Мы все — жертвы террора?
Больше всего сегодня говорят об 11 сентября. Конечно, не нынешнего года, а 2001. Вспоминают о жертвах теракта в США. И как водится, в волне информационного шума размывается, теряется главное.
Печальное событие. Но масштаб его на самом деле гораздо больше, чем несколько тысяч погибших. Да, эта трагедия — лишь звено в цепи терактов. По сути, правильно говорить о терроризме как о глобальной социальной эпидемии, охватившей человечество с конца прошлого века.
И к сожалению, эпидемия только расширяется, не видно ей ни конца, ни края. Теракт 09/11 стал отправной точкой для дальнейшего роста глобальной эпидемии — благодаря его "впечатляющему" освещению в СМИ. (Вы тоже в те дни много раз, на самых разных телеканалах наблюдали кадры разрушения "башен-близнецов" после того, как в них один за другим врезаются самолеты?)
Человечество содрогнулось от инфантильного страха, а террористы (правильнее сказать, те полиитческие силы, которые стоят за организацией терактов) сделали вывод о возрастании в информационном обществе эффективности терактов как инструмента манипуляции массами.
Когда-то мишенью террористов становились политические лидеры — так можно было привлечь внимание массы людей и манипулировать ими, ведь именно последнее и является целью заказчиков теракта. Теперь для бесчеловечных акций годится любой человеческий "материал". Главное, чтобы происшедшее шокировало общество — поражало воображение обывателя и было достаточно широко растиражировано СМИ.
Именно медийно-опосредованная реакция общества, порождающая широкий социальный резонанс — вот что подпитывает социальную эпидемию терроризма. Мишенью террора являются не только непосредственные жертвы — пострадавшие либо заложники. Главная мишень — общество в целом, миллионы людей перед экранами телевизоров или мониторами компьютеров. Цель — воздействие на массовое сознание и последующий сбор политических дивидендов.
В первую очередь, это воздействие предназначено для запугивания тревожно-депрессивной части социума, разжигания панических настроений и усиления потребности в защите, в "сильной руке" и "наведении порядка" ради общественного спокойствия. В меньшей степени — превращение этой части общества в пассивно-агрессивную, требующую "наказания виновных" и "справедливого отмщения" (традиционное "распни его, распни!").
И в том и в другом случае настроения масс канализируются и утилизируются для поддержки определенных политических решений. Ради этого и приносятся в жертву человеческие жизни — по сути, так же, как это делалось во времена первобытного варварства, когда человеческие жертвоприношения служили инструментом управления примитивным обществом.
Можно даже никого не убивать, а просто совершить нечто возмутительное, разжигающее в обществе непримиримый конфликт "стенка на стенку". В этом смысле "информационный терроризм" ничуть не гуманнее обычного, кровопролитного. И там, и там страдают не только те люди, которые оказались в эпицентре событий, а те, которых неизмеримо больше — составляющие медийную аудиторию, на настроение и поведение которой информация о теракте должна повлиять определенным образом. Так и в PR-теракте Pussy Riot главное — не просто попасть на экраны и первые полосы газет, а взбаламутить массовое сознание, возбудить в нем самоподдерживающиеся автоколебания, как расходящиеся круги, в которых чередуются черные и светлые полосы, негодования у одних социальных групп и сочувствия у других. Так, чтобы направить поведение и тех, и других в заранее заданное русло, так, как это выгодно определенным группам.
В этом смысле все мы с вами, все общество в целом — жертвы террора.
Согласны?
Если да, подумайте, что нужно сделать, чтобы перестать быть жертвами?