Как Мансур Исаев нашел средство против всех

Дзюдоист Мансур Исаев выиграл олимпийское золото, а специальный корреспондент «Коммерсантъ-BoscoSport» АНДРЕЙ КОЛЕСНИКОВ выяснил у него про косой захват, про то, что сказал отец, когда он победил японца, и про то, что сам Мансур Исаев сказал японцу, когда победил его.

Мансура Исаева не было в The Bosco Club до глубокой ночи, хотя он обещал приехать, и ждали его тут. Поступали отрывочные сведения: парень выехал из международного пресс-центра, но один. С водителем, но без телефона. А мы знаем уже этих водителей, которых у международных федераций и делегаций гораздо меньше, чем свободных машин, выделенных или выбитых для спортивных и околоспортивных нужд. Водителей выбить сложнее, чем машины, их катастрофически не хватает, поэтому большинство из них отчего-то из Уэльса, и приходится объяснять им, как пользоваться навигатором в Audi… Да, очень долго можно было ехать из одного конца города в центр. Вот они и ехали.

Здесь, в The Bosco Club, Мансура Исаева ждал другой олимпийский чемпион по дзюдо, Арсен Галстян, друг. Он ждал вместе со всеми уже несколько часов, пил воду без газа, зато хорошо ел и твердо намерен был дождаться Мансура.

И он все-таки приехал.

В окружении телекамер, на фоне развернутого полотнища российского флага он выглядел очень уж смущенным. Он улыбался, но это была какая-то страдальческая улыбка. Человеку, способному вымучить такую улыбку, выиграть Олимпийские игры — уже нечего делать, по-моему.

Его спросили, а где же медаль-то его золотая. Он спохватился, и лицо его сделалось таким растерянным, каким только и бывает у человека, который вдруг осознал: блин, потерял я бумажник-то... Только у него было еще растеряннее, потому что он-то не бумажник потерял.

И в тот же миг лицо это сделалось блаженным: он вспомнил! Покопался в кармане своих широких спортивных штанин и вытащил золотую медаль Олимпиады.

То есть не хотел просто сидеть с машине с медалью на груди. Как будто едет такой Мансур Исаев из международного пресс-центра в The Bosco Club по Лондону, а на груди его сверкает олимпийское золото. Подумал, снял и положил в карман. Потом, правда, забыл в какой.

Тут к нему подошел человек, который чаще, чем Мансур Исаев, держал в руках олимпийское золото.

— Молодец, порадовал! — сказал, обняв Мансура, переминавшегося с ноги на ногу на фоне российского полотнища, трехкратный олимпийский чемпион Александр Карелин.

И что-то еще шепнул ему на ухо. Мансур благодарно кивнул.

Потом мы с Мансуром сидели в полутьме чайной гостиной, и я спросил у него:

— А что вам сказал Карелин на ухо, можете сказать?

Дзюдоист испытующе посмотрел на меня. Ему не хотелось, похоже, но он не удержался, улыбнувшись вдруг как надо, как-то светло и широко (я после тех мужественных улыбок под камеры и не ожидал от него):

— Сан Саныч сказал: «Только одно примечание, Мансур, медаль надо держать за ленту, а то потемнеет». От такого человека такое замечание!

Да уж, Александр Карелин знал, что говорил про золотые медали. Видно, пара первых медалей у самого потемнела, пока не понял, в чем дело.

— Дзюдо и в самом деле философия как часть жизни? Вы живете по дзюдо только на татами или и в мирной жизни тоже? — спросил я Мансура Исаева.

— Это очень реальная философия. Дзюдо — это…

Он глядел на меня, как бы сказать… проникновенно. Он думал, может, что я пойму его без слов.

И я, наверное, мог бы.

Но мне нужны были слова.

— Это же не просто вид спорта…— продолжил он.— Какой-то вид спорта, и все… Нет, это очень много великих традиций! Это сохранилось в Японии. Мы, когда бываем там, видим это. Наполняемся этим…

И побеждаем японцев на Олимпиаде, мысленно добавил я, но вслух говорить не стал, потому что я уже понимал: он ведь может и обидеться за японцев, которых он побеждал.

В полуфинале он победил корейца.

— Первый номер мирового рейтинга вообще…— сказал Мансур.

— А у вас какой рейтинг? — поинтересовался я.

На его лице появилось такое же выражение, как тогда, когда он начал искать золотую медаль.

— А, четвертое! — с облегчением вспомнил он.— Но вот этот полуфинал и финал — это были мои самые сильные соперники.

— В жизни? — переспросил я.

— Да, в жизни, в жизни,— подтвердил он.— Все ребята, кто боролся, могут сказать, что это за люди. Они великие.

Он не хотел сейчас подчеркнуть, что выиграл у великих. Он просто хотел сказать, что они великие.

— Как же можно было выиграть у таких великих? — спросил я.

— На самом деле я четко исполнял установку, которую давал на схватку наш главный тренер Эцио Гамба! — торжественно сказал Мансур Исаев.— Как говорит Эцио Гамба, никаких секретов в победе нет — только работа. Только работа, и все.

Он еще что-то должен был сказать про тренера. Он еще не выговорился. Надо было просто немного подождать.

Но ждать не пришлось.

— Я в дзюдо с восьми лет, вошел в сборную, в основную…— пересказал он в двух словах свою жизнь.— Но когда в сборную пришел Эцио Гамба, все так изменилось! Вообще все. Вся система работы! Кардинально!

— Так что, была за установка на схватку?

— Как вам объяснить? С корейцем на опережение работать, неудобный для него захват применить?

— Что за захват?

Мансур с сожалением посмотрел на меня:

— Я вам скажу, а вы не поймете… Косой захват. Азиатам с ним очень тяжело бороться.

Косой захват… Лучше не думать об этом.

— А вы что-то сказали японцу, когда победили. Нагнулись к нему и что-то сказали. По-английски?

— Да,— смутился Мансур.

— И что?

— Я ему сказал: «Я чемпион!»

— А он?

— А он — нет!

Мансур засмеялся.

— А в финале уже главная задача была отключить рабочую руку японца,— продолжил Мансур.

Косой захват в плечах