"ЕдРо" против анонимов и клеветников

Государственная дума может ввести уголовную ответственность за клевету в адрес власти от анонимов в интернете. Такую поправку в "Закон о клевете" предложил внести вице-спикер нижней палаты парламента, депутат от "Единой России" Сергей Железняк.

"Законом уже предусмотрена соответствующая ответственность для журналистов — и для изданий, и для авторов, — сказал депутат. — Но что делать, если какой-то анонимный пользователь позволяет себе оскорбительные высказывания? В этом направлении мы будем рассматривать вопросы, связанные с совершенствованием законодательства, для того чтобы анонимность не создавала иллюзию безнаказанности для таких людей".

"Если гражданин называет конкретную партию или конкретного человека — то ему можно будет предъявить обвинение. Например, если он упоминает "партию жуликов и воров" и говорит, какую структуру имеет в виду. Интернет не должен оставаться зоной беззакония", — пояснил он.

PubliPost выяснил, каковы перспективы развития закона о клевете и грозит ли интернет-пользователям тотальная деанонимизация.

Владимир Бурматов, первый заместитель комитета Госдумы по образованию, депутат от "Единой России"

Инициативы как таковой пока нет, есть идея. Что такое инициатива? Это оформленное законодателем предложение, которое, по крайней мере, внесено в профильный комитет Государственной думы. Только тогда можно о чем-то говорить. Пока есть идея, требующая, на мой взгляд, общего обсуждения в среде интернет-сообщества, IT-индустрии, юристов. Поймите, что главным выгодоприобретателем от закона, если он будет принят, будет не государственная власть. У нас от клеветы чаще всего страдают не чиновники и не органы госвласти, а корпорации, частные компании и бизнес, которые несут колоссальные репутационные потери, исчисляемые в итоге миллиардами рублей.

Пытаться выставить идею Железняка как самозащиту власти — это упрощенная и провокационная тенденция. Это непрофессионально, и я бы не стал этого делать.

— Но это же пример самого Железняка, он сказал, что наказание ждет того, кто упоминает "партию жуликов и воров", и говорит, какую структуру имеет в виду.

Я понимаю, но это пример, который привел Железняк. Я привожу примеры, которые в юридической практике встречаются гораздо чаще, чем упоминания о политических партиях в негативном цвете. Клевета — это не оценочные суждения, а распространение заведомо ложных сведений с целью кого-то опорочить. Важно, что все это будет обсуждаться — в том числе и степень ответственности, будь это уголовное преследование или штрафы.

Главное, на что бы я хотел обратить внимание: сейчас в российском медиасегменте есть серая зона, которая законодательством не регулируется. На сайте СМИ, по ТВ или в газете разместить клеветнические сведения без последствия для себя нельзя. А вот анонимно разместить такую информацию на форуме, в социальной сети или блоге — вполне можно. Это и есть серые зоны. Их наличие в российском законодательстве недопустимо. Значит, мы где-то недосмотрели, где-то недоработали...

Идея Железняка как раз и заключается в том, чтобы эти серые зоны были ликвидированы. В качестве идеи я это поддерживаю. В качестве инициативы... Ее пока не видно, и слава Богу: надо собирать экспертное сообщество, надо обсуждать. То, что "Единая Россия" решила не набивать шишек на этом, а предложила сперва концептуально обсудить вопрос, — это большой шаг моей партии вперед в плане профессионализма при создании таких законодательных инициатив. Давно пора было начать именно так действовать.

Антон Носик, блогер, медиадиректор SUP Media

Сперва давайте разберемся — мы обсуждаем интернет или процессы в мозгу Железняка?

— Процессы, происходящие в мозгу депутата, законодателя.

Если человек м.дак, то ему можно три депутатские корочки дать, он от этого м.даком быть не перестанет.

— Судя по его словам, грань между клеветой и оценочным суждением в случае принятия таких поправок существенно размывается...

Если существует какое-то возбужденное уголовное дело, то в его рамках — не важно, по какой статье — предполагаются оперативно-розыскные мероприятия с целью установить, кто же такой этот подозреваемый в совершении преступления. Это касается абсолютно любой статьи УК. По статье "Клевета" будут работать те же механизмы следствия. Если нет возбуждения уголовного дела, то, конечно, и следствия по нему не может быть. Так что граница будет проводиться там же, где она проводилась прежде.

Берем пример, который сам Железняк и привел: высказывание, что "партия "Единая Россия" — партия жуликов и воров". Это заявление сделал человек, у которого такая же должность, как и у Железняка, — он первый вице-спикер Государственной думы, Владимир Вольфович Жириновский. Все остальные люди, которые это говорят, его просто цитируют. Если у нас возникает практика возбуждения уголовных дел за цитирование первого вице-спикера, а он сказал это на пленарном заседании Госдумы, то это довольно интересное новшество. Оно требует пересмотра пары-тройки законов, потому что на сегодняшний день не только частное лицо, но и средства массовой информации по статье 57 Закона о СМИ освобождаются от ответственности за высказывание, если оно цитирует депутата Госдумы, выступавшего на пленарном заседании. То есть российское законодательство пока не имеет возможности привлечь кого-то к ответственности за цитату "Единая Россия" — партия жуликов и воров". Шансов, что за это кого-то привлекут, — ни одного. В рамках закона это невозможно. Железняк — законодатель, поэтому было бы интересно послушать, как он собирается изменить закон для того, чтобы это стало возможным. Ему надо выпрыгнуть из кожи вон, чтобы это придумать.

То, что говорит Железняк, — это пиар-упражнение с целью привлечения внимания к персоне самого Железняка. Чтобы его похвалили и назначили полпредом по Уральскому федеральному округу: вот он какой старательный и полезный...

Дмитрий Иванов, видеоблогер (kamikadze_d)

На все это грустно смотреть. Медведев тщательно изображает заботу об интернет-аудитории, а в его партии предлагаются инициативы, которые двояко оценивать никак нельзя. Трактовка тут одна, и она однозначна: если ты критикуешь "Единую Россию", то получаешь бан, но не только в интернете, а и в реальной жизни. Бан может быть денежный или физический. Надеюсь, что все это останется только законопроектом и где-нибудь повиснет.

Сеть — небольшое пространство, где до сих пор осталась хоть какая-то политическая жизнь. Именно поэтому политикой в Рунете интересуются гораздо больше, чем в других странах: нигде, кроме сети, ее больше не осталось. А теперь что получается — если у меня нет документов, подтверждающих, что единоросс Исаев наворовал себе денег (как об этом писал Гудков), то я теперь не имею прав это репостить или лайкать? И мне надо подтверждение для этого? Это же чушь! Разумеется, что никакого подтверждения не будет. Люди просто хотят создать для себя искусственный файервол, потому что они всего боятся и понимают, что загнали сами себя в тупик.

Илья Пономарев, депутат Госдумы от партии "Справедливая Россия"

Я считаю, что наказание за клевету необходимо. В этом нет сомнений. Но оно необходимо в рамках гражданско-процессуальных отношений. Нужны механизмы, которые помогут гражданину, задетому высказываниями, предъявлять претензии обидчику. Государство, конечно, должно на основании заявления этого гражданина производить необходимые розыскные мероприятия.

Допустим, обидчик — аноним. Я написал в полицию, в Управление "К" с просьбой разобраться и сказать, кто это меня обижает. Мне должны сказать, кто это. В суд должен пойти я — и разбираться в суде с обидчиком в рамках гражданско-правового производства, а не в рамках уголовного. В рамках уголовного дела будет прокуратура реагировать на все анонимные высказывания в адрес власти, значит, обвинения будут исключительно в адрес людей, которые обижают власть.

Именно потому, что сложно разобраться, где клевета, а где оценочное суждение, важно разбираться в рамках гражданско-правового производства. В этом случае человек — а не власть — объяснит, в чем он видит клевету, а в чем — оценочное суждение.