Путин в Лондоне: приглашение на татами

Владимир Путин, обладатель черного пояса по дзюдо, 2 августа посетил олимпийский Лондон. В последний раз на Британских островах он был 7 лет назад

Это было еще до убийства Александра Литвиненко, но уже после размолвки с харизматичным британским премьером Тони Блэром, который когда-то дружески зазывал Путина в родную Шотландию. Потом на Даунинг-стрит пришел антихаризматик-фискал Гордон Браун, с которым даже и встречаться не пришлось: «дело Литвиненко» испортило отношения Москвы и Лондона на годы, политические контакты устремились к нулю. После чего заступивший на кремлевский трон модернизатор Медведев попробовал вдохнуть в них свежую струю. Правда, без особого успеха, если не считать его собственный перформанс — в апреле 2009-го в Лондонской школе экономики. Путин счел, что лучший способ помириться со страной, без которой российская элита не мыслит своего существования, — это дзюдо. Да и премьер Дэвид Кэмерон, с которым они впервые встретились осенью 2011-го в Москве, говорят, ему понравился.

Владимир Путин поздравляет Тагира Хайбулаева (справа), занявшего первое место в финальных соревнованиях по дзюдо.

У Путина была возможность приехать в Лондон 31 июля, когда все ждали победы российского дзюдоиста Мансура Исаева над японцем Рики Накая, что и случилось. Но Путин прибыл сюда 2 августа, когда в вероятные соперники россиянина тяжеловеса Тагира Хайбуллаева в финальной схватке попал британец Джеймс Остин, двукратный серебряный призер Кубка Европы. Причем шансы россиянина заведомо оценивались ниже (Хайбулаев, в итоге, на глазах Путина завоевал «золото», победив в финале монгола Найдана). Тот самый редкий случай, когда Путин не побоялся увидеть Россию, «поднятую с колен», снова на коленях. Все же главный смысл поездки был в другом.

Кремль всячески афишировал олимпийскую часть программы визита Путина — финальные соревнования дзюдоистов-тяжеловесов. Тогда как с Даунинг-стрит периодически исходили напоминания: дзюдо, конечно, важная штука, но прежде российский президент заедет к нам.

Путин был пунктуален, что с ним крайне редко бывает: ровно в 13.30 по Лондону его кортеж прибыл к резиденции Кэмерона. Прибыл под свист и крики поджидавших его здесь сторонников группы Pussy Riot. Накануне мэр Лондона Борис Джонсон лично пообещал лидеру международного правозащитного движения «Говори громче!» Андрею Сидельникову, что обязательно попросит премьера Кэмерона затронуть эту тему на встрече с Путиным, учитывая огромный резонанс, который вызвал судебный процесс в Хамовническом суде в британской творческой среде. В день приезда Путина в Лондон двенадцать британских рок-знаменитостей обратились к нему с призывом обеспечить справедливый суд над участницами группы. До этого свой голос в поддержку Pussy Riot отдали певцы Стинг и Питер Гэбриел, режиссер Терри Гилиам, писатель Стивен Фрай и другие.

Но в ходе 45-минутных переговоров Кэмерон, судя по довольному и благодушному виду Путина, прибывшему на соревнования по дзюдо в компании британского премьера, не стал затрагивать во время беседы судьбу Pussy Riot. Перед ним стояла другая задача: попытаться убедить Путина поддержать очередную резолюцию СБ ООН по Сирии, которые одна за другой с помощью права вето проваливают Россия и Китай. Потому как другой такой возможности в отпускном августе не представится больше никому.

Удалось ли это ему? На этот счет мнения британских комментаторов разделились. Одни делают упор на «очевидные расхождения» во взглядах. Другие настаивают, что прогресс все же есть: мол, уже сам факт, что Путин и Кэмерон приехали на соревнования вместе, говорит о том, что компромисс возможен. В противном случае Кэмерон сослался бы на «чрезмерную занятость», что прежде в таких случаях бывало. В конце концов, визит неофициальный, протокол в данном случае — штука номинальная.

Москва готова торговаться по Сирии — таков смысл коммюнике, обнародованного после переговоров: «поручить министрам иностранных дел придать импульс поискам взаимоприемлемых решений». Это означает, что Сергей Лавров и Александр Хейг встретятся в ближайшее время.

Так или и иначе, длительное похолодание в политических отношениях двух стран, видимо, подходит к концу. Это не значит, что Москва и Лондон готовы отказаться от взаимных претензий по рассорившему их «делу Литвиненко». Это не значит, что депутаты британского парламента вдруг возьмут и в угоду Москве предадут забвению идею своего собственного «списка Магнитского». Да и Борису Березовскому, спешно покинувшему Лондон перед приездом Путина, наверняка по совету Скотланд-Ярда, вряд ли следует опасаться экстрадиции в Россию. Но регулярные политические контакты в ближайшее время будут восстановлены.

Путин дал понять Кэмерону и всей Англии: настоящее примирение между Москвой и Лондоном может произойти только благодаря ему. Либо не произойти. А другого, в принципе, не дано.

Фото: Reuters, РИА "Новости"