Почему добывать нефть в Арктике все же стоит?

Всю неделю продолжалось драматическое противостояние активистов Greenpeace, атаковавших нефтяную платформу «Приразломная» в Печорском море, с сотрудниками компании «Газпром нефть шельф», поливавших их ледяной водой из брандспойтов, пытавшихся сбросить непрошеных гостей в море и так далее. Яркая акция Greenpeace – часть развернутой этой организацией глобальной кампании против промышленного освоения Арктики. Сейчас Greenpeace на своем сайте собирает подписи под призывом «спасти Арктику», требуя, в частности, полностью отказаться от добычи углеводородов в этом регионе. Обычно автор этих строк относится к мнению экологов с должным пониманием и поддержкой. Охрана окружающей среды – ключевое условие обеспечения нормальных условий жизни в современном мире и сохранения его для будущих поколений, а экологические организации очень много делают для привлечения общественного внимания к проблемам загрязнения природы и поискам решения этих проблем. В частности, у нас с экологами стопроцентно общая позиция по необходимости сворачивания строительства АЭС.

Однако полный запрет на освоение углеводородного потенциала Арктики – идея, которую не просто трудно поддержать. Это на самом деле довольно вредная идея, и вот почему. Во-первых, сторонники бана на добычу углеводородов в Арктике обычно апеллируют к опыту Антарктического договора, также полностью запретившего промышленное освоение Антарктики. Однако условия двух полярных регионов трудно сравнимы: если в случае с Антарктидой мы имеем скрытый подо льдами целый континент, избежавший освоения человеком и потому представляющий из себя огромную научную ценность, то в случае с Арктикой ситуация, очевидно, иная – при всей неоспоримой уникальности региона. Нужно доказывать, что промышленное освоение отдельных территорий Арктики нанесет этой территории непоправимый ущерб – пока что убедительных доказательств нет.

Во-вторых, перспектива развития нефтедобычи в Арктике касается только ограниченного числа районов – идентифицировано всего несколько бассейнов с, вероятно, большим ресурсным потенциалом (шельф Баренцева и Карского морей, Гренландии и Восточной Канады, Аляски). Нефтегазоносной является относительно небольшая территория Арктики вблизи континентов. Центральная часть Северного Ледовитого океана, выше 80-го градуса северной широты, – это так называемые абиссальные равнины (от слова abyss – пропасть), с большими глубинами (на которых человечество не начнет промышленно добывать нефть еще лет сто) и практически полным отсутствием перспективных нефтегазовых ресурсов. Любой геолог скажет вам, что основные ресурсы сосредоточены на шельфе вблизи континентов, а в глубоководном океане искать их бессмысленно. Поэтому разговоры о каком-то тотальном разрушении Арктики в результате промышленного нефтегазового освоения – сильное преувеличение. В ближайшие полвека и далее предстоит вести речь об освоении довольно ограниченной территории Арктики вблизи континентов.

Ну и, в-третьих – важно понимать, что основным ресурсом Арктики является вовсе не нефть, а природный газ. Соотношение оцениваемых ресурсов составляет примерно 75:25 в пользу газа. Арктика – ключевой перспективный регион по разработке новых газовых месторождений, других таких, в общем, в мире не существует.
Грубо говоря, запрет на добычу углеводородов в Арктике, будь он реализован, означал бы, что огромные ресурсы природного газа в ближайшие годы не попадут на мировой рынок. Каковы будут последствия этого? Для начала – человечеству придется искать альтернативу природному газу в качестве топлива для электростанций, и выбраны будут, скорее всего, уголь и атом. Надо ли говорить о том, насколько плохие будут у этого экологические последствия?
Газ – очевидно более экологически дружественный энергоноситель, чем любой из традиционных. Он дает на 45% меньше выбросов диоксида углерода и примерно на столько же меньше выбросов вредных веществ в атмосферу, по сравнению с углем, при генерации электроэнергии. Со сжиганием природного газа не связано и малой доли тех проблем и рисков, которые возникают при использовании атомной энергии. Именно по этим причинам расширение использования природного газа традиционно рассматривалось экологами как приемлемая альтернатива возобновляемым источникам энергии. Несколько лет назад доклад на эту тему, противопоставляющий «нежелательному» атомному сценарию развития энергетики более благоприятный «парогазовый» сценарий, опубликовал сам же Greenpeace.
И вот теперь Greenpeace, призывая к полной блокировке добычи углеводородов в Арктике, фактически хочет остановить освоение самого перспективного глобального региона газодобычи, вновь открывая перспективу углю и атому? Странная история.
Странными выглядят и атаки на платформу «Приразломная». Меня, мягко говоря, трудно заподозрить в симпатиях к «Газпрому», я неоднократно громко критиковал проект разработки Приразломного месторождения. Но эту платформу делали на «Севмашпредприятии» чуть ли не 20 лет, потратили многие миллиарды, вот теперь установили. И что, Greenpeace предлагает после всего этого теперь взять ее и демонтировать, что ли? Честнее было бы пытаться воспрепятствовать бурению разведочных скважин в неосвоенных территориях (хотя я и не сторонник акций прямого действия Greenpeace), но при чем тут платформа, в которую вложили кучу времени и денег и которая теперь точно будет работать, хоть разбейся гринписовцы в лепешку? Не очень понятно, отдает обычным пиаром с не слишком продуманными последствиями.
Что действительно вызывает опасения – так это то, что стандарты обеспечения экологической безопасности при разработке арктических месторождений российскими госкомпаниями явно ниже необходимого уровня и могут в будущем привести к серьезным экологическим катастрофам. Не так давно Greenpeace вместе с WWF опубликовали материалы, из которых следует, что у оператора «Приразломной», «Газпром нефть шельф», нет нормального плана ликвидации аварийных разливов нефти. Это не может не беспокоить: зная, как пренебрежительно российские власти и госкомпании относятся к экологическим вопросам, стоит предположить, что дело обстоит именно так, как рассказывают экологи.
Но это – повод заставить наших чиновников всерьез озаботиться разработкой реального плана борьбы с последствиями возможных аварий. Как показала печальная история с ВР и разливом нефти в Мексиканском заливе, именно отсутствие такого плана (авария подобного рода была признана «маловероятной») не позволила быстро заткнуть аварийную скважину и привела к катастрофическим последствиям. Поэтому усилия экологических организаций, направленные на то, чтобы при освоении Арктики обеспечить соблюдение жестких природоохранных стандартов и предусмотреть все необходимые меры на случай аварий, стоит всячески поддерживать.
Но это не означает поддержки запрета на промышленное освоение Арктики. При всей симпатии к экологам, петицию, требующую остановить нефте- и газодобычу в Арктике, лично я никогда не подпишу.