09 июля 2012, 10:01 Бизнес

«Крыша» вернулась в Лондон

«Черной против Дерипаски»: в Лондоне стартует громкий судебный процесс

Высокий суд Лондона открывает слушания по иску бизнесмена Михаила Черного к Олегу Дерипаске

ИТАР-ТАСС Высокий суд Лондона открывает слушания по иску бизнесмена Михаила Черного к совладельцу «Русала» Олегу Дерипаске. Истец претендует на компенсацию за 20% акций «Русского алюминия», утверждая, что был деловым партнером Дерипаски до 2001 года. В материалах суда фигурируют «понятийные обещания заплатить», «крыша» и рекомендации красить кладбищенскую оградку. Процесс «Черной против Дерипаски» обещает быть не менее скандальным, чем лондонский судебный спор предпринимателей Бориса Березовского и Романа Абрамовича.

В понедельник в Высоком суде Лондона стартуют слушания по иску израильского предпринимателя Михаила Черного к совладельцу алюминиевого холдинга «Русал» Олегу Дерипаске.

Истец неоднократно заявлял о своих правах на 20% акций «Русского алюминия» (после объединения этой компании с «Суалом» и активами Glencore был образован «Русал»), ссылаясь на свое участие в алюминиевом бизнесе Дерипаски, и требует компенсации в сумме от $3 млрд (привязана к пакету акций» «Русала», в который, в частности, вошел «Русский алюминий»).

Дерипаска настаивает, что Черной никогда не был его партнером по бизнесу, а вымогал у него деньги.

В течение пяти дней юристы истца и ответчика представят свои позиции, после чего суд уйдет на каникулы до осени. Допрос свидетелей, в том числе на условиях анонимности, планируется на конец сентября — начало октября. Процесс «Черной против Дерипаски» обещает быть не менее скандальным, чем лондонский судебный спор предпринимателей Бориса Березовского и Романа Абрамовича, в ходе которого была раскрыта практика «крышевания» крупного бизнеса в России и негласных соглашений в рамках приватизации 1990-х.

Дело двух листков бумаги

Иск Черного касается трактовки двух документов от 2001 года — «Соглашения № 1» и «Дополнения № 1 во исполнение Соглашения № 1». В «Соглашении» указано, что Черной продает Дерипаске 17,5% акций «Сибирского алюминия», и дополнительно прописано, что Дерипаска возвращает офшору Bluzwed долг «Сибала». Общая сумма договора с учетом долга составляла $250 млн.

«Дополнение № 1» предусматривает продажу Дерипаской 20% акций компании «Русский алюминий» в течение 3—5 лет и перечисление денег от сделки «стороне», за исключением $250 млн. «Сторона» в договоре прямо не указана.

По версии юристов Черного, обе бумаги были составлены и подписаны во время личной встречи истца с Дерипаской в лондонском отеле Lanesborough. Источник, знакомый с позицией адвокатов Дерипаски, которая будет представлена на текущей неделе, говорит, что на встрече был подписан один документ — «Соглашение № 1», и расчеты были полностью проведены, хотя и не так, как написано в бумаге.
А «Дополнение» не предназначалось для Черного и не было им подписано в Lanesborough

Бизнес: версия Черного

Юристы истца будут доказывать, что Черной являлся партнером Дерипаски в развитии алюминиевого бизнеса с 1990-х. По их версии, предприниматели встретились в октябре 1993 года в Лондоне и договорились о ведении бизнеса совместно. Тогда бизнес Дерипаски стоил около $5 млн и был, по утверждению Черного, небольшим. А сам Черной, указывали ранее его адвокаты, уже с 1989 года занимался трейдерскими операциями в статусе партнера Trans Commodities Ltd. С 1992 года Михаил Черной и его брат Лев сконцентрировались на торговле алюминием в партнерстве с компанией Trans Wоrld Group братьев Дэвида и Саймона Рубен.

Вкладом Черного в совместный бизнес должно было стать финансирование и контакты для его развития. Вкладом Дерипаски был его существующий на тот момент бизнес и «усилия по ведению бизнеса».

Летом 1994 года Черной и Дерипаска договорились с TWG (где Черной был также партнером) о совместной скупке бумаг Саянского алюминиевого завода (СаАЗ) через фирму Дерипаски «Алинвест», имевшую лицензию на операции с ценными бумагами. Адвокаты истца утверждают, что покупку бумаг Дерипаски в значительной части финансировал Черной. В итоге, основным акционером СаАЗа стала TWG, а Дерипаска и Черной поделили 50% акций на паритетной основе, указывалось в материалах юристов Черного, представленных на предыдущих судебных слушаниях.

Затем, утверждают юристы Черного, истец содействовал избранию Дерипаски гендиректором завода, фактически передав ему оперативный контроль над предприятием.

Одним из оснований избрания было голосование за Дерипаску представителя государства, контролировавшего 15% акций завода. Сторона истца утверждает, что Черной оказал содействие в обеспечении результатов голосования. И в дальнейшем способствовал развитию бизнеса своими связями в политических и деловых кругах.

Черной указывает, что в связи с ведением ими совместного бизнеса с 1993 года он был паритетным партнером Дерипаски и по «Сибирскому алюминию», который в 2001 году был включен в состав «Русала». А также вложил несколько сотен миллионов долларов в бизнес с 1994-го по 2000 год. Этими утверждениями юристы истца обосновывают его право на 20% акций «Русского алюминия».

По их данным, конечным бенефициаром совместного бизнеса в 1997 году являлся зарегистрированный в Лихтенштейне фонд Radom, долями в котором владели Дерипаска, Черной, бизнесмен Искандар Махмудов, а также предприниматели Андрей Малевский и Сергей Попов (список бенефициаров приводился ранее в ходе судебных разбирательств).

Бизнес: версия Дерипаски

Адвокаты ответчика будут доказывать, что первая встреча Дерипаски и Черного состоялась позднее, чем утверждает истец, — в мае 1994 года, партнерами они не были, Черной никогда не финансировал структуры Дерипаски, а также не помогал бизнесу своими контактами. На момент первой встречи с Черным Дерипаска уже владел 14% акций СаАЗа: бизнесмен самостоятельно покупал бумаги, вкладывая в них деньги, заработанные на трейдинговых операциях. А первый шестипроцентный пакет был куплен на ваучеры в марте 1993 года на аукционе.

В июне 1994 года Дерипаска действительно договорился о совместных усилиях по скупке бумаг СаАЗа с TWG, а Черной тогда представлялся партнером TWG, следует из материалов, представленных в суд.

Но брокер «Алинвест» осуществлял лишь техническую скупку акций, сразу переводя бумаги на счета тех, кто финансировал сделки. В итоге к ноябрю 1994 года структуры Дерипаски и TWG собрали чуть более чем по 20% акций каждая. Структуры Дерипаски аккумулировали пакет без финансового участия Черного, следует из материалов защиты ответчика.

Избрание гендиректором СаАЗа было обеспечено голосованием собранными пакетами и работой с миноритарными акционерами, в том числе сотрудниками предприятия, пишут юристы Дерипаски. На собрании акционеров присутствовали владельцы 55% бумаг, в том числе много физических лиц — акционеров. За Дерипаску проголосовали 98% участвовавших в работе собрания. Представитель государства в собрании и голосовании не участвовал, утверждают адвокаты ответчика. А Черной, по их данным, в это время находился за пределами России. Установив контроль над заводом, Дерипаска и TWG договорились о работе по толлинговым схемам — загрузке завода импортным давальческим сырьем и вывозе готовой продукции без пошлин.

Среди знакомых Черного в деле фигурируют покойный Вячеслав Иваньков (более известен в СМИ как «Япончик»), Алимжан Тохтахунов (известен в СМИ как «Тайванчик»), Салим Абдувалиев, президента Ассоциации спортивной борьбы Узбекистана, а также Малевский и Попов, выступавшие совладельцами Radom. Некоторые из указанных бизнесменов упоминались в СМИ как лидеры организованных преступных сообществ.

Черной на предыдущих процессах не отрицал знакомств и указывал, что «Малевский, Попов и Дерипаска стали друзьями и часто встречались».

Речь шла о «крыше», признают юристы Дерипаски на суде, объясняя этим признанием, в частности, включение Малевского и Попова в число бенефициаров офшора Radom. «Они втерлись в бизнес, конечно же, не заплатили ничего за участие в Radom», — указано в материалах ответчика. Вдова Малевского Жанна ранее назвала утверждение о его связях с криминальными стуктурами «абсолютно ложным».

Окончательное решение платить за «крышу» было принято в мае 1995 года, после двух встреч с Черным в Израиле, следует из представленных в суд материалов.

Им предшествовало поступление устных угроз в адрес Дерипаски от Владимира Татаренкова, в настоящее время обвиняемого в создании банды и организации восьми убийств на территории России, заявляют адвокаты ответчика. «Олег, ты оградку себе покрасил?», — якобы спросил позвонивший у Дерипаски. А позднее Черной поинтересовался у него, «не беспокоит ли Володя», указано в материалах, представленных в лондонский суд.

Владельцам бизнеса «крыша» обеспечивала защиту от физического уничтожения, а организаторам «крыши» была нужна легализация, поэтому они пытались втереться в бизнес, объясняют адвокаты. Суммы, заявленные Черным в качестве инвестиций, инвестициями не являются, будет доказывать сторона Дерипаски с помощью экспертов-аудиторов, заключение которых представлено в суд.

Lanesborough: версия Черного

Адвокаты истца настаивают, что встреча Черного и Дерипаски в Lanesborough, на которой, по их версии, было согласовано решение о разделе совместного алюминиевого бизнеса, проходила 10 марта 2001 года. В тот день были подписаны «Соглашение № 1» и «Дополнение № 1». Но сама встреча изначально не была посвящена подготовке сделки — тема продажи акций возникла в процессе беседы.

Сторона истца утверждает, что в течение нескольких часов Черной и Дерипаска обсудили схему сделки и, договорились о ее реализации. Затем Дерипаска подготовил (возможно, сделал вид, что напечатал заранее заготовленный) текст «Соглашения» на ноутбуке и вслух зачитал Черному. Истец высказал замечания к тексту и ушел пообедать в соседний ресторан, пригласив Дерипаску присоединится к нему и принести исправленный вариант документа. Затем, утверждают юристы истца, Дерипаска напечатал «Дополнение № 1» и распечатал документы в гостинице.

Присоединившись к Черному в ресторане, он зачитал текст истцу, тот снова заметил, что в нем не было отдельно прописано урегулирование споров по английскому праву, но в итоге согласился не менять текст. Предприниматели вернулись в отель, подписали обе бумаги и разъехались.

Черной утверждает, что текст «Дополнения» не исчерпывает лондонских договоренностей с Дерипаской. По данным истца, устно они якобы договорились, что до выплаты за 20% акций «Русского алюминия» бумаги будут находиться в трасте в пользу Черного, а связанные с ними споры регулируются английским правом.

Lanesborough: версия Дерипаски

У юристов Дерипаски своя версия хронологии и последствий встречи в лондонском отеле. Согласно ей, совладелец «Русала» прилетел в Лондон утром 10 марта и заселился в отель. Около 11 утра к нему присоединился Черной. Встреча была довольно короткой и по существу была посвящена необходимости подтвердить сумму выплаты Черному в размере $250 млн и подписать заранее подготовленное и подписанное Дерипаской «Соглашение № 1». Дерипаска уехал из отеля примерно в два часа дня и сразу вернулся в Москву. По данным отеля Lanesborough, примерно в три часа дня его номер был уже убран.

На встрече Черной подписал «Соглашение № 1». $250 млн были Черному выплачены, но не так, как написано в «Соглашении».

На самом деле, утверждает юридическая команда ответчика, Черной акциями «Сибала» не владел, бумаги и так находились на балансе одной из компаний Дерипаски. Эта компания продала их офшору Hillgate, который тоже контролировал Дерипаска, за небольшую цену. Офшор перепродал акции еще одной компании Дерипаски за гораздо большую цену. Контроль за Hillgate с деньгами на счету перешел представителям Черного, и деньги были ими выведены со счетов. Оставшаяся сумма была переведена Черному по ряду более мелких договоров.

По версии юристов Дерипаски, фиктивные сделки были платой за криминальную «крышу», а в достижении договоренностей по суммам выплат участвовал Малевский.

Именно Малевскому и Попову, а не Черному предназначалось «Дополнение № 1», будут доказывать адвокаты Дерипаски. Это было «понятийное обещание заплатить всего не менее $410 млн с учетом $250 млн, уплаченных в пользу Черного», — указано в материалах, которые представлены в Высокий суд Лондона. По данным ответчика, он рассчитался по «Дополнению» с последователями Малевского после его смерти.

«Дополнение» не обсуждалось с Черным в Lanesborough, к этому документу Черной не имеет отношения, и к документу не применимо английское право, утверждает сторона ответчика, доказывая, что бумага попала в распоряжение истца после смерти Малевского.

Спор о подписи

Между юридическими командами истца и ответчика нет спора о том, что «Соглашение № 1» подписали и Черной, и Дерипаска 10 марта 2001 года, а также о том, что на «Дополнении № 1» стоит подпись Дерипаски.

Спор идет о том, подписал ли Черной «Дополнение № 1» 10 марта 2001 года и он ли подписал документ.

Истец и ответчик привлекли экспертов-графологов для подтверждения своих позиций в суде. Экспертиза с обеих сторон подтвердила, что подписи Дерипаски на «Соглашении № 1» и «Дополнении № 1» сделаны одной ручкой. Этой же ручкой Черной поставил подпись под «Соглашением». На «Дополнении» подпись Черного выполнена другой ручкой.

Также эксперты обеих сторон сошлись во мнении, что подписи Черного на «Дополнении» были поставлены при разных обстоятельствах и не сразу одна за другой. Версия экспертов со стороны Дерипаски: срок между постановкой подписей Черного значительный. Эксперты Черного с этим не согласны. Эксперт ответчика также заявляет о вероятности, что кто-то другой мог поставить подпись за Черного.