Вне себя. Уроки Нью-Йорка. Книга Рема Колхааса стала манифестом современной урбанистики.

Почти че-рез 35 лет после выхода в свет российское издательство Strelka Press публикует книгу Рема Колхааса «Нью-Йорк вне себя» (оригинальное название «Delirious New York: a Retroactive Manifesto for Manhattan»). Книга описывает почти век Нью-Йорка, с конца 1850-х годов до середины XX века. Этот период вошел в историю города как время сумасшедшего, бурного роста, когда он развивался, словно в состоянии аффекта, под влиянием визионерских идей архитекторов, интересов девелоперов, эйфории и ажиотажа публики. Документируя развитие Нью-Йорка, Колхаас описывает не только изменения американского мегаполиса, но и рождение множества современных урбанистических идей.

Один из самых влиятельных архитекторов мира, лауреат Притцеровской премии Рем Колхаас имеет репутацию главного философа в мире современной архитектуры. Изданная в 1978 году книга «Delirious New York», которая принесла ему всемирную известность, выросла из его многолетнего исследования американской архитектуры. В «Нью-Йорке вне себя» Рем Колхаас впервые предъявил свой метод, у которого позже появится множество последователей. Переводчик книги Анастасия Смирнова называет его «художественным исследованием».

История Нью-Йорка разворачивается как единый драматический сюжет — от изобретения лифта до строительства первых небоскребов, от рождения фантасмагорических парков развлечений на Кони-Айленде до рождения современного Манхэттена. Среди персонажей Колхааса люди и здания: отель Waldorf Astoria и Рокфеллеровский центр, великий сюрреалист Сальвадор Дали и ярый оппонент «манхэттенизма» Ле Корбюзье, легендарные американские архитекторы и танцовщицы кордебалета в театре «Радио-Сити». Все они населяют «большую деревню», принципы которой были заложены в законе о зонировании 1916 года, позволяющем возвести на 25% площади участка или квартала здания неограниченной высоты. Благодаря этому закону Манхэттен возвратился к принципам натурального хозяйства, превратившись в набор из 2028 мегазданий с отдельными функциональными, инфраструктурными и технологическими решениями.

В книге много знакомых сюжетов из серии занимательной урбанистики: перегрузка городской среды как благо, а не как зло для мегаполиса; новая роль и дизайн общественных пространств; сращивание медиатехнологий и города; разрушение старой архитектуры как инструмент создания нового города. Даже гараж в стилобате церкви оказывается не ноу-хау эпохи Лужкова, а проявлением прагматичного подхода американских архитекторов 1930-х годов.

Для русского читателя ретроспективный манифест Манхэттена важен и потому, что книга пронизана давним интересом Рема Колхааса к России, параллелями и пересечениями между «манхэттенизмом» и русским авангардом, эстетикой капитализма и коммунизма. Но если Нью-Йорк по мере повествования постепенно становится яснее и объемнее, то Россия так и остается загадочной terra incognita. Недаром книга заканчивается фальсификацией Колхааса — историей о плавучем бассейне с архитекторами-конструктивистами, бежавшими из Москвы в 1930-е годы и к 1976 году доплывшими до Манхэттена.

Метафора плавучего бассейна как средства бегства к другим берегам в некоторой степени отражает характер нынешних дискуссий о развитии российских городов. Интерес к глянцевым картинкам современных мегаполисов и восторги широкой публики перед чудесами западной урбанистики не переходят в глубокое осмысление собственного контекста. «Нью-Йорк вне себя» свидетельствует: без понимания прошлого невозможно сформулировать новые идеи и концепции развития российских городов. И кажется логичным, что именно Колхаас пытается найти в России новые смыслы урбанистики, будь то спланированное им новое здание для центра «Гараж» или же проект исследования российской провинции в Институте Стрелка.

Выбор редакции