«Голос сторонников свободы должен звучать громко»

Репортаж с XVI пражского «Форума-2000», будущего Форума Вацлава Гавела.

Репортаж с XVI пражского «Форума-2000», будущего Форума Вацлава Гавела. Михаила Соколов, экс-«Радио Свобода», — для «Новой газеты»

Михаил Соколов, экс «Радио Свобода», — для «Новой газеты»

«Самолет Аэрофлота приземляется в аэропорту города Праги», сообщают пассажирам рейса. По сути, верно, но у пражского аэропорта в Рузине уже есть новое имя – «Вацлав Гавел».

Если это случайность, то характерная. Память о президенте Чехии, для российских государственных структур уж точно не приоритет: это показали события после его смерти - скандально низкий уровень представительства российских должностных лиц на похоронах выдающегося драматурга и диссидента, фактическое отсутствие соболезнований на высшем уровне.

В 2012 году мировой Пражский «Форум 2000» «Медиа и демократия» проходил в Праге шестнадцатый раз, но впервые – без своего основателя. Наверное, потому столько выступлений во дворце Жофин были посвящены размышлениям о личности и деле Вацлава Гавела, как правозащитника, политика, и медиа-персоны.

Бывший министр иностранных дел Австралии Гаррет Эванс подчеркнул, что во время своего президентства Вацлав Гавел оказывал нравственную, серьезную поддержку тем, кто старался поддержку тех, кто боролся против авторитарных режимов. Вопреки “real politik” он занимал жесткую позицию в связи с репрессиями в Китае и Тибете, поддерживал демократическое движение Аун Су Джи в Бирме, на Кубе, в Белоруссии. Отношение Гавела к тирании в любых ее формах было однозначным.

Бывший госсекретарь США Маделн Олбрайт сказала, что Вацлав Гавел основал «Форум 2000», чтобы приблизить мир к свободе:

• Гавел смог, в конце концов, осуществить свою мечту о путешествиях, и он увидел, что мир не так уж велик, но по всему миру идет борьба свободы с репрессиями. Он был честным политическим лидером. Его волновала суть идей. Он понимал роль слова и образа, – заметила Мадлен Олбрайт. И вспомнила, что во время Второй мировой войны слово правды для чехов играло важную роль:

• Это были радиопередачи из Лондона. На этом радио служил мой отец. И только во времена преступлений коммунизма цензура заставили замолчать журналистов, писавших о свободе. Обычно реакции начинает именно с попыток контролировать прессу.

Собственно, об этой бесконечной борьбе свободного слова и диктатуры и шла речь на «Форуме 2000».

В центре разговора оказались те, кто активен: Тибет прислал главу правительства в изгнании Лопсанга Сангея. Он рассказывал о великой китайской Интернет-стене, о провокациях против сторонников Далай Ламы и о том, что в знак протеста против репрессий, наступления КНР на свободу слова и митингов, пошли на самосожжение более 40 жителей Тибета. Обратить внимание на наступление на демократию на Украине страстно призывала дочь Юлии Тимошенко - Евгения. Бирму представлял один из лидеров студенческих протестов 1988 года, восстания Ко Ко Джи, осужденный сначала на 20, а потом на 65 лет тюрьмы, и отсидевший в лагерях хунты 26 лет, который рассказывал о трудностях переходного периода от диктатуры к демократии.

Особенно ярко и активно выступали представители демократического движения из Белоруссии Франек и Винцук Вечорка и Александр Милинкевич. Они последовательно разоблачали диктатуру в центре Европы и лично диктатора Александра Лукашенко.

Один из лидеров белорусской оппозиции Александр Милинкевич рассказывал о тех уроках, которые преподал ему Вацлав Гавел на частых личных встречах в последние годы:

• Я говорил с Гавелом о том, что уже двадцать 20 лет наша страна в центре Европы, не живет в условиях свободы. Я рассказывал, как унижены люди, как преследуются инакомыслящие. У многих людей старшего поколения наступает безверие, иссякают силы, они считают, что не доживут до свободы. И Гавел сказал: «Вам не нужно думать каждодневно о результате, и не ждать его сейчас. Результат будет незаметным, он будет спрятан от глаз, но делайте свое дело, добивайтесь, чтобы Беларусь вернулась в свободное сообщество европейских стран, и вам проще».
  Но нас спрашивают, сколько же еще бороться? Мы боремся, борется молодежь, люди протестуют, не хотят жить в беззаконии. Они ставят вопрос, когда же придут перемены? Вацлав Гавел поинтересовался: «А вы вообще верите в теорию марксизма? Нет? А вот коммунистам проще. Они верят, что все можно предсказать, когда и какие классы побеждают. А мы только знаем, что надо положение менять, знаем, что мир сложен, ну и мы должны верить в свою победу, тогда она придет. Мы боролись в Чехословакии, «Солидарность» - в Польше. Многие были уверены, что их дети и внуки не дождутся свободы, но все равно боролись!»

Гавел для нас был выдающимся человеком, не еще и был послом демократической Белоруссии в Европе. И самая важная дискуссия с ним была о формах борьбы с диктатурой. Он был сторонником ненасильственных методов. Но ведь вам, когда вы живете под гнетом диктатуры, хочется ответить на насилие насилием. Но Гавел убеждал нас: «Настоящая свобода не придет на крови, кровь порождает кровь, а насилие – насилие. Это разделит нацию, а не объединит, что важно для того, чтобы построить новое общество. Выстроить на крови новое нельзя». Он приводил нам примеры из истории.

Гавел считал, что не надо зацикливаться на личности Александра Лукашенко. Вацлав Гавел говорил: «Не в нем зло. Зло – наследие коммунизации людей в тоталитарную эпоху. Зло – не в конкретной персоне. Главное зло – в головах у людей, в том, как они думают. Надо им помочь отойти от поддержки насилия, от поддержки диктатуры как «порядка и дисциплины. Меняйте мышление людей личным примером, дискуссиями, информацией. Не будет в головах диктатора – ему не будет места и в вашей стране».

Когда Гавел говорил о ненасилии, он проявлял не только гуманизм, но и мудрость. Мы видим, наш народ готов пройти через реформы и перемены, но, не проливая крови. Сейчас, как показывают опросы, более 80 % белорусов хотят перемен, более 50% желают политических реформ, но не радикальных, мирных.

Гавел видел также, что мы – белорусы боремся не только за свободу, но и за независимость страны. Трудно в Европе найти другую страну, которая не знает, будет ли она завтра независима. Сейчас зависимость от нашего восточного соседа тотальная. Для нас же важно чтобы найти дорогу в Европу. И Гавел это понимал. Спасибо, что это человек был среди нас, и что он боролся за нашу свободу, - сказал Александр Милинкевич.

В беседе со мной Александр Милинкевич отметил, что, Беларусь была лабораторией отработки авторитарных методов в посткоммунистической стране. И, по его мнению, российские власти в борьбе с оппозицией все чаще используют методы диктатуры Лукашенко. К счастью, для россиян страна велика и власти не смогли (пока?) применить любимую Лукашенко систему тотального страха. Метод запугивания людей перспективой потери работы:

• Лояльный – работаешь, нелояльный потеряешь работу даже в бизнес-структуре. Все отслеживается: поучаствовал в выборной кампании, вышел на манифестацию – потерял работу, вылетел из университета. И люди боятся потерять кусок хлеба. Это подавление достоинства людей. Руководителям России и Белоруссии безнадежно не хватает понимания тенденций развития современного мира. Демократия – это не хаос, как они считают, а шанс на пристойную жизнь, и чем лучше люди живут, тем лучше они относятся и к власти!», - говорит Александр Милинкевич.
  На пражском форуме Россию из политиков представлял Григорий Явлинский, который выступал в роли эксперта по СМИ. Явлинский объяснял, что в России власти контролируют все электронные медиа и влиятельную прессу:

• Нет свободных независимых политически влиятельных медиа. Они сразу разрушаются, когда они едва становятся влиятельными. Все политически влиятельные СМИ принадлежат государству и управляются Владимиром Путиным. Путин принимает все ключевые решения по поводу важнейших СМИ лично. Он верит в силу телевидения, так как был порожден телевидением. Это ключ к его рождению.

Часть прессы в России принадлежит бизнесу, но бизнес в России принадлежит государству. Так что пресса принадлежит правительству или прямо, или через бизнес. К тому же, многие люди в России не требуют свободной прессы, так как разочаровались в ней в 90-е годы во время строительства криминальной экономики.

Государство заинтересовано, чтобы люди не имели политически влиятельной прессы. Правительство имеет прямой интерес в нейтрализации общества, в его пассивизации, так как разобщенное, оно не создает проблем для власти. Люди разочарованы политиками, коррупцией и социальными проблемами. Некоторые восточноевропейские страны ищут авторитарные методы выхода из кризиса. Разочарование людей, потеря уважения и видения будущего, не только русский случай. Это есть и в Европе, особенно в Восточной - в Румынии, Венгрии, Польше, даже в Чехии, где на региональных выборах в двух областях победили коммунисты, и, конечно, в России.

Пресса входит в новую эру, когда мы сталкиваемся с проблемами национальной идентичности, неправильно работающими институтами, судом и юстиции и это ведет нас к попыткам ограничение свободы слова. Это тупик. Но в него идут.

Но свобода СМИ абсолютно необходима. Общества должны заплатить большую цену за эту нее. Сделать все, чтобы отделить прессу от правительства и бизнеса и специальных нанятых государственных людей. Нужны общественные СМИ, нужны специальные независимые медиа. В ситуации разочарования, кризиса, неясного будущего глобальной экономики, это может быть вопрос №1 – иметь профессиональные независимые свободные медиа, - уверен Григорий Явлинский.

Ведущий дискуссии, чешский журналист Петер Брод заметил: «Вы тут нам рисуете, что у нас – то же самое, что в России. Мы знаем о коррупции у нас, потому что у нас есть свободные СМИ».

Григорий Явлинский возразил: «А мы знаем о коррупции у нас и без свободной прессы!». Брод упорствовал: «Без свободной прессы мы бы знали меньше!». На том и разошлись.

Григорий Явлинский подчеркнул в интервью «Новой Газете», что события России в последние три месяца с момента принятия пакета репрессивных законов пошли по очень опасному пути. И вокруг финансово-экономического интереса элиты, сохранения ее полновластия начинает формироваться и репрессивная идеология. Этот процесс, считает Явлинский, заслуживает подробного разговора.
Бывший президент Румынии Эмиль Константинеску следит за событиями в России:

• Когда я был президентом, я знал, что для властей России важно уважение ее статуса великой державы, диалог и понимание русской души. Я это и старался делать в интересах Румынии. Но вполне я могу себе представить, что в будущем Евросоюз и Россия будут двумя столпами на которых будет держаться европейская да и мировая цивилизация. У России есть исторические особенности. Для движения к демократии важно было бы если бы она существовала в России до Первой Мировой войны, между Первой и Второй Мировой войнами. Но этого не было, и для перемен в России важно постепенное изменение менталитета населения. И терпение. Переход к демократии европейского типа может занять много лет. Сколько? Кто знает, десятилетия, годы или месяцы? Я помню, как выдающийся ученый Сэмуэл Хантингтон предсказывал, что советская империя просуществует еще 20 лет. Было это в 1991 году, - сказал Эмиль Константинеску.

Нигерия для нас ассоциируется с Интернет-жуликами, пиратами, и нефтью, которые делили президенты-генералы. Между тем, ситуация в африканской стране меняется. И большую роль в этом сыграл бывший генерал – президент Олусегун Обасанджо, начавший реформы в пользу большей открытости и свободы. Потому он и бывший – переход власти произошел, глава страны сменился.

Господин Обасанджо сказал, что и в отставке будет продолжать все то, что начал как президент Нигерии. В интервью «Новой Газете» высказался по поводу теории обреченности стран с т.н. сырьевым проклятием, которое якобы неизбежно порождает коррупционный авторитарный режим:

• Нефтяное государство может быть превращено в нормальное, - Авторитаризм и коррупция отнюдь не неизбежны. Рецепты борьбы с ним известны: экстремальная открытость и прозрачность государства, максимальная транспарентность, хорошее управление, демократические процедуры и свободная пресса. И все это работает. Но вы должны лично изо всех сил противостоять коррупции, иначе государство будет погублено «сырьевым проклятием», - сказал мне бывший президент Нигерии Олусегун Обасанджо.

… Вот чем я не очень впечатлен, так бойкими рассказами об успехах новых медиа. Филиппинская журналистка Марита Витиг рассказывала как должен работать современный репортер: посылает твит, потом видео, потом короткий репортаж, потом там исправляют ошибки, потом выходит короткая версия. «Сайт нового СМИ – это хищный зверь, которого надо кормить свежими новостями непрерывно!» – вещала филиппинская журналистка.

Сам работал в таком медиа, и видел, что когда подобный «универсализм» побеждает, качество информационного продукта падает катастрофически. С другой стороны, в разговоре с Маритой выяснилось, что для нее важнее, не технологический прорыв, а ликвидация репрессивного законодательства, которое мешает журналистам на Филиппинах писать правду о действиях спецслужб, есть риск попасть в тюрьму за антигосударственную деятельность.

Всеобщий еще недавно восторг от появлений новых Сетей, социальных медиа и новых технологий открытости проходит. Это подчеркивали многие. Авторитарные режимы научились прекрасно использовать те же самые технологии в своих интересах. Это уже делают Китай, Россия и Иран, - предупредил американский политолог Джеффри Гедмин. Противостоять этой практике честной прессе весьма сложно. Есть солидарность, к которой призывал Гавел, и должна жить надежда.

Министр иностранных дел Чехии Кароль Шварценберг вспоминал эссе Вацлава Гавела «Сила бессильных»:

• Надо подумать как «сильные бессильные» выглядят сегодня. Использовать рецепты Гавела. Мир изменился. Но существуют тоталитарные режимы. И люди не стали не стали более умными, они остаются подчас глупыми и агрессивными, такими же как они были в прошлом. И все же шансов на лучшее больше, и ими надо воспользоваться. Появились новые информационные возможности. Но иногда мне кажется, что богатый Западный мир перестал видеть и слышать. Когда рухнул железный занавес, весь мир был вовлечен в события в странах, где были свергнуты диктатуры. Теперь уже мы должны сосредоточиться на помощи тем странам, где подавляются права человека, поддержать тех, кто борется за свободу и демократию в Китае, в Российской Федерации, в Иране.

В Бирме вся сила была у хунты, а у Аун Су Чжи и ее друзья были бессильны. Но их борьба имела смысл, и благодаря их усилиям власти осознали, что нужны перемены. Страна стала развиваться. Многие в Китае, например, требуют уважения фундаментальных прав человека и подвергаются репрессиям. Есть и другие режимы, которые подавляют свободу. Но все они под угрозой. Они должны это знать. А мы будем помогать бессильным, которые могут стать сильными, - предупредил глава чешского МИДа Кароль Шварценберг.

• Голос сторонников свободы должен звучать громко, - сказала на Форуме Мадлен Олбрайт. - Информационные технологии ведут из темноты к свету. Когда происходит массовое убийство или бомбят мирных жителей деревни, благодаря новым технологиям мир узнает об этом. Но у технологий нет морали, ими можно злоупотребить. Нацисты использовали радио. Хомейни распространял магнитофонные записи. Сегодня в Интернете рекрутируются сторонники разных идеологий. Мы научились ценить свободу, но надо понимать, кто и как ее использует. Не надо бояться столкновения цивилизаций, но нам не избежать столкновения идей, – заметила профессор Олбрайт.

Мадлен Олбрайт появилась на «Форуме-2000» буквально на пару часов. Подписывала свою мемуарную книгу изданную Фондом Гавела: «Пражская зима. Личная история воспоминаний и войны. 1937-1948». История девочки из Чехословакии Марии-Яны Корбеловой, чья семья бежала из Праги в 1939 году от нацистов в Лондон, чтобы избежать Холокоста, а в 1948 году из Чехословакии 1948 года – в США, чтобы спастись от репрессий коммунистов.

Мне удалось поговорить с бывшим госсекретарем США один на один. В эксклюзивном интервью «Новой» профессор Мадлен Олбрайт сказала:

• Я надеюсь на демократические перемены в России. Народ России вполне созрел для того, чтобы самостоятельно принимать решения о своей жизни, и иметь возможность по-настоящему выражать свои чувства. И я знаю, что в России есть много людей с разными взглядами. И как в каждой великой стране, ее власти обязаны слушать людей, которые хотят открыто выражать противоположные им взгляды.

Есть ли изменения в политике Путина? Трудно сказать. Я думаю, что президент Путин, похоже, не хочет слышать, тех, кто не согласен с ним, и это вызывает сожаление, поскольку в великой стране вы можете не согласиться с вашим руководством, а ваше руководство выслушать то, что вы обязаны были обязаны сказать

Сторонники демократии должны почувствовать, то, что они могут высказывать свои взгляды. Их не должны репрессировать за это. И я очень сожалею, когда вижу, кто некоторые взгляды не могут быть выражены в современной России. Россия – великая страна. И я думаю, что жители России хотели бы и смогли услышать много для себя интересного.

• В свет вышла ваша книга «Пражская зима». Здесь продают чешское издание. А будет ли русское?

• Я буду удивлена, если моя книга будет напечатана в России. Хотя некоторые мои книги опубликованы в России. Я бы очень хотела увидеть ее напечатанной у вас. Тем более, что в ней немало написано о советской России во время Второй мировой войны и после нее. Это будет здорово, если книга появится в России. Но я не знаю, есть ли предложения о публикации. Это вопрос к издателю.

… Бывший диссидент, а потом глава МВД Чехии, человек, проведший в реформу спецслужб и люстрацию, Ян Румл говорил о нас откровенно:

• В России сложная обстановка, С одной стороны, кажется, страна не хочет идти к демократии, а с другой, и это выглядит фантастично: многие люди в России не хотят с этим согласиться, проводят демонстрации против Путина, проявляют свободомыслие и показывают, что с сохранением этой власти они решительно не хотят мириться. Сколько времени займет борьба всего народа России с маленькой группой, опирающейся на вооруженную силу, я не могу предсказать. Но я уверен, что рано или поздно, Россия вступит на путь конституционной демократии, станет плюралистическим государством. Конечно, это потребует времени. Одно могу сказать, что при власти Путина, это невозможно.

Может ли Европа помочь? Да. И не только солидарностью, но и тем, что будет подчеркивать нелегитимность режима Путина, и с помощью политических и дипломатических методов влиять на обстановку. Россия - великая держава, не считаться с ней невозможно. Но Евросоюз может всегда говорить правду о том, что происходит в России, и встать на очень критические по отношению к руководству российского государства позиции», - отметил один из соратников Вацлава Гавела Ян Румл.

На сессии «Форума 2000» и Мадлен Олбрайт высказала очень важную мысль: «Мы должны добиваться того, чтобы правительства уважали право народа, в том число и право мирно и организованно восстать против несправедливости». Это было очень по-гавеловски уместно.

И еще одна историческая деталь – во время одной из дискуссий в Праге припомнили: президент Вацлав Гавел за свои 10 лет в Граде наложил вето всего на 25 законов. В это ряду самым ярким событием было вето на скандальный закон о телевидении, из-за которого в тихой рождественской Праге зимой 2000 года прошли массовые митинги протеста в защиту свободы прессы. И люди в Чехии были услышаны.

Протестующие были услышаны властью и в России. После начатых в декабре 2011 года митингов протеста власти провели через Думу законы о криминализации ответственности за клевету, начали борьбу с «иностранными агентами», ввели фильтрованные губернаторские «выборы». Ни на один из этих законов Владимир Путин вето не наложил. Он их инициировал.

• Материалы спецслужб и съемки агентов-провокаторов, - отметил чешский аналитик Ефим Фиштейн, теперь отмываются через российское телевидение, чтобы возбуждать уголовные дела против оппозиционеров или просто их дискредитировать. После свободы слова в России скукоживается как шагреневая кожа. Пропаганда успешно замещает реальность.

Ситуация парадоксальная: с момента как Путин пошел на новые выборы, в обществе начались яркие политические дебаты, дискуссии вокруг дела «Pussi Riot». Параллельно непрерывно и неуклонно нарастают репрессии, которые не являются случайными. Они отражают линию Путина и его администрации на искоренение оппозиции полицейскими методами. И для медиа, и для журналистов ситуация приобретает экзистенциальный характер. Наступление реакции может вскоре привести любого журналиста к конфликту с властями или к моральной травме. Мало кто может сказать, чем это закончится через год-полтора, - подчеркнул социолог Александр Морозов. – Ведь путинизм – нечто новое, он не поход на авторитарные режимы Латинской Америки или режим Франко. Путинизм пользуется механизмами медиократии, например.

Невозможно предсказать, чем закончится нынешняя кафкианская ситуация: в России есть свобода слова для образованного класса, но никуда не собирается уходить эффективная в политическом отношении «путинская машина», которая поставила своей целью уничтожения идеи свободной политической конкуренции и структурных политических реформа, – сделал прогноз Александр Морозов.

Вот в чем разница между находящейся в вечном кризисе столь несовершенной европейской демократией только стремящейся к воплощению идей Вацлава Гавела и успешно развивающейся по модели Владимира Путина российской автократией. Не случайно, как рассказал мне ветеран «Хартии-77» Франтишек Яноух, современной политической ситуацией в России Вацлав Гавел был обеспокоен и очень опечален.
Впрочем, любимой песней Гавела была исполненная на открытии Форума-2000 неувядаемой Джоан Баэз оптимистичная «We Shall Overcome».