Координационный совет — выборы Навального?

Фото: Коллаж PublicPost

Дебаты кандидатов в Координационный совет оппозиции входят в завершающую стадию: в пятницу определятся последние финалисты. Однако уже сейчас ясно, что многих известных оппозиционеров на последней стадии прений не будет. К примеру, Сергей Удальцов уступил Гарри Каспарову, депутат Дмитрий Гудков — Михаилу Гельфанду. Еще в квалификационном туре отсеялись Илья Пономарев, Ольга Романова и Татьяна Лазарева. Зато в финале оказались неизвестные широкой публике лица вроде предпринимателя Александра Винокурова и руководителя предвыборного штаба Евгении Чириковой Николая Ляскина, обошедшего националиста Владимира Тора.

Впрочем, успешное выступление в дебатах еще не гарантия победы в выборах, которые пройдут 20-21 октября. Тогда из 211 кандидатов заранее зарегистрированные избиратели выберут 45 членов совета: 30 будут избраны по общегражданскому списку, и по 5 человек пройдет по квотам от трех идеологических курий: либералов, левых и националистов.

Несмотря на то, что голосование уже близко, вопросы о целесообразности проведения выборов и создания оппозиционного органа с неопределенными полномочиями так и не сняты. Наблюдатели со стороны, вроде политика Михаила Касьянова, относятся к этим выборам, как к "деловой игре", другие, в частности, главный редактор "Эха Москвы" Алексей Венедиктов, политолог Станислав Белковский и писатель Эдуард Лимонов уверены, что весь процесс преследует цель легитимации блогера Алексея Навального в качестве лидера всей оппозиции.

PublicPost поинтересовался у кандидатов в Координационный совет, согласны ли они с тем, что выборы нужны, чтобы Навальный возглавил оппозицию, и если да, то зачем они тогда во всем этом участвуют.

Константин Крылов, писатель, общественный деятель, выдвигается по списку националистических организаций:

"Я думаю, что задача Координационного совета несколько шире, чем коронация или легитимация Навального. Вообще-то говоря, статус лидера у него и так уже есть. Навальный — это, пожалуй, единственный человек во всей оппозиции, про которого нельзя сказать: "Ты кто такой и откуда ты взялся?". Это человек, который довольно долго работал над тем, чтобы получить поддержку достаточно большого количества людей. Эта поддержка видна и несомненна. Скорее уж другие лидеры нуждаются в том, чтобы легитимизировать себя или заявить о себе. Навальный вполне мог бы обойтись своим "Роспилом", "Доброй машиной правды" и прочими проектами, которые в общем-то и так говорят сами за себя. Поэтому я думаю, что эта версия слишком сложна и конспирологична.

А вот насчет легитимации оппозиции как таковой — это, безусловно, есть. То есть люди, которые собираются в этот самый Координационный совет, конечно же, хотят ответить на тот вопрос, который им задают слишком часто: "А кто вы, собственно, такие? Вы — самозванцы и не лучше Путина и прочих". Они хотят сказать: "Я не самозванец. За меня проголосовало такое-то количество людей". Даже несколько тысяч лучше, чем ничего.

Мне, как и большинству националистов, эти выборы нужны именно для того, чтобы подчеркнуть, что за нами есть поддержка, потому что в этом достаточно часто много кто публично сомневается. Для нас это не будет лишним. Несмотря на то, что идеи русского национализма поддерживает достаточно большое количество людей — и с этим спорить невозможно, наши противники отступают на вторую линию обороны и говорят, что идеи-то, может, и поддерживают, но не нас лично: "Кто в вас лично видит каких-то руководителей и вождей?". Поэтому даже с этой точки зрения наше участие в КС важно".

Дмитрий Быков, писатель, выдвигается по общегражданскому списку:

"Я думаю, что Алексей Алексеевич Венедиктов и Станислав Белковский имеют право на любые предположения. Я с этим не согласен, потому что я не Венедиктов и не Белковский.

Выборы в КС — это попытка устроить выборы в России по демократическим правилам, на которых люди, давно отвыкшие от этих демократических правил, научились бы по ним играть заново. Вспомнили бы, что такое предвыборные ролики, агитация, создание блоков, воздействие на избирателя, попытка с ним разговаривать, убеждать его своей деятельностью в дебатах. То есть это попытка возродить в России демократический процедуры. Конечно, пока на кустарном, самодеятельном уровне".

Владимир Тор, общественный деятель, выдвигается по списку националистических организаций:

"Я полагаю, что выборы в КС проходят потому, что протестному движению необходим орган, который мог бы озвучивать от его имени те или иные вещи, чтобы координацией усилий занимались люди, которые были бы хоть кем-то уполномочены, а не самозваными. Для реализации этого самый естественный механизм — выборы. В конце концов, оппозиционное движение выступает с позиции демократии, выступает за то, чтобы в нашем обществе были выборы и были они честными. Поэтому и надо начинать с выборов. Так что выборы в КС совершенно естественны".

Анна Каретникова, координатор Союза солидарности с политзаключенными, выдвигается по списку либеральных организаций:

"Навальный будет в КС не один — туда пытаются пройти и другие гражданские активисты, которые реально что-то делают. И таким образом у них появляется возможность как-то проявить себя, сделать так, чтобы о них узнали люди, повлиять на процессы в оппозиции. Роль дебатов тут тоже велика: мы видим очень много лиц, особенно региональных. А сам КС нужен для того, чтобы находить какие-то болевые точки власти и направлять туда консолидированные усилия протеста".

Александр Рыклин, главный редактор "Ежедневного журнала", выдвигается по списку либеральных организаций:

"Я считаю, что версия про выборы Навального — достаточно примитивна, потому что выбирается не единый лидер, а совет, который будет состоять из 45 человек. Регламента у совета нет пока, совет сам будет себе его вырабатывать, но задачи выбрать какого-то единого вождя нет и вряд ли будет".

Женя Отто, сторонник Комитета за рабочий интернационал, выдвигается по списку левых организаций:

"Я согласна с тем, что выборы нужны для легитимации лидеров оппозиции. В этом-то и весь смысл. Его никто не скрывает. По-моему, Пономарев еще на митинге 6-го мая более чем откровенно разъяснил, что значит лозунг "Мы здесь власть". Власть — это состояние души. Пусть у каждого оно будет, мы разойдемся по домам, выберем себе представителей, которые будут вести диалог с властью. Недавно Волков в фильме "Срок" объяснил, что крупному бизнесу необходимо будет выбрать между Путиным и оппозицией. Оппозиция пугает бизнес, что там, не дай Бог, будут какие-то радикалы. Поэтому задача Координационного совета показать, что оппозиция совершенно не опасна, готова договариваться с бизнесом и выдавит любых радикалов, которые скажут что-то против частной собственности и крупных корпораций.

Я думаю, что если в КС попадут лояльные ВИПам оппозиции люди, то тогда совет сможет что-то делать и решать, если же туда проникнут низовые активисты со своими представлениями, то он превратится в "Гражданский совет" — декоративное, марионеточное учреждение".

Сурен Газарян, эколог, выдвигается по общегражданскому списку:

"Очевидно, что у Навального самые лучшие шансы на этих выборах. Но я не считаю, что это выборы Навального, иначе все те люди, которые в них участвуют, туда бы не пошли.

В нашем крае сейчас проходят выборы, и мы не чувствуем поддержку центральных сил оппозиции, и я надеюсь, что структуры вроде Координационного совета впоследствии будут очень полезны именно при координации усилий по участию в выборах, выдвижении единого кандидата. Но для начала нужно попробовать поработать вместе, потом посмотреть, что получится".

Алексей Гаскаров, антифашист, выдвигается по списку левых организаций:

"Навальный и так достаточно популярен. Я не знаю ни одного более популярного человека в оппозиции. Так что, я думаю, вопрос его легитимации никак не связан с этими выборами. По делам людей и так видно, кто что делает, да и сам КС не является же чем-то формально юридическим. От этой версии отдает политтехнологическим душком. Идея КС в том, чтобы создать единое конкурентное политпространство".

Илья Яшин, один из лидеров движения "Солидарность", выдвигается по общегражданскому списку:

"Мне кажется, эта версия противоречит логике, потому что, если бы нам нужно было выбрать единого лидера, мы бы выбирали единого лидера. Кроме Навального выдвигается много людей, известных своей независимостью, строптивостью и склонностью демонстрировать свою позицию. Они не кнопки для голосования. Это выборы единого коллегиального органа, в котором будет сложно продавить какие бы то ни было решения. Придется договариваться, согласовывать, находить компромиссы.

Кто-то учится на этих выборах, но много и опытных политиков. Это нормально для выборов.

Кроме того, после этих выборов будут сняты вопросы "Кого вы представляете?". По крайней мере, авангард протестного движения — те, кто участвовал в митингах, выскажут свою точку зрения и покажут, кому они доверяют, а кому нет. Жаль, что многие политики решили на этот суд общественности не выходить. Потому что выборы всегда лучше, чем невыборы".

Дмитрий Гудков, депутат Госдумы от "Справедливой России", выдвигается по общегражданскому списку:

"Я не согласен с этой версией. Понятно, что Навальный — самый популярный человек в интернете, и выборы будут в основном проходить онлайн. Но задачи иные. Во-первых, консолидировать разных лидеров. Во-вторых, легитимизироваться и получить возможность представлять интересы улиц. И в-третьих, все-таки посмотреть на новые лица. Думаю, в ходе выборов будет много сюрпризов. Даже в ходе дебатов, несмотря на то, что были разные люди, но были и новые интересные люди, молодые лидеры. Выборы нужны для того, чтобы создать параллельную реальность, которая рано или поздно пересечется с реальностью основной. И если сегодня в выборах в Координационный совет будут принимать участие 100 тысяч человек, то через год-два-три, это будут миллионы людей. И рано или поздно мы сможем перейти к новому формату выборов и подсчету голосов в нашей стране. Так что мы в начале больших перемен в российской политике".

Павел Пряников, журналист, выдвигается по общегражданскому списку:

"Венедиктов и Белковский правы в своем убеждении. Но на дату недельной давности. За эти 7-10 дней многое изменилось. Сейчас у Навального позиция — удержать себя в оппозиции, а не возглавить ее. В кампанию вмешалась "Гражданская платформа" (ГП), возглавляемая Собчак. По всей видимости, именно ГП и готова возглавить оппозицию (кто там будет лидером, или будет коллективный "лидер" — другой вопрос).

Вообще вырисовывается пока такая конфигурация: ГП + системные либералы; им противостоит "Народный Альянс Навального" + поддерживающие "НА" националисты. Из 45 членов КС у тех и других будет человек по 16-18 (32-35 голосов на двоих). Также будут 7-8 левых, которые не примут ничью сторону. И 3-7 "независимых" членов, медийных персон.

В такой ситуации о единоличном лидерстве Навального не будет и речи. Хорошо это или плохо — другой вопрос. Наверное, историческая правда на стороне Навального. Он типичный восточноевропейский лидер образца 1930-х — Пилсудский, Хорти, Ульманис и т. п. Национал-либерал. Это неизбежная правда при построении национального государства, которое Россия так и не прошла.

Навальному надо выстраивать политическую партию под значимые региональные выборы — к примеру, в Мосгордуму. Думаю, КС он перерос. Но для начала ему надо победить либеральный фланг, потому что спокойной жизни они, либералы, ему не дадут: будут вечно оспаривать его лидерство".

Алексей Сахнин, член исполкома Левого фронта, выдвигается по списку левых организаций:

"Мы, левые активисты, с самого начала критиковали сложившуюся порочную практику самопровозглашенного оргкомитета, который фактически олицетворяет собой все протестное движение. Мы выступали за то, чтобы сделать координационную работу по подготовке митингов и других кампаний гораздо более прозрачной и демократичной. Выборы какого-то представительного органа или органов этого движения были, конечно, необходимы. Другое дело, что стратегия должна состоять в строительстве и укрепления протестного движения снизу. Другими словами, задача состоит не в том, чтобы создать один центральный совет, а в том, чтобы в каждом университете, на каждом предприятии появился такой координационный совет. Вместе с тем, левые не являются администраторами этого движения, мы идем на компромисс с другими силами, которые в этом также участвуют. Текущие выборы и стали результатом такого компромисса.

Нам бы, конечно, хотелось, чтобы эти выборы были организованы по-другому. Во-первых, мы выдвигали идею, что раз выбирается центр, организующий протестную кампанию и представляющий участников этой кампании, то и избирателями должны быть те, кто ходит на митинги, а не аморфная интернет-аудитория, которая пересекается, но не совпадает с протестным активом. К сожалению, многие лидеры оппозиции выступили категорически против этого.

Во-вторых, мы считали, что выборы должны отражать представления самих людей о том, какова должна быть тактика и стратегия протестного движения, а для этого выборы должны осуществляться по спискам, где люди группируются вокруг каких-то определенных целей и задач, а не вокруг медийно узнаваемых персонажей.

На мой взгляд, система выборов, которая действует сейчас, порочна, потому что она подменяет борьбу смыслов и предложений гонкой медийных рейтингов. Я думаю, что коллеги по оппозиции руководствовались в том числе и тем, о чем говорят Венедиктов и Белковский: Навальный и другие хотят легитимировать себя в качестве лидеров оппозициями, каковыми они не являются, по крайней мере, не всей оппозиции".