Лана и Энди Вачовски о своем новом фильме

В украинский прокат выходит "Облачный атлас" — совместный проект Тома Тыквера и экс-братьев, а ныне сестры и брата Вачовски, ставший самым дорогим независимым фильмом всех времен и народов. Среди прочих в нем снялись Хью Грант, Холли Берри, Бен Уишоу, Том Хэнкс, Хьюго Уивинг и Сюзан Сарандон. О том, что содержится в новом послании Вачовски человечеству, с Энди и Ланой (в прошлом — Ларри) поговорила Катерина Яроцкая.

— В титрах вашего фильма написано: "по мотивам мирового бестселлера". Какие еще мотивы, помимо и без того перенаселенного персонажами и событиями одноименного романа Дэвида Митчелла, оказались вовлечены в ваш "Облачный атлас"? Вот все отмечают отголоски "Космической одиссеи-2001" Стэнли Кубрика. Вы согласны с этим мнением?

Лана Вачовски: — Нет, с "Космической одиссеей" "Облачный атлас" никак ни соприкасается, хотя, разумеется, фильм Кубрика для меня страшно важен. А для кого, с другой стороны, он не важен? Помню, еще ребенком сидела в зале, пыхтела, ерзала и никак не могла понять, что там за дебильная черная коробка. Каждый раз, когда она появлялась в кадре, у меня была одна мысль: "Блин, да что эта штуковина опять тут делает?" Уже на улице — я до сих пор отчетливо помню, в какой одежде я была и до чего были неудобные на мне ботинки, но еще больше меня бесило, что я совсем ничего не поняла в фильме,— так вот, на улице папа спросил, отчего я так расстроилась. Я пожаловалась на тупую, бессмысленную черную коробку. И он ответил, что это такой символ. Я, конечно, и до этого слышала слово "символ" и даже, как мне казалось, понимала его значение. Но именно в тот момент я впервые осознала возможность представлять одни вещи и явления через какие-то совсем другие. Я спросила у папы, что именно символизирует тупая черная коробка, и он ответил, что это осознание бога. Я, конечно, снова ничего не поняла, но слово "бог" меня зацепило — и я снова пошла смотреть фильм. Теперь, когда на экране появлялась коробка, я думала о боге. В общем, что-то важное произошло со мной тогда. Как будто мне подменили глаза, и я начала видеть то, что раньше было недоступно. Можно назвать это откровением. С этого момента, что бы я ни смотрела, что бы я ни читала, я всегда думала о том, что понять произведение искусства можно только в том случае, если ты погружаешься в чужой мир, ищешь тайные смыслы. Так я и философией увлеклась. И роман Дэвида Митчелла меня заинтересовал именно потому, что в нем многие важные мысли не лежат на поверхности, их нужно извлекать и формулировать самому. И раз уж на то пошло, и фильмы Тома Тыквера симпатичны мне тем же. У него очень, как мне кажется, правильный подход к искусству.

— Как вышло, что вы стали сотрудничать с Томом? Ведь вы же обычно при создании вселенной вполне обходитесь своими силами.

Л. В.: — Да мы иногда от счастья плачем, что нашли друг друга! На самом деле началось все с того, что нам просто понравилось друг с другом разговаривать.

— Как вы работали втроем? Каждый занимался чем-то своим или все делали вместе?

Энди Вачовски: — Мы все придумали вместе, вернее, абсолютно все сделали вместе — так, чтобы Тому осталось только снимать. Эта часть работы гораздо важнее съемок. Съемки — это так, для актеров. А в конце снова встретились втроем в монтажной. То есть расставались только на три месяца съемок, а вся работа над фильмом заняла около четырех лет. А была бы возможность, так и снимали бы все вместе с удовольствием.

— Вы сразу решили, что актеры будут играть по несколько ролей?

Э. В.: --Мы проштудировали книгу, а в ней, кто не читал, шесть причудливо переплетающихся сюжетных линий, а действие разбросано во времени с середины позапрошлого века до далекого будущего. Так вот, мы разделили всю историю на миллион фрагментов, записали их на карточки и разложили эти карточки на полу по всему дому. Среди них были и отдельные элементы сюжетных линий, и персонажи. Мы пытались выстроить единый сюжет, и главная сложность заключалась именно в персонажах. Каждый из них преодолевает свою линию препятствий, а этими препятствиями служат другие герои. Не вдруг, но в какой-то момент этот сложный пазл взял и сложился. И только после этого мы обнаружили, что и в самой книге есть намек на такое решение — одинаковые родимые пятна, объединяющие персонажей. А еще так мы хотели подчеркнуть идею переселения душ, которая в книге тоже заложена.

Л. В.: — Вообще, удивительно, что многие считают наш фильм гораздо более философским, чем книга. По мне, так роман просто кишит философскими идеями. Ну да, многие из них находятся ближе к середине, и пока до них доберешься, можно запутаться или заснуть. Но в конце книги Митчелл очень ясно и коротко объясняет, как, по его мнению, нужно жить. В самом начале работы над фильмом мы должны были придумать наглядный ответ на такие простые вопросы — как в человеке уживается все самое лучшее и самое ничтожное, что такое душа, может ли она меняться. И вот тут нам и пришла идея, что актеры должны играть по несколько ролей.

— В фильме среди прочего есть тема маленькой и заведомо проигрышной революции. Лана, а в вашей собственной маленькой безнадежной революции вы в конце концов победили?

Л. В.: — Все на самом деле взаимосвязано ("Все взаимосвязано" — один из слоганов "Облачного атласа".—"Ъ"). Наш фильм говорит о том, что никто никогда не должен загонять себя в какие-либо рамки, думать о том, что его предназначение раз и навсегда предопределено. Разумеется, все мое творчество и про меня саму тоже. Вся моя жизнь — это сражение против общественных стереотипов, против навязанных культурных стандартов, против неприятия разных типов сексуальности. До "Отчетов Кинси" (монографии "Сексуальное поведение самца человека" и "Сексуальное поведение самки человека", опубликованные в 1948 и 1953 годах американским зоологом Альфредом Кинси и вызвавшие бурные дискуссии в тогдашнем американском обществе.—"Ъ") все было просто: ты либо гетеросексуален, либо гомосексуален. А Кинси показал нам, что вариантов существует намного больше, и тем самым изменил представление о мире. Так что вот — надеюсь, и наш фильм вдохновит людей на то, чтобы пересмотреть свои банальные убеждения. Нам бы хотелось разрушить все предрассудки.

"Как в человеке уживается все самое лучшее и самое ничтожное"