23.10.2012, 18:53:02

Версия для печати | PDA/КПК

Ректор НИЯУ-МИФИ Михаил Стриханов и патриарх Московский и всея Руси Кирилл на встрече с профессорско-преподавательским составом Национального исследовательского ядерного университета МИФИ. Фото РИА Новости, Сергей Пятаков

Курчатов тоже молился

"Лента.ру" выяснила, зачем МИФИ подружился с РПЦ

Открытие кафедры теологии в МИФИ - ведущем ядерном вузе страны - общественность встретила издевательскими шутками и ожесточенными спорами. Любопытно, что инициатором сотрудничества МИФИ и РПЦ выступил сам научно-исследовательский институт. "Лента.ру" выяснила, как и зачем в МИФИ появилась кафедра теологии и кто ходит на молебны за успешное окончание сессии.

"Не будем скрывать, ректор - верующий человек, православный, русский, уроженец Краснодарского края. Кстати, дед у него пел в церковном хоре и обладал могучим голосом. Мне было это очень приятно слышать, потому что я выпускник [Московской] консерватории", - описывает глава культурно-массового управления МИФИ Александр Невзоров руководителя университета Михаила Стриханова. Культурно-массовое управление (созданное как раз по инициативе Стриханова два года назад) участвует и в религиозном просвещении студентов-физиков, по поводу которого в блогах уже неделю искрометно шутят. Невзоров недоумевает, почему решение открыть кафедру теологии в физическом университете вызвало "такой интерес", и возмущается, что критики инициативы употребляют по отношению к вузу понятие "средневековье", забывая о его достижениях.

Преподаватели МИФИ рассказывают, что после того, как в их университете решено было открыть кафедру теологии, вуз "гудит как улей". Сотрудники пересылают друг другу шутки о "расщеплении атома с божьей помощью" и появлении в МИФИ "настоящей частицы бога, но не бозона Хиггса". Раньше с инициативами нового ректора, связанными с православием, пытались бороться, а потом студенты и преподаватели привыкли. Так описывают ситуацию опрошенные "Лентой.ру" сотрудники МИФИ.

"На первом своем ученом совете новый ректор Стриханов выступил со словом и поздравил всех с праздником. Все переглянулись - никакого праздника вроде не было. Может, имел в виду свое назначение? Тоже странно. Оказалось потом - с церковным праздником, который был в этот день. В аудитории засмеялись. А ректор заявил: кто не согласен, тот пусть покинет зал. Все встрепенулись: ректор оказался человеком набожным", - рассказывает один из сотрудников МИФИ, попросивший не указывать его имя. Ректором МИФИ Михаил Стриханов стал в 2007 году. За его кандидатуру в институте тогда проголосовали почти единогласно. "Альтернативы особо не было, - поясняет собеседник. - Старый ректор не избирался". Стриханов сам выпускник МИФИ, но работал в последние годы в Министерстве образования. Работники вуза считали, что "он чиновник и может привести в институт финансирование".

Многим - особенно на фоне скандалов, связанных с РПЦ, - дружба церкви с физическим вузом показалась неожиданной. В адрес РПЦ посыпались обвинения - мол, церковь навязывается светскому образовательному учреждению. На самом деле "дружить домами" предложил сам вуз.

В домовом храме МИФИ

Писать о "проникновении церкви" в МИФИ начали еще в 2010 году. В марте 2010-го студенты, пришедшие на занятия, на месте старого смешного памятника старцу, сделанного из железных труб, обнаружили православный крест. Под старым памятником было написано: "Дорогу осилит идущий". Под крестом кто-то положил листок бумаги с надписью "Не осилил". Памятник из балок убрали подальше вглубь территории. Буквально одновременно с появлением большого православного креста открылся и домовый храм - на первом этаже МИФИ, рядом со входом. "Там что-то строили несколько месяцев, но никто не знал, что. А потом оказалось, что это храм. Вызвало недоумение. Математика и точные науки не особо совместимы с религией, мы ж не напишем в Библии обновления. Ей две тысячи лет, а учебники обновляются каждый год с каждым новым открытием", - говорит студент Никита Сафонов. По словам учащихся, раньше на месте церкви был гардероб, по утверждению ректората - заброшенные подсобные помещения, "где собирали оружие для военной кафедры, лежали железки - не склад, а даже мусорка, полуподвал". Сейчас в домовом храме расписаны стены, сделан алтарь "под золото". Украшения достались храму благодаря матушке Варваре, с которой дружен ректор университета, отмечает Невзоров.

Освящал и поминальный крест, и церковь лично патриарх Кирилл. Главный корпус, вспоминает студент Сафонов, "вычистили дочиста: отодрали все жвачки, что там за 20 лет были". Патриарх выступал в МИФИ с лекцией. Пока при вузе строился домовый храм, ученый совет успел сделать патриарха почетным доктором МИФИ, это было в январе 2010 года. "Не помню точно, но, по-моему, присвоить патриарху степень предложили именно ученые мужи. Они наблюдали его деятельность и решили, что этот человек - по уровню своего общественного служения, интеллектуальному уровню, вниманию, с которым он относится к молодежи и студенчеству, - достоин того, чтобы стать почетным доктором МИФИ", - рассказывает Невзоров. По словам студентов, некоторых преподавателей помпезный визит "напряг". Мало кто в МИФИ был открыто против, но после приезда Кирилла в университете начались дискуссии.

С группой студентов, в которой учится Сафонов, о кресте у входа заговорила на семинаре одна из преподавательниц. "Спросила, как мы относимся; сказала, что сама не одобряет. Говорила, что подпишет петицию против", - рассказывает студент. Подписи за то, чтобы убрать крест, собирали на входе в МИФИ, бумагу пустили по аудиториям. В итоге, по словам Сафонова, свои имена под ней поставили около 400 человек - студенты и преподаватели. "Передали в администрацию, но никакого отклика не возникло", - говорит он. Студенты борьбу против креста продолжать не стали. Преподаватель МИФИ отмечает, что в университете тогда "общий фон был негативный". "Близкий к шоку. Никакого опроса мнений по поводу креста или церкви не проводилось. Мне рассказывали, что были контрмеры по отношению к преподавателям и студентам, вплоть до угроз об отчислении из института", - рассказывает он. Ректор, по его словам, был возмущен тем, что кого-то может оскорбить православный крест на территории вуза. Впрочем, в том, что кого-то за выступления против креста обещали уволить, никто из преподавателей лично не сознался. Потом крест "облагородили", говорит научный сотрудник МИФИ: повесили на него мемориальную табличку, сообщавшую, что это поминальный крест в память о физиках, погибших в техногенных катастрофах и при создании ядерного щита страны. "Но большинство людей все равно были против него и не приняли", - говорит он.

По словам Невзорова, петиция с подписями в администрацию так и не поступила. А решение создать при МИФИ храм принял не действующий ректорат, а совет ветеранов еще в 2002 году. Поэтому у сотрудников не спросили, что они об этом думают, говорят в ректорате. Прошение бывшего руководителя вуза Бориса Оныкия о строительстве храма одобрил патриарх Алексий II. Планировали возвести храм-памятник - часовню в память о погибших физиках. По словам Невзорова, больше десяти лет назад "на страницах газеты МИФИ по этому поводу велась жаркая дискуссия"; храм решили строить, открыли сбор пожертвований - и дело затихло. "Одно дело - построить храм в спальном районе, где много прихожан. Другое - у нас, где есть только инициативная группа и не так много людей. Объем собранных средств был слишком невелик", - поясняет Невзоров.

Новый ректор тему с храмом воскресил. Но поскольку пожертвований все равно не хватало, решено было строить не отдельно стоящую церковь, а домовую. Храм построен был только на пожертвования. "Например, очень крупную сумму один выпускник внес, но попросил не называть его имя. Его знает только наш священник и упоминает его на алтаре", - говорит глава культурно-массового управления. Однако памятник погибшим физикам на территории МИФИ совет ветеранов все равно хотел. Все опрошенные сотрудники МИФИ недоумевают, почему в память о погибших коллегах нужно ставить именно крест. "По поводу него у нас было больше негатива, чем по поводу церкви в подвале", - говорит молодой сотрудник МИФИ Евгений. Но, по словам Невзорова, именно ветераны-физики настояли, чтобы это был поминальный крест и принять другое решение было невозможно. При этом глава культурно-массового управления, который работает в МИФИ с 2007 года, сам входит в совет ветеранов. "Что значит - почему крест, а не просто памятник? - возмущается на уточняющие вопросы Невзоров. - По вашей логике, надо уничтожить храм Василия Блаженного. Почему стоит храм Василия Блаженного в честь победы Ивана Грозного над Казанью? Что, там памятник должен быть? Наши ветераны пришли к выводу, что, закажи памятник любому скульптору, самому великому американскому, все равно не найдется 100 процентов его поклонников. Не скажут все 100 процентов людей - сыновей, внуков: это идеальное место поминовения".

Памятник "Дорогу осилит идущий". Фото vk.com

В другом месте крест не поставили и по идейным соображениям. Руководство вуза якобы многие просили убрать памятник осиливающему дорогу старцу, называя его "антиэстетическим безобразием". Поэтому и решено было переставить его вглубь территории, а на освободившемся месте соорудить поминальный крест. Студент Сафонов говорит, что "переставить подальше" студенты в петиции просили как раз не памятник, а крест. К слову, добавляет Невзоров, от идеи поставить на территории МИФИ еще и отдельный храм никто не отказывался. "О такой часовне мечтал ныне скончавшийся председатель совета ветеранов, наш заслуженный ученый Виктор Кириллов-Угрюмов. Назвать часовню он хотел в честь Смоленской иконы Божьей Матери. Это неслучайно: есть информация, достаточно достоверная, что Игорь Васильевич Курчатов перед испытанием атомной бомбы ходил молиться в Новодевичий монастырь перед Смоленской иконой Божьей Матери", - поясняет он.

По утверждению Невзорова, после того как храм начал функционировать, совет ветеранов решил, что "сказавший 'а' говорит 'бэ'". "Я думаю, я чаще вас захожу в храм, но и я не всегда понимаю, что там происходит, какие тексты читаются. А понять, разобраться в сути - это и есть научный подход. Мы обратились к священнослужителям-выпускникам МИФИ, они стали объяснять на лекциях прихожанам катехизис", - говорит он. Говоря "мы", глава управления имеет в виду "кружок, сообщество единомышленников". По его словам, это "люди, которые и преподают, и занимаются наукой, и думают о том, какое наследство они после себя оставляют". "Хотят, чтобы студент стал не только ученым, но и человеком, гражданином, извините за искренность, патриотом, который ощущает неразрывную связь с тысячелетней традицией и поколением отцов, чьи могилы здесь находятся. В нашей стране эта связь идет и через православие", - поясняет Невзоров. К этому "кружку, сообществу единомышленников" он относит себя, сотрудников своего управления, ректора, некоторых проректоров ("с болью могу сказать, что отнюдь не всех"), часть профессоров и ветеранов.

Зимой 2011 года в МИФИ обратилось главное богословское учебное заведение России - Общецерковная аспирантура и докторантура Кирилла и Мефодия. Ее проректор протоиерей Владимир (Шмалий) - выпускник Московского физико-технического института - рассказывает, что богословский вуз тогда просил несколько ведущих вузов России провести встречи священнослужителей и ученых: РПЦ готовило документ об отношении веры и науки. Создание этой бумаги курирует председатель Отдела внешних церковных связей Московского патриархата митрополит Иларион. Преподаватели Общецерковной аспирантуры и докторантуры хотели обсудить документ с сотрудниками МГУ, философского института РАН, РГГУ. Узнав об открытии храма в МИФИ, представители церкви предложили устроить встречу и на площадке ядерного института. Руководство МИФИ встретилось с теологами и отцом Владимиром, но до непосредственного обсуждения документа дело так и не дошло: участники встречи увлеклись обсуждением вопроса о возникновении мира - со стороны теологии и богословия.

Общецерковная аспирантура подписала соглашения о сотрудничестве и курсах общих лекций со многими ведущими вузами России. Но знакомство отца Владимира Шмалия с ректоратом МИФИ сделало отношения церкви с институтом особо тесными. Зимой 2012 года было решено организовать в МИФИ "курсы повышения квалификации для священников". Причем с лекциями перед священнослужителями, которые в духовных школах читают курсы по естественным наукам, выступали ученые не только из МИФИ, но и геологи, астрономы, сотрудники Курчатовского института.

"Всем понравилось это дело. Имея такой хороший опыт, мы призадумались о следующем шаге. Это метод научного познания: когда есть что-то, что тебе интересно и нравится, то ты хочешь довести это до научного конца", - объясняет выпускник Московской консерватории и сотрудник МИФИ Невзоров. По его словам, идея открыть в университете кафедру теологии принадлежит все тому же совету ветеранов: "Изучив вопрос, мы пришли к выводу, что отстали в этой области: кафедра теологии существует примерно в 50 российских вузах, и по ней, оказывается, существуют государственные учебные стандарты и лицензии". После заседания ученого совета, который идею одобрил, вуз обратился с просьбой помочь открыть кафедру в Общецерковную аспирантуру и докторантуру. Сделать главой кафедры митрополита Илариона, которого называют "вторым человеком в РПЦ", предложил Невзоров. Он был знаком с митрополитом, который когда-то тоже окончил Московскую консерваторию. С ученым советом, на котором решался вопрос о создании кафедры, совпал и давно запланированный визит Илариона в вуз. На совете митрополит и согласился возглавить кафедру.

Надпись на стенде в МИФИ

Кафедра теологии существует в соответствии с госстандартами, так что финансировать ее будет Министерство образования и науки России. Иларион должен представить план развития кафедры. По рассказам молодого сотрудника МИФИ Евгения, на встрече с коллективом вуза ректор заверил, что занятия по теологии будут необязательными. Если студент захочет получить оценку по какому-то из курсов кафедры, он сможет сдать экзамен или зачет. "У нас в МИФИ есть гуманитарный блок. Может, студенту захочется вместо основ древнегреческой философии изучить философию христианскую?" - словно с надеждой говорит Невзоров. Он считает, что учащимся могут быть также интересны история церкви, догматическое богословие или "то, что в церкви называется гомилетика (раздел богословия, посвященный церковному проповедничеству - прим. "Ленты.ру")". "Искусство диспута, общения, искусство проповеди. Я думаю, это небесполезно для наших ученых, которые, прямо скажем, говорить не умеют", - считает Невзоров.

По словам отца Владимира Шмалия, речь идет о четырех курсах, которые смогут прослушать студенты МИФИ: курс христианского богослужения, история христианской мысли, история церкви и история мировых религий. Не исключено, что последние два курса студентам будут читать светские преподаватели с гуманитарных кафедр. По словам проректора Общецерковной докторантуры, решение ядерного вуза открыть новую кафедру "кажется необычным, но вместе с тем оправданным". "МИФИ - ведущий технический вуз и неотъемлемым образом связан с государственными интересами и поддержкой обороноспособности страны. Есть много людей, которых не беспокоят будущее страны и национальная безопасность. Но для некоторых этот вопрос является важным. Государствомыслящие люди связывают государственное национальное будущее страны с ее корнями, а культурные корни связаны с православием. Увязка кажется разумной", - объясняет отец Владимир, почему именно МИФИ так увлеченно дружит с церковью.

"Я не суперкритично настроен по отношению к церкви, но некоторые вещи удивляют и являются странными для ядерного университета. Вместо памятника идущему можно было и нормальную статую поставить, но крест у входа в МИФИ - наверное, чересчур и ни к селу ни к городу", - пожимает плечами молодой сотрудник МИФИ Евгений. На его взгляд, "дружба с церковью переходит в анекдот" и пока не достигает высоких целей, о которых говорят Невзоров и Шмалий. Многие преподаватели и сотрудники и правда говорить о кафедре отказались, заявив корреспонденту "Ленты.ру", что могут только отшутиться по этому поводу.

В пятницу вечером, после занятий, во время службы в небольшом домовом храме МИФИ - аншлаг. На доске объявлений православная община университета предлагает желающим поехать на экскурсии в монастыри или выучить церковнославянский язык. После службы сотрудники МИФИ задерживаются рядом с церковной лавкой, чтобы заказать молебен или пообщаться друг с другом.

Невзоров здоровается со священником и между прочим сообщает корреспонденту "Ленты.ру", что, согласно опросам, в МИФИ, как и во всей стране, православной веры придерживаются примерно 80 процентов людей. Но спор в коридорах МИФИ ведется не о том, должен быть человек верующим или нет. "Ну что мы - митинговать пойдем, что ли? Честно говоря, большинству все равно. Большинству просто кажется, что эти вещи должны быть разделены", - говорит Евгений. Его больше интересуют проблемы получения в МИФИ научных грантов, участие в проектах Европейского центра ядерных исследований и зарплата некоторых сотрудников, которая составляет четыре-шесть тысяч рублей в месяц. Ее давно уже не поднимали.

Полина Никольская