"Болотные" эмигранты: "Мы не будем ждать, пока с нами это случится"

Фото: Дженни Курпен и Алексей Девяткин. Фото: Facebook

В деле о беспорядках на Болотной площади появились новые политэмигранты. Активисты "Другой России" и журналисты Дженни Курпен и Алексей Девяткин официально объявили, что запросили у властей Украины политическое убежище. В Киеве они находятся с конца июня. При том, что оба оппозиционера 6 мая не были на Болотной площади (их задержали на Тверской), активисты уверены: если останутся в России, станут фигурантами "Болотного дела". Из России уже бежали активист "Другой России" Александр Долматов, активистка "Солидарности" Анастасия Рыбаченко и ЛГБТ-активист, правозащитник Алексей Киселев. В интервью PublicPost Курпен рассказала, почему она и Девяткин решили последовать их примеру.

— В отношении вас в рамках "Болотного дела" проводились какие-то процессуальные действия или был особый интерес оперативников?

Каких-то конкретных действий, которые можно охарактеризовать как процессуальные, в рамках расследования дела не было, но и в отношении тех людей, которые уже были арестованы и содержатся под стражей, это тоже начиналось несколько иначе. Проводились несанкционированные обыски, когда группа спецназа захватывает квартиру, и только через два часа, постфактум, заполнялся протокол обыска. Я не могу назвать это процессуальными действиями, это нарушение закона. Мы не будем ждать, пока с нами это случится.

— Почему вы уверены, что с вами это могло случиться, если бы вы остались в России?

Тут сыграли бы роль личные мотивы сотрудников. У Алексея — давняя история взаимоотношений с нижегородским Центром "Э", они бы не оставили это, предприняли бы какие-то действия. И присутствие Алексея на Тверской было очень заметно. Он — единственный нижегородский активист "Другой России", который был задержан в тот день в Москве. А у меня на тот момент уже были проблемы с московским Центром "Э", лично с Алексеем Окопным (оперативник центра "Э", известный, в частности, тем, что задержал 6-летнего сына оппозиционера на Триумфальной площади, — прим.ред.). И они бы только усугубились. Даже если бы формально они не придумали способа конкретно провести нас по делу о беспорядках на Болотной, они нашли бы другой способ.

— В следственной группе по "Болотному делу" есть следователь из Нижнего Новгорода — это может быть связано с Алексеем?

У меня нет информации, которая позволила бы связать эти факты. Но я этого не исключаю. Алексей — единственный нижегородец, задержанный в этот день. Там действительно очень сложные отношения у всех актвистов, не только из "Другой России", с местным Центром "Э".

— Вы быстро приняли для себя решение стать политэмигрантами?

Конечно, сомневались, колебались. Даже уже находясь здесь, мы думали, правильно ли мы сделали, но пришли к выводу, что правильно. Мы уехали из России в конце июня. Просто решили не дожидаться официальных результатов подачи документов. Когда сюда приехали, нас сразу встретили знакомые и поселили тоже у знакомого человека. Дело в том, что я жила в Киеве несколько лет назад, у меня здесь остались друзья. Но свобода в любом случае лучше СИЗО. Алексей уже провел год в заключении во время рассмотрения дела о захвате приемной администрации президента, с 2004 по 2005 годы, по той же 212 статье УК РФ ("Массовые беспорядки"). Еще один такой опыт нам не нужен.

— На какой стадии сейчас ваше обращение к властям Украины?

На начальной. Мы еще не прошли три положенных интервью с миграционной службой Украины, и решения пока нет. Но важно сказать, что Украина вообще крайне мало дает статус политических беженцев. Шанс, что мы получим тут убежище, небольшой. В прошлом году было всего два человека, кому они его дали. Более распространенная практика — когда люди проходят процедуру полностью, получают отказ и перенаправляются в какую-то третью страну.

— Если вы останетесь на Украине, чем собираетесь заниматься?

Мы продолжим заниматься тем же, чем мы занимались все последнее время — журналистской работой. Будем писать о российских делах, другое дело, что здесь те темы, которые интересуют нас: уголовные процессы, условия содержания заключенных, — совсем не интересуют Украину. У них есть свои такие же проблемы.

— В Россию возвращаться будете?

Пока уверенности в том, что все это прекратится и дело развалится, у нас нет. В данный момент следствие продлено до ноября, и это означает лишь то, что следственная группа выйдет из отпуска и продолжит работу.

— Другие активисты "Другой России" не собираются уезжать из России?

На Болотной площади были задержаны то ли два, то ли три человека. Они все иногородние. Ни одного представителя московской организации на Болотной площади не задерживали, и, в общем-то, их там и не было. Единственный московский человек, Александр Каменский, был задержан на площади Революции в этот день — и тоже не был на Болотной. Он сейчас вышел под подписку о невыезде, но он по-прежнему фигурант этого дела, и исход для него пока не очевиден. Он вряд ли будет куда-то уезжать. Зная его, я не думаю, что он пойдет на это. Был еще активист Долматов, но он уже уехал (запросил политическое убежище в Нидерландах — прим.ред.) А поскольку ни у кого, кроме нас, из активистов "Другой России" проблем с 6 мая не было, я не думаю, что кто-то еще будет это делать.