В Москве состоялось открытие III Московской международной биеннале молодого искусства. Доступна она будет до конца августа

Биеннале молодого искусства открылось незапланированной акцией в защиту девушек из Pussy Riot. Во время приветственной речи министра культуры Мединского группа людей подняла цветные таблички с надписью «Free Pussy Riot». Таблички Мединский проигнорировал, а саму выставку так и не посетил. Отныне посетителей ожидало лишь чистое «внеполитическое» современное искусство...

Выставка открылась весьма провокационно – незапланированной акцией в защиту девушек из группы Pussy Riot. Во время приветственной речи министра культуры Владимира Мединского группа людей подняла цветные таблички с надписью «Free Pussy Riot». Таблички Мединский проигнорировал, а саму выставку так и не посетил, уехав сразу после своего выступления (смутила ли министра акция или ждали неотложные дела — неизвестно). Больше ничего незапланированного на выставке не произошло, посетителей впереди ожидало лишь чистое «внеполитическое» искусство.

Молодежная Биеннале, сама по себе, — это своеобразный арт-форум, где представлены различные художественные объекты и проекты художников, творящих из разнообразных материалов во всех мыслимых (а порой даже и не мыслимых) стилях и техниках, художников постидеологического века, чей новаторский взгляд на мир воплотился в материальные объекты, ставшие экспонатами выставки.

Конкурс на участие в биеннале проходил с сентября по декабрь 2011 года, поступило более 2700 заявок от художников в возрасте до 35 лет из 77 стран мира. Из всего многообразия куратором проекта, Катрин Беккер, руководителем видеофорума Новой берлинской ассоциации искусств, были отобраны работы, заполнившие собой более 10 залов основной площадки биеннале — Центрального Дома Художника (Крымский вал, дом 10) и двух «параллельных» площадок — Московского музея современного искусства (Ермолаевский переулок дом 17) и Государственного центра современного искусства (ул. Зоологическая, д.13).

О том, что посетителям выставки предстоит знакомство не с привычными искусством, а со своеобразными «метафорами» мира творческой современности, с самого начала предупреждает символическое название биеннале «Под солнцем из мишуры». Ключевые вопросы, которыми задались организаторы арт-форума и на которые постарались ответить его участники: «Где лежит грань между подлинным и поддельным? Как не потерять собственную индивидуальность в мире с бесконечными возможностями для воплощения идей? Как найти настоящее среди симуляций и симулякров?».

Биеннале есть попытка найти подлинное, продемонстрировав «срез» современного молодого искусства. Художники стараются создать (и иногда действительно создают) нечто принципиально новое: превращают в арт-объект книги, вмонтировав в них часы или наполнив их землей, вешают в ряд стремена, седла и лошадиные хвосты, создавая иллюзию невидимых, следующих друг за другом лошадей, рассказывают при помощи фотоснимков историю «людей без территории», сфотографировав мигрантов с закрытыми глазами, экспонируют «горячие новости» (в прямом смысле), изображая читателей, держащих в руках подожженные газеты.

Участник из Словакии выставляет в качестве арт-объекта внушительного размера стопку тарелок, взгроможденных одна на другую, пакистанский участник делает то же самое с большим количеством мешков с песком, называя свое творение «Массой пустоты». Автрийская арт-группа при помощи работающих вентиляторов побуждает к движению висящие и издающие монотонный звук динамики, а другой австриец заставляет «черный монолит» беспрерывно воспроизводить «аккорд смерти», состоящий из одновременно звучащих двенадцати нот.

На многочисленных экранах, транслирующих перформансы, можно наблюдать 100-килограммового мужчину и дерущуюся с ним 100 килограммовую женщину, девушку в белой одежде, сидящую на гигантском белом кубе в белой комнате, и в течение семи часов непрерывно вяжущую на спицах длинную красную полоску, музыкантов, стоящих на камнях участников оркестра, импровизирующих на своих инструментах, домохозяйку, занимающуюся бытовыми делами под радиосводки о Холокосте…

Во время осмотра экспозиции на ум приходит точно описывающая создающееся впечатление фраза художника-концептуалиста Айя Вейвея: «То, что вы видите, это не то, что вы видите, и то, что вы видите, это не то, что это значит». Если держать эту фразу в голове и действительно хотеть найти во всем смысл, разобраться «зачем?», понять «а что же тут имелось в виду?», то, вы, несомненно, этот смысл найдете. Если же подобное желание «художественного идейного постижения» не появится, то выставка так и останется для вас набором странных объектов, взаимодействующих друг с другом в хаотичном порядке.

В любом случае, вне зависимости от вашего восприятия, этот проект (с переплетением форм и смыслов, тематик и затронутых проблем) – не просто выставка работ молодых и потенциально успешных художников, а форма проявления надежды на то, что у искусства действительно есть будущее, даже если пока что оно находится в состоянии, напоминающем об одной из инсталяций арт-форума: из розетки протянут провод к прожектору, висящему на потолке и ярко освещающему ту самую розетку, из которой протянут провод к прожектору.

Ксения ВИТЮК

«Молодежная биеннале хочет быть взрослой»

«Эта биеннале пытается быть более взрослой. В ней меньше энергии, хотя в предыдущие годы работы были не такими качественными, менее профессиональными», — говорит Катерина Чучалина, заместитель директора Фонда «V-A-C» (Виктория — искусство быть современным).

Основной проект проходит в Центральном доме художника (ЦДХ). Мне стало интересно, что думают о выставке его посетители, чем занимаются, интересует ли их современное искусство, почему они пришли на биеннале, какие работы им запомнились больше всего.

Светлана Шилова учится в НИГАСУ, ФАИГ, живет в Нижнем Новгороде. На биеннале приехала специально. Она не только учится, но и работает. У нее уже есть свой проект — Перевернутый дом на территории серфлагеря «Freedom».

— Очень понравилось в Московском музее современного искусства. Там запомнилась работа с человечками. Можно написать что-нибудь на листочке и прикрепить к ним. Я ничего не написала, просто поставила три точки. Еще понравилась политическая работа с Конституцией. На стенах написаны название статьи, ее номер и расшифровка. Автора зовут, кажется, Миша.

Мужчина в белом костюме буквально мчался по залу, на лбу его выступили капли пота, будто он очень нервничал или переживал. Когда я попросила его рассказать о своих впечатлениях от выставки, он сказал:

— Никакого комментария. Полная авантюра. Единственное, на что можно обратить внимание, — вон те мешки («Масса пустоты» Эсан уль Хак, Пакистан). Такие мешки использовал Боровский в спектакле на Таганке. Как же его… «Медея».

На мою просьбу представиться, он ответил: «Не хочу!» и, с сожалением махнув рукой, помчался дальше к выходу.

— Доо, сии, ляя, сооль, фаа, мии, рее, дооо,.. — маленькая девочка склонилась над композицией с вентиляторами и подвешенными над ними колонками. Ей на биеннале однозначно нравится. С карандашами в руках, она бегает и играет со своим другом в прятки в залах, где проходят показы фильмов и видеоинсталляций:

— Ты был в пещере?

— Какой?

— Древней.

— А она здесь?

— Ммм… да, — и дети снова скрываются из виду.

Анна оказалась здесь просто потому, что было свободное время:

— Пришла в ЦДХ не специально. Сама с искусством я мало связана. Но у меня папа — художник. Понравились те фотографии (указывает на портреты людей в полный рост). Очень они какие-то человечные («Люди без территории» Анастасия Хорошилова).

Евгению и Александре особенно понравился экспонат с телефонным номером +47 97 69 75 27. Недолго думая, Евгений позвонил:

— Я под водой. Или в воздухе лечу. Как будто рядом водопад.

Пока молодой человек наслаждался звуками природы, Александра рассказала, что закончила МПГУ в этом году. Художественно-графический факультет.

— С меня 40 рублей за это сняли, - возмутился, закончив знакомиться с арт-объетом, Евгений.

Олег — графический дизайнер из училища им. 1905 года. На выставку он пришел потому, что ему это интересно. Рассказывает, что посещает мероприятие подобного рода не первый раз. До этого ходил на Винзавод на выставку «Верю – не верю». Там ему понравилось гораздо больше.

— Здесь не та обстановка, много всего непонятного.

Галина Алексеева — свободный художник, пришла на биеннале со своей подругой:

— Тарелки понравились. Хочется подойти и так ткнуть пальцем. В нашем возрасте желание — большая редкость. Лучше, конечно, если они все сразу разобьются. Обидно, если там внутри гвоздь. Понравилась та работа (указывает на работу Эсана уль Хака «Масса пустоты»). Я представила стог сена, упакованный в мешки. Стог не поднимешь, а мешки можно. Шторка понравилась, напомнила детство.

Подруга:

— Не понравились звуки. От них уши закладывает.

Галина:

— Не то, чтобы закладывает… Напоминает звук, когда летишь по трубе во время клинической смерти. Сильное производит впечатление, но неприятное.

Светлана и ее дочь Настасья приехали в Москву из Варшавы.

— Хочу показать ребенку, что происходит в Москве. Бываем в столице часто, но в основном общаемся с друзьями, ходим в гости. Сегодня уже были в Пушкинском, теперь пришли сюда.

Полина учится на факультете журналистики в МГУ. На биеннале в ЦДХ она работает смотрителем.

— На открытии было много людей. Приходили друзья художников, критики, искусствоведы. Я была на экскурсии, которую проводила Катрин Беккер (куратор главного проекта «Под солнцем мишуры»). Она предназначалась для журналистов, но мне кажется, там было больше смотрителей, нежели представителей СМИ. Как не странно, но все пришли к 6 часам, хотя время начала было заявлено раньше. Как мне показалось, многие при этом даже не вошли внутрь и так и остались на улице. Публика приходит разная. В большинстве это, конечно, молодежь. Были два старичка: один сказал, что то, что выкидывают на Западе, привозят сюда, а другой уверен, что от этого всего можно сойти с ума. Иностранцев немного. В основном, это пожилые пары, которые, видимо, интересуются таким искусством.

Я сама общалась с художницей Аней Титовой. Мне кажется, что многие работы требуют комментария и разъяснения от автора, чтобы понять его философию. Многие художники думают, что их воспримут на той же волне, но очень часто возникает диссонанс.

Среди посетителей биеннале в ЦДХ 12 июля мною был замечен куратор музея Tate Modern Николас Каллинен. Вечером в тот же день на Винзаводе прошла его лекция. Николас рассказал о своих выставках, о своих впечатлениях от московской биеннале. Многие из присутствовавших — это начинающие художники, которым было интересно услышать совета от куратора музея такого уровня.

— Do if you love, work hard, be patient, be forgotten to work in piece.

Нужно любить свое дело, трудиться, быть терпеливым. Николас также считает, что быстрый взлет для художника — не всегда хорошо. Нужно позволить забыть о себе на некоторое время, чтобы спокойно работать и творить.

Куратору Tate поступали не только вопросы, но и деловые предложения. Валерий из Московского информационного центра призвал Tate Modern к совместной организации выставки, посвященной городам, которые были сожжены и восстановлены из пепла. Он говорит о Москве, «спаленной пожаром» в 1812 году, о Лондоне в 1666 году, о Дрездене, о Токио в 1945. Николаса заинтересовала эта идея, он попросил Валерия подойти к нему после лекции, чтобы обменяться контактами.

В рамках биеннале 13 июля в Третьяковской галерее стартует спецпроект Арсения Жиляева «Музей пролетарской культуры. Индустриализация богемы». Как рассказал Кирилл Светляков, заместитель заведующего отделом новейших течений Третьяковской галереи и куратор проекта Жиляева (при участии Елены Воронович), работа Арсения очень вписалась в цикл Третьяковской галереи «Художник и его музей»: каждая выставка рассматривается как «мини-музей» одного художника в контексте «большого музея». Он также считает, что Арсению удалось отказаться от товарного фетишизма, который доминирует в большинстве музеев, где каждое произведение искусство позиционирует себя как некий шедевр, из-за чего и возникает связь музея с магазином.

Сам Жиляев говорит:

— Я люблю работать с контекстом, в качестве исторического события выбрал выставку 31 года Г. Федорова-Давыдова под названием «Опытная комплексная марксистская экспозиция».

В инсталляцию музея Жиляева вошли образцы народного творчества (например, храм из спичек), молодежного сетевого творчества (стенд, посвященный граффити ВКОНТАКТЕ). Самым крупным экспонатом в музее стала композиция во всю стену, посвященная движению «Оккупайабай».

Дарья ЖЕЛНИНА