А.Махонин/ Ведомости

Сегодня на пресс-конференции в агентстве «РИА Новости» представители крупнейших российских некоммерческих организаций призвали не спешить с принятием резонансного законопроекта об НКО — иностранных агентах и обсудить предложенные общественными организациями поправки. Представителей НКО не устраивает то, что любая общественная организация, занимающаяся политической деятельностью и имеющая в своем бюджете иностранные капиталы, приобретает наименование «иностранного агента».

«Проект не соответствует требованиям, которые должны соблюдаться при разработке законодательства», - заявила член Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Тамара Морщакова. По ее словам, не было получено заключение правительства, не проведена антикоррупционная экспертиза, хотя проект должен был стать ее объектом. Положения его неопределенные и трудновыполнимые, что безусловно даст толчок к коррупционным действиям сторон. Морщакова привела пример: расходование средств, полученных из иностранных источников, должно, согласно законопроекту, фиксироваться в отчетности отдельно. Однако финансовые потоки разделить нельзя, это просто невыполнимое условие.

Также не соблюден указ президента от 7 мая, в котором подготовку социально важных законопроектов предлагается делать открытой: законопроект поспешно прошел первое чтение 6 июня, а второе и третье чтения собираются провести 13 июля.

Председатель совета директоров Ассоциации менеджеров России Сергей Литовченко отметил, что закон посылает организациям сигнал о том, что с иностранными деньгами лучше не связываться: замучаетесь с регистрацией в качестве «иностранного агента», дополнительной отчетностью и с доказательствами того, что деньги пошли не на политическую деятельность.

По мнению Литовченко, у проекта две функции: усложнить деятельность НКО и создать образ шпионов. Назвав «иностранными агентами» часть НКО, проект повесит этот ярлык на все общественные организации и внушит обществу недоверие к НКО в целом. Кроме того, санкции, вводимые законопроектом (штраф до 1 млн руб.), непропорционально жесткие и приведут большинство организаций к разорению. При этом законодатель ничего не говорит о компенсации иностранных инвестиций для НКО, которым скорее всего придется от этих инвесторов отказаться. Литовченко также добавил, что проект об «иностранных агентах» нельзя назвать калькой с американского Fogeign Agent Registration Act, как заявляют законодатели, ведь в США [в 1938 г.] закон был принят для противодействия влиянию заполонивших страну немецких агентов.

Эксперты отметили размытость формулировок — не ясно, что следует считать политической деятельностью. «Получается, что фонд «Вера» занимается такой деятельностью, потому что мы сознательно влияем на общественное мнение — например, вешаем билборды с социальной рекламой», - недоумевает президент благотворительного фонда помощи хосписам «Вера» Анна Федермессер. Как и другие представители НКО, Федермессер говорит о том, что получение средств от иностранных организаций для ее фонда неизбежно и крайне необходимо, ведь российские инвесторы часто не считают нужным финансировать такие проекты. В фонде «Вера» иностранные вложения составляют менее 10%.

Директор Всемирного фонда дикой природы Игорь Честин считает, что будут затруднены и инвестиции от российского бизнеса, ведь значительная часть компаний принадлежит офшорным структурам.

Чтобы назвать организацию иностранным агентом, нужно указать, агентом какого государства она является, отмечает Честин. «25% бюджета WWF составляют российские капиталы, 75% - инвестиции из-за рубежа, из 15 стран, в том числе от трех правительств: Норвегии, Германии и России. Определить, чьим агентом является наша организация, невозможно, а не сделав этого, нельзя называть ее агентом», - уверен экозащитник.

Член правления «Мемориал» Сергей Кривенко ставит под сомнение саму суть законопроекта — выявить среди некоммерческих организаций те, которые действуют в интересах других государств. «Не фонды нанимают НКО на выполнение определенной деятельности, а наоборот: НКО, исходя из собственных целей, устремлений, возможностей, а главное — ценностей, готовят проекты и ищут финансирование на их организацию, - говорит он. - Депутаты же демонстрируют полное непонимание природы некоммерческого сектора, считая, что кто платит, тот и заказывает музыку».

Такой же точки зрения придерживается гендиректор Благотворительного фонда Владимира Потанина, член Общественной палаты Лариса Зелькова: «Данный законопроект не адресован НКО. Это вопрос, касающийся сферы лоббирования». По словам Зельковой, в поправках, которые комиссии Общественной палаты по развитию благотворительности и по социальной политике подготовили и 9 июля направили в Госдуму, отмечается некорректность формулировки «иностранный агент», размытость термина «политическая деятельность» (ею можно будет считать любую общественную деятельность). В законопроекте нет ответа на вопрос, кто, как и почему будет регистрировать НКО-агентов. Он не разделяет политическую деятельность НКО на российские и на иностранные деньги, ведь в первом случае организация не является «иностранным агентом».

«Этот закон может нанести удар по всему гражданскому обществу России, которое только начало поднимать голову», - считает президент «Опоры России» Сергей Борисов. Он предложил применить к проекту механизм оценки регулирующего воздействия, чтобы определить последствия его принятия.

Несмотря на то что деятели НКО надеются на отмену закона, у них уже есть план действий на случай его принятия. «Мы будем делать из термина «иностранный агент» знак качества, - говорит Честин. - На всех наших публикациях и сайтах мы будем писать примерно такие слова: «Мы не жулики и не воры. Мы иностранные агенты. Поэтому мы не берем взяток, не даем откатов, не разворовываем российский бюджет. Нам можно доверять!» Тогда через короткое время слова «иностранный агент» будут звучать примерно так же, как звучит Dior по сравнению с фабрикой «Большевичка». В свою очередь Кривенко и Федермессер заявили, что не будут регистрировать свои организации под именем «иностранных агентов».

«Мы не жулики и не воры. Мы иностранные агенты»