Для провайдеров и спецслужб анонимности пользователей давно не существует, новый закон лишь ограничит свободу дискуссии в сети

Настойчивость, с которой наши законодатели пытаются взять под контроль интернет, понятна. Сетевое пространство сейчас является наиболее свободной средой для обмена мнениями, распространения информации, организации массовых акций, коммерческой деятельности, да и просто для общения. И все бы ничего, если бы попытки правового регулирования интернета не создавали бы дополнительные трудности гражданам, владельцам интернет-ресурсов и провайдерам, да еще соответствовали бы законодательству и международным обязательствам России. Но, к сожалению, последние примеры — возрастная маркировка информационных ресурсов и СМИ, «черные списки» сайтов — говорят об обратном. Новые законы принимаются в спешке, содержат неточные, расплывчатые формулировки и, как следствие, вызывают недовольство общества. Это касается и обсуждаемой сейчас в Думе инициативы запрета на анонимность пользователей интернета, а также введения административной и уголовной ответственности за любые виды преступлений, совершаемые с использованием интернета.

Да, сохранение конфиденциальности позволяет почувствовать какую-то дополнительную свободу, похожую на чувство, которое испытывает популярный актер на отдыхе в чужой стране, где его никто не знает. Конечно, недобросовестный человек может злоупотребить возможностью остаться неузнанным, снижая планку контроля над своими словами и поступками. Но и в случае отмены анонимности многие найдут возможность использовать сетевое пространство в преступных целях. Наивно думать, что если мы заставим всех пользователей нацепить табличку с реальным именем, то жизнь станет цивилизованнее и безопаснее. При этом уже сейчас найти злоумышленника в сети нередко проще, чем в офлайне. На улице вас может оскорбить или обмануть совершенно незнакомый человек и, подозреваю, что его даже искать не будут — перспектива близка к нулю, это скажет любой следователь. Если то же самое произойдет на любой виртуальной площадке, то шанс найти и идентифицировать обидчика будет гораздо выше, потому что в сети мы оставляем массу следов и по IP-адресу вполне можно идентифицировать пользователя и место выхода в сеть, даже если человек зарегистрировался под псевдонимом.

Конфиденциальность пользователя и сейчас является категорией условной, чаще для личного успокоения. Уже существующие технологии, в частности обработка персональных данных поисковыми программами, возможность найти человека по месту нахождения мобильного телефона, включение изображения пользователя в универсальные поисковые индексы и синхронизация данных между социальными сетями и устройствами, технологии все более точного распознавания лица, вызывают серьезное беспокойство за соблюдение права на частную жизнь. Следовало бы не отменять анонимность в интернете и вводить уголовную ответственность, а расширять саморегулирование в среде интернет-провайдеров, сетевых изданий, социальных сетях. Лучше разъяснять пользовательские соглашения, устанавливающие законные правила поведения в сети. А у нас, как всегда, вместо того чтобы помочь и разъяснить, сначала проверят паспорт и документы, а потом аптечку и огнетушитель. А там, глядишь, и нарушение найдется.

Для провайдера и спецслужб анонимности давно не существует. У правоохранительных органов для доступа к информации о пользователях имеется целый арсенал мер, позволяющих не только идентифицировать пользователя, но и получить доступ к его переписке и персональным данным. Все российские провайдеры с 2000 года в рамках правил СОРМ (Системы оперативно-розыскных мероприятий) обязаны устанавливать у себя (за свой же счет) комплекты оборудования, с помощью которых ФСБ получает практически неограниченный доступ к информации. И провайдер не может отказать ФСБ в доступе, иначе он лишится лицензии. Так зачем городить огород?

С поправками в Уголовный кодекс тоже не все ясно. Инициаторы подчеркивают, что дополнять кодекс новыми составами не собираются, введут лишь «использование современных информационных технологий» как дополнительное основание для привлечения к ответственности в уже существующие статьи. Но ответственность за киберпреступления уже давно установлена, а нововведения коснутся общекриминальных деяний, таких как угроза здоровью и жизни человека, оскорбление, клевета, мошенничество, доведение до самоубийства и т. д. Но стоит ли каждый раз со скачком технического прогресса добавлять в Уголовный кодекс новые способы совершения преступления? Состав преступления должен формулироваться четко и ясно, быть универсальным вне зависимости от того, как именно было совершено преступление. Ведь технический прогресс начался не с появлением интернета. Какая с точки зрения квалификации преступления разница, обманули потерпевшего по телефону, с помощью красочного письма с обещанием миллионных выигрышей или в социальной сети? Любопытно услышать мнение специалистов в области уголовного права, но, на мой взгляд, такая ревизия кодекса представляется крайне непрофессиональной.

С точки же зрения информационного права — нет, конечно, это не цензура, в этом я согласна с депутатом Железняком. Это называется иначе — необоснованное ограничение неприкосновенности частной жизни и попытка осуществлять немотивированный контроль за действиями и высказываниями граждан в интернете. Выглядит это как некое предупреждение: фильтруйте базар, мы всех видим и все записываем. Кого-то действительно необходимость раскрыть свою личность в интернете остановит от того, чтобы совершить какой-то недостойный поступок или даже преступление. Но таких будут единицы, а тысячи вполне законопослушных граждан перестанут высказывать в сети свое мнение по общественно значимым вопросам. Станут прозрачны не только действия человека в сети, но и его мысли и поступки, а далеко не каждый готов выставить это на всеобщее обозрение.

К тому же предлагаемые ограничения противоречат относительно недавно принятому Федеральному закону «О персональных данных». Дух и цель этого закона прямо противоположны запрету на анонимность, там говорится, что без согласия пользователя его имя и другие данные не могут ни собираться, ни храниться, ни обрабатываться и он должен иметь право в любой момент изъять сведения о себе у оператора персональных данных, то есть той организации, которая этими данными располагает в силу тех или иных обстоятельств. Закон был тщательно прописан, чтобы защищать частную жизнь граждан и информацию о них от публичного распространения и необоснованного использования третьими лицами.

Не стоит забывать и о международных обязательствах России. Наша страна давно уже является членом Совета Европы. С правовых позиций «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы» (ст. 15 Конституции), а международные стандарты и рекомендации Совета Европы являются так называемыми мягкими нормами права, которые цивилизованные страны учитывают при выборе вектора развития своего законодательства и стараются им следовать.

Рассматриваемая инициатива идет вразрез с позицией Совета Европы по аналогичным вопросам, довольно четко высказанным в двух недавних рекомендациях Комитета министров Совета Европы, принятых 4 апреля 2012 года, «О защите прав человека в поисковых системах» и «О защите прав человека в социальных сетях».

В Рекомендации по поисковым системам, в частности, странам-членам Совета Европы указано на необходимость «разработать инструменты для минимизации сбора и обработки персональных данных в интернете, в том числе обеспечение ограниченного периода их хранения, адекватную необратимую анонимность, а также инструменты для удаления персональных данных». Рекомендация по защите прав граждан в социальных сетях укрепляет позицию защиты персональных данных и возлагает обязанность на государства-члены Совета Европы принять все меры для повышения осведомленности пользователей о правах и угрозах в социальных сетях на доступном для них языке. Также Совет Европы рекомендует помогать пользователям совершать информированный выбор относительно объема личных данных, помещаемых в публичный доступ и собственной идентификации. В Декларации о свободе общения в интернете (принятой 28 мая 2003 года) Комитет министров Совета Европы подчеркнул, что «для того чтобы обеспечить защиту от онлайн-наблюдения и укрепить свободу выражения мнения, распространения идей и информации, государства-члены должны уважать волю пользователей интернета не раскрывать свою личность».

Как мы видим, международные стандарты ориентированы на предоставление пользователям наибольшей гарантии защиты персональных данных и частной жизни. Но у нас, как всегда, свой собственный, самобытный путь. А жаль.

Борьба с интернетом: новый шаг