Оригинал материала
: Сечин против Дворковича: битва за нефть
Аппаратное противостояние Сечин-Дворкович является свидетельством того, что «наверху» вновь возникает система сдержек и противовесов с Путиным во главе пирамиды. Появляются почти дублирующие структуры и аппаратных войн не избежать. Только развитие при таких управленческих решениях затруднительно.
Похоже, в стране формируется новая система сдержек и противовесов. Какой ей быть на практике — решится по результатам ожесточенных аппаратных боев за командные высоты. Понятно, что над всем этим будет возвышаться Владимир Путин. Ему, кажется, удобен и привычен стиль управления, при котором подчиненные сталкиваются лбами и вынуждены кляузничать на аппаратных конкурентов, пытаясь оттеснить их от «кормушки».
Где будут новые центры силы и как они будут между собой взаимодействовать пока не очевидно, но ясно, что история с «двумя правительствами» - в Белом доме и Кремле — становится реальностью буквально на глазах.
И правительство отъему у него функций чиновниками администрации уже начало сопротивляться. По данным «Коммерсанта», указ Путина о создании президентской комиссии по ТЭКу (где ответсек - Игорь Сечин) поступил в рассылку Кремля и Белого дома не в том виде, в каком он был опубликован на президентском сайте. А именно: по данным издания, оттуда оказались изъяты пункты, где перечисляются полномочия комиссии и ответственного секретаря в плане управления ТЭКом.
Полномочия там были такие, что де-факто Сечин становился более значимым для отрасли, чем вице-премьер по ТЭКу в правительстве, которым в мае был назначен бывший помощник Медведева Аркадий Дворкович (см. Игорь Сечин как приговор тандему). Понятно, что ни профильных министров, ни профильного вице-премьера такая ситуация устроить не могла, вот они и попытались отыграть путинский указ «про Сечина» назад. Формально — по причине имеющихся в указе противоречий с федеральным конституционным законом «О правительстве».
Эффективность этой контратаки пока оценивать рано, по самым разным причинам. Но Медведев, правительство вообще и Дворкович лично смогли одержать тактическую победу, сорвав аппаратный блицкриг Игоря Сечина.
Ирония заключается в том, что даже в обновленном виде полномочия Сечина могут быть весьма и весьма широкими. Еще до придания ему формального статуса ответственного секретаря президентской комиссии (Сечин тогда был «простым» президентом «Роснефти») активно обсуждали создание «нефтяного клуба» для «неформального обсуждения актуальных для отрасли вопросов». Де-факто заявка на альтернативную правительству структуру в ТЭКе была сделана уже в конце мая- начале июня.
Ничто же не мешало ему решать вопросы той же нефтянки (и далеко не только ее), пребывая в статусе замглавы путинской администрации, а не работая в правительстве. И даже в статусе ответсека «комиссии без полномочий» он вполне способен попытаться реализовать изъятые из указа функции.
Неформальный статус Сечина до сих пор крайне высок. Подтверждением тому хотя бы тот же первый вариант путинского указа о комиссии по ТЭКу: доверие Путина к многолетнему соратнику очевидно высокое и выше, чем доверие к медведевским кадрам в правительстве.
И все же ответный ход правительственных чиновников означает, что кавалерийским наскоком отнять контроль за целыми отраслями у правительства так просто не удастся. Тандем, конечно, теперь является полной фикцией, но во главе правительства все-таки очень сильный аппаратчик, возможно даже, второй по влиятельности человек в стране. Используя этот ресурс и собственные аппаратные умения, медведевские министры вполне могут сопротивляться излишнему усилению администрации президента.
И даже внутри путинской администрации они вполне возможны. Скажем, новое управление по связям с общественностью подчиняется сразу первому замглавы АП Алексею Громову и замглавы, пресс-секретарю Путина Дмитрию Пескову (см. Пиар-агентство «Кремль»). Формально Громов «старше по званию», но Песков последние четыре года был ближе к телу. А если вспомнить, что за информационную политику отвечают еще и управление внутренней политики администрации, которое курирует Вячеслав Володин, и собственно пресс-служба президента, потенциальные аппаратные войны за сферы ответственности будут идти не только по линии Кремль-правительство.
Бенефициаром такой схемы будет являться, разумеется, не Медведев, а Путин. Он пока остается непререкаемым арбитром во внутриэлитных схватках и ему очевидно удобно, когда управление той или иной сферой жизни государства не сосредоточено в одних руках и имеется некая альтернативная точка зрения. Просто пространство для маневра увеличивается.
Они пересматриваются, их исполнение саботируется параллельными органами власти, а для окончательного их продавливания нужна президентская воля, что как минимум замедляет реакцию бюрократии на внешние вызовы. В условиях, когда стране объективно нужна некая новая политическая линия, старые методы управления могут если и не похоронить, то всерьез осложнить проведение любых значимых для страны преобразований.