хасан Хаммадех совершил посадку на авиабазе Эль-Мафрак в Иордании, после чего попросил власти этой страны предоставить ему политическое убежище. Так инцидент выглядит в изложении агентства «Рейтер». А вот другая версия — китайского агентства «Синьхуа», сославшегося на некий ливанский ресурс: «Самолет совершил вынужденную посадку в Иордании из-за технических неполадок. Как ожидается, в ближайшее время Иордания передаст самолет и его пилота представителям сирийских властей». Чувствуете разницу?
Китай, как и Россия, поддерживает Башара Асада и в Совбезе ООН, и в воздухе, и на земле. Но при этом особую роль в дальнейшей судьбе сирийского президента отводит Иордании. По данным дипломатических источников The New Times в Израиле, китайские и израильские эксперты в ООН в условиях строгой конфиденциальности обсуждают «план Б» — добровольного ухода Башара Асада с передачей президентских функций вице-президенту Фаруку Шараа — до внеочередных президентских выборов***Глава МИД РФ Сергей Лавров на днях назвал такой вариант «невозможным».. При этом уговорить Асада уйти согласно замыслу должен иорданский монарх — король Абдалла. Он же должен предоставить Асаду и его семье гарантии безопасности. В такой ситуации король Абдалла просто не может не «передать» сбежавшего в Иорданию пилота сирийским властям. Что отнюдь не означает, что так оно и произойдет на самом деле.
Накануне ближневосточного турне Путина среди израильских аналитиков циркулировали слухи: Москва уже оповещена Иерусалимом и Амманом об этом варианте «мирного сценария» в Сирии, отнеслась к нему благосклонно и, осознав бесперспективность дальнейшей поддержки Асада, «готова его сдать» — мол, в ходе визита Путина осталось лишь согласовать несколько пунктов плана.
Меж двух огней
Из-за межсирийского конфликта на Ближнем Востоке сложилась уникальная ситуация: с одной стороны — Россия, Китай и Иран, с другой — США и Западная Европа, а Израиль балансирует между ними. Израиль, уже научившийся жить по соседству и с Асадом, и со свергнутым в Египте Мубараком, «не в восторге от взрыва протестной активности в арабском мире, ему, если вы заметили, ближе и понятнее наша позиция, но по очевидным причинам открыто здесь об этом стараются не говорить», — уверяет The New Times российский дипломатический источник в Израиле. В Иерусалиме, продолжает он, не поддерживают участие ЦРУ в подготовке сирийской вооруженной оппозиции в лагерях на сирийско-турецкой границе**Об этом 19 июня написала газета The New York Times. и просят американцев «не торопить события». Американцы и европейцы недопонимают сути сирийского конфликта и недооценивают влияния сирийских событий на мировой рынок энергоносителей, «а вот Китай понимает» — такого рода откровения приходится слышать от многих израильских экспертов.
Во-первых, у сирийской драмы — несколько уровней, поясняет бывший глава «Моссада» и экс-директор Совета национальной безопасности Эфраим Халеви. «В ее основе — конфликт между алавитским меньшинством (7%), близким к шиизму, и суннитским большинством, составляющим 75% населения, — цитирует Халеви крупнейшая израильская газета «Едиот Ахронот». — На более высоком уровне — соперничество суннитов и шиитов за гегемонию на Ближнем Востоке. Во главе суннитов стоят Египет и Саудовская Аравия, против которых выступают Иран, общины шиитов в Ираке, странах Персидского залива, в первую очередь в Бахрейне, и на востоке Саудовской Аравии».
Во-вторых, сирийский конфликт необходимо рассматривать в связке с Ираном, чего также не делает Запад. Для Ирана сейчас сохранение Асада даже важнее ядерной программы. Судьба далеко идущих амбиций Тегерана, в том числе в отношении Израиля, определится исходом борьбы за Дамаск, продолжает Халеви: «Сирия — ахиллесова пята Тегерана. Если сирийская драма завершится падением Асада, баланс сил в регионе изменится и по режиму аятолл будет нанесен настолько сильный удар, что тот будет вынужден отказаться от ядерной программы ради собственного выживания. Но если Асад сумеет удержаться у власти при поддержке России, Китая и Ирана, нас ожидает межблоковая конфронтация типа той, с которой мы жили в течение последних 50 лет ХХ столетия».
Выход один: США и Россия обязаны достичь общности интересов, что будет выгодно им обоим. Вашингтону придется заплатить цену Москве — в виде сохранения ориентации на нее Дамаска в военной сфере. Взамен от России потребуется заплатить цену американцам в виде свержения Асада и его замены на другую фигуру. Какую? Из окружения Асада? Это маловероятно. Из деятелей оппозиции? Среди них нет ни одной, которая устраивала бы всех. Российский дипломат — собеседник журнала на этот счет оптимистичен: «Вопрос о преемнике Асада так или иначе решится в течение месяца-двух. А все это время российские корабли Черноморского флота, которые якобы вот-вот войдут в сирийские территориальные воды спасать нашу базу в Тартусе, будут спокойно стоять на рейде Севастополя».
План «Б», если он существует не только в фантазиях дипломатов и экспертов, — это и есть та самая попытка Израиля примирить интересы России и США в Сирии. Для ее успеха требуется лишь самая малость — согласие самого Асада.

Адаса Фальк, политолог (Израиль):
«Израильтяне никогда не забывают о том, что живут в очень небольшой стране, окруженной либо врагами, либо странами, в которых вот уже больше года полыхают «арабские революции». Непонятно, чем закончится дело в Египте, полная неясность с Сирией. Иран тоже не оставляет поводов для оптимизма. Можно долго рассуждать о том, что мы окружены малопредсказуемыми арабскими режимами, многие из которых Москва поддерживает, пытаясь сохранить там свое влияние. Но нельзя забывать о реальности: невзирая на «арабские революции», Израиль пока никак не пострадал, если не считать единичного инцидента в Каире, где произошло нападение на посольство. Кроме того, нужно признать, что западным державам не обойтись без помощи России в их попытках разобраться с Сирией и Ираном. Вряд ли Москва поддерживает сирийский режим из одних лишь торгово-экономических соображений, тем более что в данном случае речь идет об одних убытках. Для меня очевидно: Россия куда ответственнее Запада подходит к урегулированию конфликтов на Ближнем Востоке. У всех перед глазами пример Ливии, превращенной в еще одну абсолютно неуправляемую банку с пауками, напичканную современным оружием. Внешняя политика Америки в последние годы характеризовалась сплошными провалами на Ближнем Востоке, в Афганистане, Ираке, на Балканах, в Африке… Барак Обама должен сказать спасибо Владимиру Путину, что тот не дает ему шанса на еще одну ошибку аккурат перед выборами.
Еще одна очевидная вещь заключается в том, что зоны конфликтов в арабском мире сейчас располагаются рядом с Россией и Израилем, но никак не с США или Европой. Это естественным образом сближает Москву и Иерусалим в координации внешнеполитических усилий. Запад волен в любой момент покинуть почти все «горячие точки», оставив их полыхать в непосредственной близости от наших границ. Войска союзников уже покидают Афганистан, на очереди Ирак, хотя и в одной, и в другой стране ситуация далека от того, чтобы назвать ее нормализованной. Зачем Израилю Сирия, лишенная малейшей легитимной власти, или Иран, «обустроенный» по примеру Ирака?»

Александр Солдатов, главный редактор портала Credo.ru:
«Во всех этих миссионерских инициативах Кремля на Святой земле нет особенных внешнеполитических интересов, зато внутриполитических — бездна. Россия всегда включала Палестину в сферу своего влияния: еще в конце XIX — начале XX века там была масса русских школ, строились монастыри, подчинявшиеся Москве. Потом большая часть этой собственности была либо распродана, либо взята под контроль Русской православной церковью за рубежом… Патриарх Алексий II стал воплощать мечту РПЦ собрать по миру под свое крыло все, что можно, в том числе и монастыри на Святой земле. Так что сегодня лозунг «Палестина будет нашей» для российской правящей группы актуален, как никогда. Хотя, кроме как потешить национальное самолюбие, больше никаких видимых преимуществ из этой активности не вытекает.
Святая земля вообще популярна у представителей самых разных российских властных структур, которые обратились в «криминально-магическое православие». Они не то чтобы религиозные, но верующие. В Бога верят, обряды не соблюдают, в церковь ходят редко, но иногда постятся. А самое главное, считают, что все вопросы на свете решают батюшки и деньги: мы, мол, в вашей религии ничего не понимаем, но денег можем дать, а вы уж там поколдуйте, замолите всё, что мы натворили».