Обзор мировой прессы: советы Збигнева Бжезинского новому президенту США, Facebook не будет платить за Instagram $1 млрд и на что Уоррен Баффетт потратит $20 млрд?

Бзежинский: США как заложник выборов

Американская внешняя политика превратилась в заложника избирательной кампании накануне выборов президента страны, пишет в колонке для Financial Times знаменитый политолог Збигнев Бжезинский. По его мнению, США трудно выстраивать рациональные отношения с зарубежными партнерами из-за того, что мир стал гораздо сложнее, чем был раньше. В то же время необходимость формулировать важные внешнеполитические тезисы в разгар предвыборной гонки заставляет кандидатов упрощать многие смысловые вызовы.

Как следствие, из уст Митта Ромни и Барака Обамы звучат поспешные призывы к свержению режима Башара Асада в Сирии без формулирования стратегической цели политики США в отношении Дамаска. Как следствие, кандидаты скоропалительно демонстрируют поддержку израильскому ультиматуму Ирану и готовность помочь ближневосточному партнеру военной мощью страны для нанесения удара по ядерной инфраструктуре исламской республики. Как следствие, Ромни обещает в первый же день своего президентства предпринять меры по предотвращению валютных маневров Китая, что так же трудно подкрепить адекватной аргументацией.

Политически близорукие и краткосрочные планы несут с собой риски дестабилизации международной обстановки вплоть до создания настоящего хаоса. Особенно это опасение касается арабо-израильского конфликта: попытка создания «нового порядка» на Ближнем Востоке через усиление Израиля и насильственный «экспорт демократий» в Сирию и Иран выглядит как опасные и пустые мечты, предупреждает Бжезинский.

Геополитическому доминированию США в регионе приходит конец. В то же время почти все ближневосточные страны сегодня выглядят нестабильно и без вмешательства внешних сил внутреннюю политику даже таких гигантов, как Иран и Турция, сотрясают этнические и религиозные конфликты. Попытка Америки «навести порядок» в такой атмосфере не приведет ни к чему хорошему, убежден политолог. И за примером не надо ходить далеко — Ирак не оправился от вторжения армии США до сих пор, противостояние суннитов и шиитов в стране только обострилось без диктаторского подавления воли одной из сторон. Сирии и Ирану точно не удастся избежать аналогичной участи. А ведь по соседству расположены не менее взрывоопасные Ливан и Иордания.

Война в регионе спровоцировала бы кризисные последствия в глобальном масштабе. Так, из-за взлета нефтяных цен и туманного будущего экспорта сырья через Ормузский пролив Европа рискует завязнуть в финансовых проблемах еще на несколько лет. Причем дифференциация государств Старого Света продолжит углубляться, та же Британия может окончательно обособиться от континентальных соседей и превратиться в островного союзника США в Атлантике, по аналогии с ролью Японии в Тихом океане.

У России, по мнению Бжезинского, нет смысла сегодня сближаться с Америкой. Москва может спокойно чувствовать себя в соревновании за влияние в постсоветских Украине и Грузии со слабой Европой, в качестве альтернативы предлагая ЕС дисконт на энергоносители. Антиамериканская риторика, обострившаяся с возвращением в Кремль Владимира Путина, свидетельствует о готовности России сближаться с Китаем. Для Пекина этот союз тоже может быть выгоден, особенно на фоне ухудшения отношения с Вашингтоном, откуда за время президентской кампании звучат сплошь воинственные заявления в адрес Поднебесной.

Кто бы ни одержал победу на выборах, ему придется принять целый ряд важных внешнеполитических решений, констатирует Бжезинский.

Во-первых, новому главе государства нужно убедить Россию и Китай поддержать резолюцию по Сирии с опцией международного контроля над ситуацией в охваченной гражданской войной стране для подготовки выборов новой власти.

Во-вторых, санкции в отношении Ирана при условии дальнейшей эскалации конфликта должны быть усилены, а гарантии военного удара по исламской республике в случае ее неповиновения требованиям международного сообщества должны быть декларированы публично, как это было во времена холодной войны с СССР.

В-третьих, США обязаны оказать максимальную поддержку объединенной Европе. В четвертых, Вашингтон и Пекин, где скоро тоже сменится руководитель, должны договориться о четко кодифицированном стратегическом диалоге на высшем уровне. Гигантам нужно учитывать взаимные интересы во избежание любых конфликтов, способных привести к войне, заключает политолог.

Баффетт: большие аппетиты

«У меня текут слюнки от этой идеи», — признался в интервью CNBC знаменитый инвестор Уоррен Баффетт. Так один из богатейших людей планеты прокомментировал вопрос, собирается ли он тратить $40 млрд кэша, скопленных на счетах его компании Berkshire Hathaway, на новые крупные поглощения. По словам «оракула из Омахи», только в этом году сорвались две сделки на $20 млрд из-за расхождений сторон по цене.

Баффетт подчеркнул, что не собирается отказываться от стратегии неучастия в конкурентных гонках ради переплаты за интересующие активы. При этом инвестор редко распродает единожды приобретенные Berkshire компании и всегда предпочитает договориться о сделке напрямую, нежели участвовать в аукционах или конкурсах. Итог успеха стратегии налицо — сегодня капитализация Berkshire, в портфеле которой активы из самых разных отраслей, оценивается в $217 млрд.

Почти все 70 бизнесов компании при этом приносят доход. Четыре из пяти крупнейших активов, в прошлом году принесшие Berkshire $9 млрд из $15 млрд доналоговой прибыли, были приобретены Баффеттом в последние семь лет. Последняя большая сделка пришлась на начало 2011 года, когда Berkshire поглотила химическую группу Lubrizol за $9,7 млрд. После этого из-за подозрений в махинациях с ценными бумагами империю Баффетта пришлось покинуть одному из его предполагаемых преемников Дэвиду Соколу.

Сегодня индекс S&P 500 включает 75 компаний стоимостью в диапазоне $15-20 млрд. Впрочем, о конкретном интересе Баффетта к каким-то из них известно не было. В мае на собрании акционеров Berkshire инвестор обещал в следующем году сделку на $30 млрд.

Facebook: лукавая сделка на $1 млрд

Помпа, с которой совсем недавно Facebook анонсировала покупку сервиса Instagram за красивую и символичную сумму в $1 млрд, на деле оказалась преувеличением, пишет издание The Verge.

После того как ажиотаж спал, можно констатировать: реальная стоимость мобильного фотоприложения для социальной сети составит $715 млн. Добиться такого дисконта Facebook, правда, удалось не за счет переговоров менеджмента, а исключительно благодаря падению цены своих же акций.

Блогеры обратили внимание, что ни о каком миллиарде долларов речь уже не идет, внимательно изучив опубликованную на этой неделе и вторую с момента майского IPO отчетность соцсети, обрадовавшую инвесторов.

Из квартальных результатов следует, что Facebook уже раскошелилась на $521 млн — $300 млн акционеры Instagram получили кэшем, а остальное — акциями компании-покупателя класса B, голосующая доля которых десятикратно превосходит класс A. В то же время класс B не допускается к публичным торгам. Facebook еще передаст владельцам Instagram 11 млн бумаг класса B совокупной стоимостью $194 млн.

О чем не пишут в России: почему Facebook не заплатит $1 млрд за Instagram